Страница 20 из 88
Я продолжил свою работу только на следующий день после обеда, вернее после чашки непонятной похлебки из травы и сушеных грибов, приготовленных Баженой. Съел и не понял даже что съел, полетел завершать начатое. Еще через час все мои поленья были одеты в саркофаг из глины. Внизу я проделал несколько дырок, что бы обеспечить начальное поступление воздуха, а вверху расковыряв мечем кусок глины снял крышку саркофага диаметром сантиметров 30.
В стороне разжег костерок и, дождавшись углей, собрал их на кусок березовой коры, после чего закинул всё это в свою печь с березовыми чурками внутри. Огонь разгорался медленно, все таки болотная береза сыровата, но когда начался настоящий ураган и из моей печки в небо поднялись искры, я задвинул ранее снятую крышку саркофага и заделал воздуходувные отверстия, после чего не говоря и слова, пошел купаться.
На берегу небольшой речушки я нашел чистую воду, разделся и с чувством выполненного долга вошел в воду, какая радость искупаться после трудового дня.
Печь прогорела, но я не спешил её разбирать, а занялся производством мехов. И это был самый тяжелый момент, как я не старался но ничего не получалось, не мог понять как же мне перепускной клапан сделать, что бы так сказать 'туда дуй, а обратно… — нет'.
Сделал таки я свои ручные меха из шкур, целый день работал, мои пацанята успели за это время пережечь еще печь древесного угля и теперь большая куча угля уже лежала в одном из шалашей, чтобы не намокнуть под дождем.
К вечеру я уже завершил изготовление двух кожаных мехов и даже успел проверить их работоспособность. Воздух шел отлично, одной рукой тянешь за палку, поднимая меха, а потом под весом камня они сами опускаются вниз и воздух под напором выходит наружу. Чтобы нижний край мехов не подгорал, я обернул кусок глины вокруг обычной палки, сформировав небольшую глиняную трубку. После чего аккуратно снял её с палки и положил свою трубу сушится возле печки.
Печь для обжига крицы я слепил за три часа, процесс простой вначале роем ямку в земле, затем выкладывает в эту ямку слой мокрой глины, ровняем её типа фундамента и обжигаем простым способом, просто разведя огонь сверху. После того, как у Вас сформирован фундамент начинаем строительство стенок печки из глины слой за слоем на высоту примерно метра, постепенно сужая нашу печь к верху.
Воткнул глиняную трубку для подачи воздуха в печь в 20 сантиметрах от фундамента печи.
Немного сбоку расковырял небольшое окошко для наблюдения за процессом плавки, подсоединил два меха и перекрестившись по привычке прочитал про себя одними губами молитву 'Отче наш'.
Пока работал, не заметил, что на это зрелище, пашущего как лошадь князя собралась посмотреть всё селение.
— Так вы — показал пальцами я на пацанят — тащите сюда уголь и перетирайте его в пыль вон там — показал я рукой на место подготовки древесного угля.
— Дальше вы, тащите сюда корзины с перетертой болотной рудой — я показал место — там будете перемешивать руду и уголь пополам — а вы тащите сюда глину и воду, вон там будете месить глину с водой и заделывать трещины в печи. Так вы, поставьте сюда вон ту большую колоду, и сделайте деревянную кувалду.
Остается вопрос только один как мне достать крицу из печи, ведь щипцов нет, но зато есть наконечники копий и несколько неплохих топоров.
Так откладываем пока плавку и строим неподалеку горн, два дня строим. Потом приделываем к нему уже готовый мех из шкур. Всё эта работа так меня затягивала, что я даже не замечал смены дня и ночи. Увлеченный человек идет спать когда глаза смыкаются, а чуть их приоткрыв тут же бежит продолжать работу.
— Эй, вы — показал я пальцем на двух пацанят — разожгите огонь и прогрейте печь, чтобы глина подсохла, только много дров не бросайте.
Теперь снимаем с копья наконечник. Уголь в горн, разжигаем кладем в уголь наконечник копья и начинаем дуть воздух мехами, потом опять уголь и так пол часа.
