Страница 3 из 22
- С возможностью Мэл приручать, она даст Совету идеальную возможность усилить власть и распространить ее не только на Охотников, - вновь подтверждает брюнет.
- Только есть проблема. Амелия их возможный союзник и оружие. Но также она является врагом, - все смотрят на меня, а я тут офигеваю от таких открытий.
- Приручать может только она, - лицо Лиама проясняется. – Ее кровь может связать, но связывает она не с Советом. Если они используют ее – весь Сумеречный мир будет привязан к Андерсон, а это вовсе не то, чего они хотят.
- Именно поэтому Амелия сейчас на коротком поводке и под цепким наблюдением Совета.
- Соф? – Калеб обращается к абсолютно потерянной девушке.
- Этого не может быть! Охотники уже давно следят за соблюдением Сумеречного закона и общих договоренностей. Мы не убиваем по нашей прихоти, а делаем это только в случае, если доказана вина и нарушались правила. Головы лишаются только те, кто это заслужил. Власть, итак, находится в руках Охотников, потому что Совет судит и в случае надобности проявляет милосердие, как и поступил с твоей матерью, Амелия. Она предала главную цель и проявила слабость, но ее не опозорили при всех, лишив руны. Ей дали возможность искупиться, но она опять предала свой вид, выбрав черного Демона-убийцу! – мне было очень обидно из-за ее слов.
- Ты считаешь, что моя мать полностью оправдано, сгорела заживо в пожаре, Соф?
- Я считаю, что каждый получает по своим заслугам. Хочу уточнить, что умерла она не по приказу, и Совет ее простил. Как оказалось, зря.
- А кто такой Совет, что имеет право решать, кому жить, а кому умирать?
- Ты сейчас защищаешь свою семью, Амелия.
- Так же, как и ты, - девушка издает смешок.
- Именно поэтому Охотники должны мыслить здраво! Ты защищаешь убийц. Демонов, которые высасывают из людей жизнь. Они, по-твоему, имеют право решать, кому умирать?
- Я не считаю, что под прицел должны попадать невиновные. Убийца должен ответить за свои действия и понести наказание, но почему это решаете вы? Совет плетет всех под одну гребенку, делая вывод из-за одного нарушителя целого подвида! Если один вампир выпил кровь человека – убийцы все!
- Это природа. Они настроены в глубине подсознания убивать. Почему ты, страдавшая из-за того самого Говарда и погибшая от рук Демона, все равно их оправдываешь? Кровь твоего друга пил тот самый вампир, но ты все равно стоишь на их стороне.
- Потому что кровь пила Кэрол! Она виновата и только она ответит за это.
- В тебе течет демонская кровь. Ты ведешь себя неправильно.
- Потому что не строю из себя повелительницу Сумеречного мира и не бегу отрезать голову Монтгомери?
- Потому что ты оправдываешь неоправданное!
- Ты опять возвращаешься к поступку моей матери?
- Если она не убила Дамиана Бриксамана – это сделает кто-то другой. Тот, кто дорожит своим призванием и соблюдает законы, которые выполняли все беспрекословно.
- Проблема в том, что Охотник полюбил Высшего Демона?
- Проблема в том, что Охотник предал свой клан.
- Нет, Соф, - я смотрю на девушку разочаровано. – Проблема в том, что моя мама не смогла контролировать свои чувства и полюбила того, кто был в запрете. Я оправдываю ее поступок, потому что тоже влюблена. И от тебя я такого не ожидала, потому что ты, как никто другой должна понимать, что такое любить того, кто запрещен для тебя законом, - мы молчим, глядя друг другу в глаза, - Ответь честно. Прежде всего, себе. В тебе говорит верность закону или Джеймсу, который входит в Совет?
- Я понимаю, что сейчас прекрасный момент для пафосного ухода, но есть еще кое-что, - перебивает Виджэй. – Пропадают Охотники, - он перевел холодный взгляд на Софи, - Об этом Совет вам рассказал? Или решил не нагружать еще одной проблемой, чтобы вы полностью отдали себя наблюдению за Амелией?
- Еще раз напомни, почему я не должна тебя убить? – зло шипит девушка.
- Я не попугай, чтобы повторять одно и то же.
- Надо же. В него еще не умеешь превращаться?
- Соф, достаточно, - заканчивает Калеб. – Мэл, отдыхай. Завтра вставать на занятия, - он бережно берет за плечи своего фрисоула, направляясь на второй этаж.
