Страница 21 из 311
И как он раньше не додумался, отупел что ли от бесконечной идиотской муштры, ведь надо было сколотить небольшую группу и бежать, даже в паре шансы на успех резко возрастают, так многих беглецов преследователи взяли и скрутили сонными – следовательно нужно этого беречься. Гришка вроде согласен на все, что ему прозябать в городских трущобах среди прочих беспаспортных и беглых, все равно ведь или власти выловят или от голода и холеры подохнешь сам рано или поздно.
– Говорите братцы как на духу! Людей убивать приходилось, али нет? – фельдфебель неслышно подошел прервав столь сладкие грезы о грядущем побеге.
– Только одного, из ружья положил, – поспешно ответил Сашка, а его компаньон лишь помотал головой.
– Дело это не хитрое, сука Немец год мытарил вас, а штыку ладом не научил, – старый солдат ловко подхватил ружье из пирамиды, – Вот гляньте, энто просто, как снопы класть, чай дома приходилось?
Тут наоборот уже Александр мотал головой, а Григорий подтвердил, что умеет работать вилами, мол неоднократно помогал родственникам в деревне. Оказывается опытный старый Матвей все подготовил, штыки у двух крайних ружей наточил до бритвенной остроты и смазал смесью сала пополам с землей. Старый солдатский трюк, известный еще со времен петровских походов или даже раньше. Слышал уже про такой прием и Сашка, говорят так только для турков делают, когда не хотят брать пленных.
– Штоб оне не блестели, и таким хоть легонько царапнешь до кровушки – антонов огонь остальное довершит, не залечат. Но колите со спины и до конца, в тело до упору. В зад, голову, руки-ноги не сметь ни в коем разе! Упрется в кость – вынь и втыкай сызнова, до конца до самого. Ежели вдруг да с ног его собьете быват такое, прикладом не бить, только штыком! Палаша евонного не страшитесь, я с рапортичкой подбегу из строя, завлеку нехристя и не должон успеть оборонится. Бейте с разбегу прям в спину коротко, ра-а-аз… и уходите с богом.
– Дяденька, там же еще обер-офицеры будут, оне же по пятницам приходят? – Григорий спешит спросить наставника, в самом деле сегодня в батальоне должен быть ротный и еще офицеры.
– Не сумлевайтесь ребята, завтра Покров, и значится опосля обеда эти пияницы глаза уже зальют. Простите братцы в другой дни никак нельзя, меня смертью казнят, почто не догнал? А тут пусть энти ироды сами ответ перед казной держат. Бежать вам споодручнее чрез дыру в заборе за бараком, там наши для вас харчи собрали на дорогу, сухари и соль в узелочке.
– Зачем там, дядя Матвей, центральные ворота ведь ближе? – не понял замысла Сашка, – Сразу бы и рванули туда?
– Эк ты молодой и горячий Сашка, а про караул на входе запамятовал видать? Ежели они вас упустят – имя каторга, а то и под расстреляние солдаты пойдут, а не то еще из города кого нечистый принесет, тока бегом в лаз – там и лесок рядом, недалече. Я так кумекаю, раз праздник великий грядет, то все начальство городское уже шибко выпимши с утра будет изрядно, и погонь за вами сразу не снарядит, почитай цельная ночь у вас в кармане.
Хороший мужик Матвей, правильный одним словом. Тогда в понедельник он тянул жребий на Немца вместе со всеми, а ведь мог бы и отказаться уповая на старшинство, его бы никто из солдат не упрекнул тогда. Сашка уже успел простить фельдфебелю свое "назначение", верно никакого другого варианта не было. Напоминает он ему хорошего старшину-наставника, был у него такой в той, советской еще армии. Невольно он последний год постоянно сравнивал реалии той и этой службы, местами похоже, местами нет. Но представить себе тогда, что вот его, Сашку старшина будет инструктировать, как правильно убивать комбата – это нечто совершенно запредельное, немыслимое, сюрреализм или бред сивой кобылы. Там в Афганистане, в том скоротечном бою на дороге они вытащили из под огня всеми нелюбимого, истекающего кровью ротного, перевязали и жгут наложили как положено. Этот человек выжил, поправился и кажется даже продолжил терроризировать своих солдат дальше. А тут… просто убивала обыденность происходящего события, никакого экстрима, волнения и адреналина в крови ни капли, все спокойно – сегодня после обеда, перед триумфальным маршем они с Гришей должны заколоть штыками Немца и потом дезертировать из части. Может в самом деле все вокруг происходящее – просто плод больного воображения, стоит сделать усилие и увидишь лица врачей, может он просто сошел с ума и лежит сейчас на койке в психушке? Нет, к сожалению, слишком все долго уже длится, это не сон и не бред, а просто реальность века девятнадцатого, с которой приходится считатся.
