Не попадайся ему на глаза

глава 24

Инга нахмурилась и повела плечом.

— Не знаю, — проговорила неуверенно. — Шифр?

— Верно, — мрачно кивнул Вадим. — А Димке я оторву голову!

Она невольно отодвинулась и прикрыла рот рукой. Слишком уж страшно прозвучала угроза. А он следил за ней цепким жадным взглядом. Считывал эмоции.

Да Господи! Хотелось крикнуть ей. Сколько уже можно проявлять недоверие!

Кожа у мужчины на лбу собралась в складки, а потом расправилась снова. Секунда, а потом он накрыл ее руку своей. Молча. Но это выглядело так, словно он сказал:

— Прости.

Отвернулся и отошел к окну снова. Замер, заложив руки в карманы брюк. А она вдруг поняла, что он по-другому просто не умеет. И его надо понять таким, какой он как есть. Подошла, и встала рядом, почти касаясь его плеча. Мужчина застыл, но уже совсем иначе. И от него к ней как будто тепло.

— Что будем делать дальше? — спросила она тихо.

Вадим потер переносицу и глаза.

— Все как раньше. Будем выжидать.

А по нему видно, что ему не нравится все это. Не нравится. В конце концов, через силу произнес:

— Пойдешь на встречу с Димкой. Я буду рядом.

Ошибки не было. Он будет рядом, значит, она опять наживка. Невольный страх скользнул

— Иди сюда, — он тут же резко прижал Ингу к себе, словно почувствовал ее состояние.

Стиснул ее крепко, и затих, тяжело дыша в макушку. И страх растворился, исчез куда-то, просто потому что он рядом.

— Это в последний раз, — сквозь зубы выдавил Вадим.

А потом стал набирать Дмитрия.

Можно было только предположить, о чем говорили братья. Инге было слышно только односложные рубленные фразы и еще более красноречивое молчание Вадима. Поняла одно — он был страшно зол на брата. Потом, когда уже отбился, и даже какое-то время спустя, сказал ей:

— Знаешь, что это за шифр?

— Нет, я понятия не имею, — начала она.

А мужчина вдруг резко повернулся к ней, в глазах холодная ярость. Инга чуть не осела. Но он так же резко и отвернулся. Дернул шеей и выругался.

— Наркотой мой брат в молодости занимался. И чуть не доигрался. Тогда я вытащил его из этого дерьма. Отмазал. А сейчас он, мать его так, влез снова! Телефоны, товар, точки! Мать его! Все там. Партии, даты.

Она обомлела, зажала рот рукой. Это же была его переписка с невестой.

Не хотела развивать дальше эту мысль. Не хотела этого касаться.

Теперь она даже знать не хотела, что за информация могла таиться в том ежедневнике. И кто мог охотиться за ним! Сразу припомнился тот сбитый среди бела дня мужчина и брошенный прямо посреди дороги автомобиль.

— Вот именно! — рявкнул Вадим, видя по ее глазам, что она понимает.

Потом отпихнул стоявший на дороге стул и отошел в сторону.

— Тот мудак, что напал на тебя в туалете. Додавили его. Работал на отца Малики. И да, совершенно не в его интересах в тот момент было взрывать твою машину. Потому что подозрение падало на тебя чисто. И около твоего дома светиться ему тоже не было никакой нужды. Это потом, когда увидел тебя в офисе, решил, что его слили, и запаниковал.

Звучало страшно. Но ведь Инга понимала и то, чего он не сказал. Будущий тесть Дмитрия подбирался к его, Вадима Кольцова, бизнесу.

Вадим оглянулся на нее и просто продолжил мысль:

— Это была его личная инициатива. Ни в его планы, ни в планы его заказчика твоя смерть не вписывалась. Наоборот, на тебя удобно было повесить слив информации и многое другое. Ты была близка с моими братом, у тебя был мотив.

Он подошел вплотную и застыл, вглядываясь в ее глаза с какой-то жажадой.

— Кому понадобилось подбрасывать в твою машину взрывчатку? Инга? Кто мог хотеть тебя убить?

— Я… — задохнулась она, вспомнив их ту, самую первую встречу. Холод в его голосе и убийственное презрение во взгляде.

…Включай голову, менеджер по аналитике.

…Есть утечка. Есть ты. И у тебя был мотив.

Он ведь не верил в это уже тогда. Иначе, чем объяснить? Вадим знал, что ведутся подковерные игры вокруг его бизнеса, и подозревал брата. И да, если так посмотреть, у нее единственной был мотив.

И все же с первой минуты оберегал ее.

— Ты…

— Молчи, — он вдруг прижал ее голову к своей груди.

Мужчина шумно дышал, его грудная клетка вздымалась, а Инга слушала, как сильно стучит его сердце. Не все слова должны быть сказаны. Иногда молчание лучше защищает.

Наконец Вадим отпустил ее и отошел на шаг.

— Пора ехать. Ко времени, что я назначил время Димке, успеем в обрез.

— Хорошо.

Инга выключила компьютер, подхватила свою сумку. А потом по привычке пригладила волосы и протянула к нему руку:

— Ежедневник.

Вчера она отдала эту злосчастную книжицу Вадиму, Но сейчас ежедневник нужен был для разговора с Дмитрием.

— Нет, — сказал он категорично. — Об этом не может быть и речи.

А Инга уставилась непонимающе.

— Мы не будем рисковать. Пусть он опишет детально, как именно выглядело то изделие, которое он тебе подарил. В мельчайших подробностях, цифры, знаки, характерный цвет. Где, что именно, на каких страницах. Диктофон включишь. И телефон поставь на громкую связь. Поняла?

— Да, я поняла, — кивнула Инга. — А ты?

— Буду рядом.

***

Пока ехали на место, к тому кафе, где Вадим назначил встречу брату, он не выпускал ее руку из своих. Держал крепко. А Инга думала о том жестоком мире, в котором ему приходилось вращаться. И ей невольно становилось страшно, что с ним что-то может случиться.

Но еще страшнее становилось, оттого что теперь этот страх за него останется с ней даже потом, когда… Об этом не стоило думать, особенно сейчас.

За всю дорогу не было сказано ни одного лишнего слова. Только по делу. Вадим несколько раз напомнил, чтобы она не забыла включить диктофон. В конце концов, сам включил его. Перед тем, как ей было выходить, потому что они уже подъехали, долго смотрел на нее и сказал:

— Будь предельно осторожна.

А она оглянулась на большие витринные стекла кафе. День, полно людей, оживленное место. Что тут может случиться? Но все же улыбнулась ему:

— Хорошо, я постараюсь.

И вышла.