- Прекрасно! А где буду спать я? В твоей комнате? – Виджэй играет бровями, прикусывая губу.
- Обойдешься, - ему отвечает Джойс. – В особняке несколько гостевых спален. Одну заняла Амелия, а вторая удачно находится со мной на этаже. Представляешь уровень моей доброты, раз я выделяю тебе собственную комнату, а не позволяю спать калачиком на полу.
- Представляю, какой ты добрый, раз селишь меня напротив своей комнаты.
- Главное, не кукарекай по утрам.
- Не переживай. Я просто обмочу твою обувь.
- Мэл, контролируй это животное, - бросает Лиам, а я улыбаюсь, глядя на черноволосого.
Глава 3
Уснуть не могла на протяжении двух часов. Оказавшись в комнате, ко мне вернулись мысли о Дениэле и его уходе. Может, он завтра вернется? Вдруг, уехал к миссис Лорин и Гроверу, чтобы отвлечься. Трубку он не брал, наградив меня автоответчиком. Хоть где-то услышала его голос.
Надела куртку, выйдя в сад, подышать свежим воздухом. В беседке, на месте нашей последней встречи с Рамиресом младшем, сидел Лиам.
- Тоже не можешь уснуть? – я села возле парня, спрятав руки в карманы. Прохладно.
- Бессонница, - он пожал плечами, возвращаясь к звездному небу.
- У тебя что-то с рукой? – пепельноволосый нахмурился, а я посмотрела на правую кисть.
- Демон немного задел. Так быстро, как у тебя не заживет, конечно, но жить буду, - повернулась к парню, взяв в руки его. – Ты что делаешь? – я прикрываю глаза, с искренними намерениями помочь. Чувствую, как по моим венам пробегает тепло.
- Должно зажить, - слабо улыбнулась, игнорируя непонимающий взгляд Джойса.
- Привилегии демонской крови?
- Злишься на меня?
- Если бы и злился, тебя это волнует?
- Конечно. Я не хотела ссориться с Соф, но меня это правда обидело.
- Ее мать входит в Совет. Ее учили следовать правилам с детства, и, поверь мне, ей на них все равно. Думаю, когда она сбежала с тобой в вампирский клуб, ты это поняла.
- Именно поэтому я не ожидала от нее осуждения.
- Она тебя не осуждает. Наверняка поссорилась с Джеймсом, поэтому всю злость выместила на тебя.
- Ты так спокойно говоришь о том, что она любит мистера Рамиреса.
- Потому что это так. И я ничего не могу с этим поделать. Как и с моими чувствами к Софи, поэтому просто живу с невзаимной любовью.
- Уверена, когда-то до нее дойдет, кого она потеряла.
- Она меня не потеряет, - тяжело выдохнула. От таких искренних и сильных, но невзаимных чувств Лиама, стало еще грустнее. – А ты думаешь о Дениэле? – мое молчание последовало согласием на этот вопрос. – Я видел его, когда он понял, что ты не дышишь. Он сломался. Дай ему время.
- Ты все время просишь дать ему время. Сначала, чтобы успокоиться. Потом, чтобы он разобрался в себе, а теперь, чтобы починился. Я подожду, но главное, чтобы потом не было поздно, - встала, намериваясь пойти вздремнуть. – Спокойной ночи.
- Спокойной ночи, Мэл.
Утро встретило меня ливнем и кислыми лицами друзей. Между нами с Софи натянулось напряжение. Лиам целую дорогу был погружен в свои мысли, бросая мимолетные взгляды на девушку. Калеб был полностью сосредоточен на дороге, не отвлекаясь на нас. Только Виджэй счастливо смотрел в окно и не замолкал ни на секунду. Говорил, что в амплуа животного мир кажется таким хмурым, серым и обыденным, что даже сегодняшняя пасмурная погода выглядела для него красочней.
По приезду в академию, все разошлись по аудиториям. Меня встретили счастливые Есс и Генри, мило воркующие о чем-то своем на каждой паре. Я непроизвольно вспоминала о Дениэле и гадала, чем он сейчас занимается. Думает ли обо мне так же, как я о нем. Собирается ли возвращаться.
Обедать я оставалась в обществе Охотников и котособаки. Уотсон и Донован сбежали праздновать годовщину их отношений. Парень приготовил Есс сюрприз, а я только пожелала друзьям провести этот день прекрасно, наслаждаясь друг другом.