Почему "мир" – местный коллективный разум решил, что ненавистного командира следует обязательно убивать перед строем, прямо торжественно-ритуально, точно жертвоприношение совершить? Еще одна загадка, только спустя много лет Александр найдет подходящий ответ, видно в каждой эпохе свои заморочки. В 2000-х годах просто киллер поджидает свою жертву в подъезде и стреляет в спину, а здесь надо действовать открыто, может быть так хотят запугать потенциальных "заместителей" Немца? Непонятно, он слишком мало прожил еще вместе с этими людьми, еще не стал частью этого века и не факт, что когда-нибудь станет.
Между тем новый день понемногу вступал в свои права, светало. Барак постепенно оживал, солдаты понемногу просыпались и вот уже плещется вода, и слышна веселая перебранка на заднем дворе у пустой конюшни и у колодца. Умывальников от казны нижним чина не положено, желающий ополоснуть лицо должен просто зачерпнуть горстями воду из большой кадушки. Полотенец или рушников по местному, как нетрудно догадаться, тоже нет и в помине, верно суровое начальство бережет солдат от всякой ненужной роскоши, обстановка предельно спартанская. Вот уже и выборный артельщик с помощниками засобирался, они должны успеть до развода выдать черный хлеб, основную пищу российского солдата, обеденный суп более напоминающий тюремную баланду не в счет, его можно пить как сырую воду – настолько пуст. Изредка нашим защитникам отечества удавалось подкормиться картошкой с обывательский огородов, а уж если под руку попадалась неосторожная городская курица, то во всем батальоне был просто праздник. Как выглядит казенное мясо и когда в последний раз его отпускали нижним чинам не смог никак вспомнить даже местный старожил – уже знакомый Сашке фельдфебель. Но люди все равно жили и надеялись на лучшее, так уж устроен человек, вон посмотрите – даже шутят и смеются, а ведь для кого-то из них этот день может оказаться последним. Балагурит местный весельчак нижегородец Федька, подсмеиваясь над выползающими из казармы сонными еще сослуживцами, в ответ его обливают ледяной водой, парень только фыркает словно конь и ничего, жизнь идет, жизнь продолжается…
…………………………………………………
Пожалуй стоит сделать отступление и вернуться на время обратно в ХХ век, там месяц спустя поле первого в истории успешного путешествия человека в прошлое, произошли весьма значительные события определившие дальнейшую жизнь и деятельность наших главных героев. Если вкратце, то Проект "Коррекция исторических событий" самым глупейшим образом накрылся медным тазом по вине некоего Рафика. Нет этот просто эпический терминатор прибыл в далекий уральский город не из Прибалтики, а из солнечного Таджикистана, это не автомобиль – обычный человек. Если уж совсем честно то спрашивать надо не с бедного дехканина, приехавшего в Россия на заработки, а с тех ловких дельцов, что скупали в те постперестроечные времена лом цветного металла и изделий радиоэлектронной промышленности. Кто-то же объяснил таджику, что "желтый нога" – это хорошо и за него можно получить немного денег в ближайшем пункте приемки, до ценности остального цветмета он видимо и сам "допер". Так или иначе, но в ходе ремонта в здании НИИ электровакуумных приборов, произведенного бригадой вышеупомянутого Рафика, из лаборатории номер девятнадцать исчезли бесследно все существовавшие на тот момент в "металле" экземпляры уникальной машины времени. Начинка красивых голубых металлических шкафчиков: позолоченные микросхемы, СВЧ-транзисторы и многие десятки килограммов медных волноводов, вентилей и фазовращателей навеки сгинула в бездонных недрах одной сомнительной лавочки, по злой иронии судьбы расположенной всего в пятидесяти метрах от здания НИИ вакуумных приборов. Это вступление, это пролог драмы или комедии, которая разыграется сегодня за толстыми стенами помещения на третьем этаже, где соберется вечером все руководство Проекта. Заглянем и мы за облупленную дверь с покосившейся от времени табличкой 19, снабженную устрашающим плакатом "Посторонним не входить!" и древним механических кодовым замком…