Страница 11 из 87
…
Вернувшись в каюту, они легли под одним одеялом так, чтобы их тела соприкасались максимальной площадью. Со стороны они могли показаться, влюбленной парой после нежного секса, результативного в смысле числа и интенсивности оргазмов. Эта мысль родилась в сознании Эрика, и он чуть слышно хмыкнул. Ханка сразу отреагировала:- Глупая ситуация, да?- Просто странная ситуация, - ответил он, - но мы ведем себя вполне разумно: решаем проблемы по мере возникновения. Так это называется.- На самом деле, - сказала она, - это мои проблемы. Я загрузила тебя этим, потому что больше некого. Мне повезло, что ты такой. - Какой я? – спросил Эрик.- Ты такой, как персонажи Жюль Верна в «Таинственном острове»! - объявила Ханка.- Как орангутанг Юп? - вопросительно пошутил он.- Черт тебя дери! Я серьезно! Вот, когда я остыла, ты не испугался…- …Еще как испугался! – перебил он.- Ладно. Ты испугался в первый момент, но затем сразу стал действовать толково.- А что мне оставалось? Завопить и убежать? – иронично спросил журналист.
Польская тинэйджерка вздохнула и сообщила:- Ты удивишься, но некоторые поступают именно так. Вопят и убегают.- Гм… Ты что, проверяла?- Представь, Эрик: да! Я проверяла, но не хочу рассказывать об этом.- Не хочешь – не рассказывай. У каждого есть секреты, это нормально.- Это нормально… - эхом отозвалась Ханка, - …Скажи, Эрик, только честно. Я сильно непохожа на нее?- На кого? – не понял он.- На ту девушку, с которой у тебя был роман и последствия. В смысле: нежелательная беременность, быстро ликвидированная, и затем – свинская история вокруг исповеди.- Э-э… Но это ведь ты, разве нет?- В том-то и вопрос: это я или нет?
Журналист нешуточно задумался. Случилась пауза, которую прервала Ханка:- Спасибо за честность, Эрик. - Но я еще не сказал ничего.- Да. Ты очень четко промолчал. Все ясно. Спасибо той девушке за тело. Она верила в католического бога. Надеюсь, этот бог пристроил ее душу в рай, или вроде того.- А ты не веришь? - спросил он.- Ты что, смеешься? - отозвалась она, - Бледнеют ангелы и черти, как пел бард… Хотя, баллада была о другом... Короче: мне не во что верить. Ты просто еще не все знаешь.- Ханка, ты столько раз повторила это, и мне уже любопытно: чего такого я не знаю? - Включи свет, только не ночник, а верхнюю лампу, - предложила она.
Он не стал спорить, а молча встал с кровати, и щелкнул выключателем. Под потолком каюты зажегся яркий свет. Ханка тоже вскочила, повернула лицо к лампе, и спросила:- Что ты видишь?- Я вижу девушку с очень легкой, но гармоничной фигурой и шоколадным загаром. Ты выглядишь, будто провела сезон на тропических спортивных сборах нудистов. - Эрик, я не о фигуре, и не о загаре. Посмотри мне в глаза.- Ладно, - сказал он, переместив фокус взгляда. Ее глаза были, как раньше, голубые, но теперь они резко контрастировали с коричневым цветом лица. А так, вроде бы, ничего странного. Почему тогда что-то кажется неправильным и даже пугающим? Журналист осознал причину лишь секундой позже. Зрачок. Не маленький черный кружочек, как у обычного человека, глядящего на яркий свет, а вертикальный эллипс, сжатый с боков, примерно как у кошки.- Ты заметил! - догадалась она по его мимике. - Да, я заметил. И что теперь? Мне полагается вопить и бежать?- Тебе - нет, - сказала Ханка.- Я тоже думаю: нет. Но надо изобрести легенду, чтобы публика не задавала вопросов. Например, это фича при фармацевтическом лечении близорукости.- Фича? – переспросила она.- Да. Прикольный побочный эффект от чего-то практичного.- Эрик, я знаю, что такое фича. Просто идея такого объяснения неожиданная.- Ханка, если у тебя есть другая идея, получше, то…
Тинэйджерка выразительно пожала плечами.- …Нет другой идеи. Пусть будет эта.- Значит, договорились про легенду, - заключил он, - а теперь давай, все-таки, поспим немного. Уже почти утро. Не хочется весь день ползать, как сомнамбула.- А-а… Ты точно не боишься ложиться со мной?- Не боюсь чего? Что ты превратишься в крокодила и откусишь мне голову?- Просто… - она пожала плечами… - Люди боятся необычного.- Плевать на людей, давай спать уже, - сказал он, погасил свет, и улегся в кровать.- Хорошо когда есть кто-то теплый, - прошептала она, устраиваясь рядом, а примерно минутой позже, прислушавшись, спросила, - яхта что, движется? - Да, - сонно отозвался Эрик, - видимо Калибан и девчонки решили до рассвета выйти дальше на восток, к желобу Хелленик. - А это где?- Это к югу от Пелопонесского полуострова и к западу от острова Крит. И заодно мы подбросим двух девчонок на Крит. У них там продолжение какой-то тусовки.- Так, в этом желобе Калибан хочет погрузиться на пять километров в батисфере?- Да, там, в Матапанской Бездне. Но сначала просто посмотреть сверху, как оно там. А теперь, давай, Ханка, спи уже, - и почти сразу после этих слов, Эрик провалился в сон, будто сам себя запрограммировал.