Все есть наконечник красно-желтый. Кожаной рукавицей-варежкой вытаскиваю за трубку и кладу на колоду, прикладываю один топор а вторым хреначит по обуху приличного размера мужичок, так мы вдвоем пытаемся перерубить клинок вдоль наконечника лезвия копья. Остыл, опять метал в горн, нагреваю нагнетая воздух, и опять рубим. С третьего раза получилось, мы разбили наконечник копья на две части, немножко обработать его обухом топора, все готово, Опять греем уже оба куска металла и по очереди загибаю как на плоскогубцах края двух полосок копья, теперь пробиваем в одинаковых местах отверстие.
Весь люд селища сидит вокруг и наблюдает, надо же оперный театр приехал.
А что еще людям посмотреть в это время, это же колдовство. Человек колдует и метал ему подчиняется, сразу видно князь наш из-за кромки пришел, если не демон, то их прислужник точно, а щипцы всем ясно, нужны, чтобы демонов за ноздри хватать и обратно их в ад загонять, если те вздумают с печи выскочить.
Сложнее всего было пробить два отверстия, по одному в каждой полоске метала и соединить все это приспособление наподобие ножниц заклепкой.
Уже к вечеру, после того как мои щипцы остыли и я тренируясь хватал ими мелкие деревянные брусочки ко мне торжественно подошла делегация в составе четверых мужиков во главе со Стародубом.
— Вот рикс возьми — Стародуб протянул мне холстину, в которой было замотано что то тяжелое и объемное.
Я взял, развернул и улыбнулся.
— Ну благодарю вас люди добрые, нет более достойного подарка для коваля, чем добрый молот и лапа кузнеца — я поклонился дарителям, а те поклонились в ответ.
Ну теперь я просто монстр, у меня есть лапа вбитая в колоду, что заменяет наковальню, есть молот, зубило и даже щипцы. Для небольшой мастерской это незаменимый инструмент. Дааа, если бы в этом мире жили гномы, то они бы все вымерли сразу, от зависти.
К стати, пока я готовил кузню к выплавке первого металла, все время думал об оружии, и мне ничего в голову не приходило как сделать примитивные топоры, у которых с одно стороны будет острая рубящая поверхность топорища, а с другой тонкий заостренный пробойник как у ледоруба, если насадить такой инструмент на метровое древко, то хорошее оружие может получится. Если прорубить доспех врага топором вариантов нет, то можно садануть по шлему заточенным жалом ледоруба, там на маленькую пробивную поверхность увеличенное давление получится и шлем вражеский будет пробит без вариантов, нужно таких топориков для своей будущей дружины наделать.
С рассвета нового дня началось священное действо, я разжег сыродутную печь. Навалил угля, поработал минут пять мехами, потом засыпал еще корзину угля и, увидев что она раскалилась, высыпал сверху перетертую в пыль и смешанную с углём болотную руду, а потом мехами, мехами, нагоняя воздух я разогрел свою печь до максимального значения. Затем опять корзину угля и опять корзину сырца, и так раз пять пока не понял, что печь практически уже не дует, половина печи забило шлаком, все пришел час истинны.
— Разбиваем — крикнул я — все лишние отошли на пять шагов, ты бери деревянный молот, стой там возле бревна будешь бить по крице, нужно выбить из железа шлаки.
— Понял — молодецки крикнул престарелый родович и схватил деревянный молот.
— А ты — показал я пальцем на второго мужика — сразу очищай печь, удаляй весь шлак, вот туда его бросай в воду, и в шлаке ищи маленькие куски метала, откладывай их в сторону. А все остальные быстро разжигайте горн, за работу.
Я несколькими ударами сломал стенку и, разворошив горячую еще печь, щипцами достал от туда пышущую пламенем крицу. Вот блин еле поднял, чуть на ногу не уронил, все же кривые у меня вышли щипцы, да и крица была похожа на гандбольный мяч, но начало положено.
— Бей — закричал я, положив крицу на полено и мужик начал оббивать деревянной кувалдой крицу по кругу. Вначале сформировали из нее шар, а потом с трудом разбили его в толстую лепешку, пень загорелся, задымила и деревянная кувалда, всё.