7. Удачный сюрреализм персонажей японских видеоигр.
Полдень 5 июня, моторная яхта «Dirty-dog» по пути к желобу Хелленик.
Журналист проснулся, когда лучи ослепительного тропического солнца бесцеремонно вломились в каюту через потолочный люк и отразились от всех гладких поверхностей, устроив внутри почти солярий. Невозможно было не проснуться. Эрик открыл глаза, и слегка удивился, не обнаружив Ханку рядом. Впрочем, среди голосов, доносившихся с палубы, он различил ее голос. Вроде, она нашла общий язык с Калибаном и его двумя случайными подружками. Ну и ладно. Эрик поднялся, перетащил себя сперва в сортир, затем в ванную, поплескался под прохладным душем, облачился в шорты и футболку, пихнул ноги в тапочки-вьетнамки, и вышел на хвостовую площадку палубы.
Сюрприз: Ханки там не было. Только Калибан, Джилл, и Китти, причем все трое очень внимательно смотрели куда-то вниз, в воду, будто искали нечто в глубине.- Общий привет! – обратился к ним журналист - А где?..- …Твоя подружка? – договорил Калибан, и тут же ответил, - Она проводит, вроде как, мастер-класс фридайвинга.- На пари в тысячу евро, - добавила Китти.- Какой мастер-класс фридайвинга? – искренне удивился журналист.- Ты что? - в свою очередь, удивилась она, - Ты не знаешь, что твоя подружка - мастер фридайвинга?- Я знаю, - соврал он, - просто странно, что она решила тут нырять на пари.- Это Клод подбил ее, - наябедничала Джилл, кивнув в сторону Калибана.- Я не подбивал, просто слово за слово… - начал оправдываться звезда рэп-Z-рэйва.- …Мы над мелководной банкой Шахерезады! - встряла Китти, - Глубина 400 футов, и Ханка сама сказала, что может донырнуть запросто. Клод заспорил, и случилось пари. - Давно она там? – беспокойно спросил Эрик, глядя в воду.- Мм… - Китти посмотрела на свои смарт-часы, работающие в режиме секундомера, и сообщила, - …Четыре минуты и двадцать шесть… В общем, четыре с половиной.- Ханка сказала: у нее норма семь минут, как полагается мастеру, - добавила Джилл.
Журналист, продолжая вглядываться в воду, растерянно произнес:- Она так сказала?- Да, - подтвердила Китти, - ты что, не видел раньше, как она ныряет?- Девчонки, не доставайте Эрика! - вмешался Калибан, - У них с Ханкой и так не очень просто складывается. Ну, сами прикиньте, когда такое хобби и всякие побочные дела.- У нас все чертовски сложно, - ухватился журналист за эту палочку-выручалочку.- Ну, еще бы! - понимающе согласилась Джилл, - Я смотрела кино про Жака Майоля.- Кто такой Жак Майоль? – поинтересовалась Китти.- О! Это первый великий фридайвер. Почти как дельфин. Короче: посмотри кино. - Что, правда, так круто?- Ага! Даже круче, чем ты подумала.- Сколько там времени? – нервно спросил Эрик.- Пять пятнадцать, - сообщила Китти, снова посмотрев на свои смарт-часы.- Вот блин…- Расслабься, друг! - Калибан хлопнул его по спине и показал рукой вниз, - Глянь, твоя подружка уже почти здесь.
Действительно, из глубины поднималась фигура, пока с неясными очертаниями, но за несколько секунд эти очертания прорисовались, и затем Ханка вынырнула у хвостовой площадки. Эрик и Калибан схватили ее за руки, и вытащили на борт. Она была сейчас экипирована как средневековая японская ныряльщица-ама: на обнаженном теле - пояс-крепление для ножа и для мешка-сетки… Впрочем, на ней были еще дайверские очки с подсветкой. Исторически было так: дайверские очки появились у ама в XIX веке, а дайверские очки со светодиодными фонариками – у эпигонов ама в начале XXI века.