Страница 83 из 85
Утром просыпаюсь от толчков её, освободиться хочет из объятий моих. Уже не за ноги оплёл её руками, а за плечи и к груди своей прижал. Ослабил руки немного, но до конца не размыкаю их:
- Пусти…
- Не спиши… последние мгновения… Мне тяжело будет без вас... И тебе одной нельзя, Марина.
- Не сейчас… Ни единым словом не удержишь… и не только словом.
- Я верну тебя, обязательно верну вас обоих. Как бы мне это тяжело не далось… верну слышишь... любимая, милая моя. Ты сама меня выбрала, не забывай это Марина...
58.
- Сама… А что если всё не так… И я запуталась… - оторвал её руки от своей груди и пальчики целую, губами их в рот прихватываю и целую…
- Ты у меня такая умница, сильная и смелая… не запуталась. Тебя трудно запутать Марина… - к губам её тянусь, а она, вниз голову наклонить пытается, уворачивается. Губы её полуоткрыты, отстраняется неуверенно и одновременно просяще. В глаза смотрит встревоженно и щеки моей колючей, не бритой касается. Не оставляю надежду и льну к губам желанным и животик наш ладонью накрываю.
Целую робко внутрь не проникая, только губы захватываю в свой сладкий плен. Скучала без меня, извелась за эти дни. Уйдёт и не сможет одна, день, два и души наши взвоют, связь нашу уже не разорвать…
Отзывается на поцелуй тихий и несмелый, раскрывается и сама требует большего, язык её к моему тянется и я волю интуиции отдаю. Поцелуй выходит жарким, страстным, жадным до ломки в суставах, забывая дышать. И только каждый короткий и торопливо-рваный вдох на двоих позволяет продлиться этому каскаду нахлынувших вкусов, звуков и касаний наших тел.
В одночасье окунулся в поцелуй на балу Холивана первый, наш первый поцелуй с Мариной. Как загорелась и злостью обдала не получив желаемую порцию ярких чувств. Моя светлая и единственная звёздочка, моя любопытная и ненасытная, дающая свет и радость каждый миг, час и день… много дней… бесконечно длинных. Слышу тихое «Алекс…». Ничего слаще нет имени услышанного из её уст… Сдержаться готов, усмирить желание своё, страсть умерить, как тогда под террасой, а она нет, не может оторваться и остановиться на полпути, тяжело для неё. Знаю это, чувствую.
- Алекс… рядом будь… с нами… люби нас…
Яркие, самые радужные и неподдающиеся объяснениям мгновения от близости с ней и то как наши тела покидает эта сладостная дрожь, разливаясь волнами и импульсами под кожей сплетенных рук и ног. Держит меня внутри, жадно сжав до последних накативших и покидающих её юное тело искр блаженства. Упоительное ощущение, замираю и жду наслаждаясь её видом… Выхожу из неё, когда сама освобождает меня из своего разгоряченного плена…
Касаюсь губ и как опьяненный откидываюсь на спину, она смущённо улыбается, кладёт голову мне на предплечье и я обнимаю её рукой прижимая плотнее к себе. Ребёнок толкнулся раз, ещё и выпятил мне в бок ножку, смеюсь и щекочу её указательным пальцем, малыш дернулся и спрятался.
Марина пристраивает свою ногу между моих и вздыхает:
- Я всё равно домой хочу, к Ба и Аннет… Не по себе мне здесь. И по маме скучаю…
- Отвезу тебя к Логэрам, погости у них, сколько решишь, а я рядом буду. На правах мужа, - поднимаю пальцами её лицо за подбородок, - Любящего и заботливого, иначе ты все запасы Илиха уничтожишь, - щелкаю её по носу.
- А может вы меня опоили чем? – быстро хватает меня за палец, хмурит брови и носик, дразнит и играет со мной, вредина. Переворачиваюсь и нависаю над ней запрокинув её руки за голову.
- Опоили, - целую в кончик носа, в щеки, - Влюбили, - целую в губки, в подбородок, - Замуж взяли, - целую в шею, в плечо, в грудь, задерживаюсь на розовом соске и спускаюсь ниже… - Развратили, - гулко выдыхаю и отпускаю её руки, обнимаю своими руками животик и целую его, при этом бросаю на неё короткий взгляд, - И ребёнка зачали. Ребёнок! Ку-ку? – губами касаюсь кожи живота, Марине щекотно, она хихикает и за уши отрывает меня от себя.
- Всё! Хватит Алекс, мы кушать хотим и к бабушке в гости.
- Правильно, в гости и не надолго. И домой обратно…
- Алекс?
- Я Алекс. Кушать хотите? Значит не спорьте со старшими. Встаём, я за завтраком, а ты зубы чистить и собираться.
Освежилась в ванной и одеваюсь. И как он это делает? Ещё ночью злилась на них всех, собрались за моей спиной и обсуждали меня, а теперь их видеть не хочу, разными коридорами передвигаться придётся. Ну где он там, что с завтраком?
Вхожу в кухню и собираю завтрак для нас на поднос. Так, прислуга где-то запропастилась, ну да ладно, сам справлюсь. Перенервничал, ещё одна такая ужасная ночь и я свихнусь. Боялся что мир рухнул в одночасье. А утро светом озарило и надежду дало, будет, всё у нас ещё будет.
Выходим из дому и Натан в коридоре в тени показался. Со спины, на глаза не рискнул ей попасться. Окликнул понижая голос:
- Марина, ты меня простишь?
Она замерла и счёт на секунды пошёл. Протянула мне руку и не оборачиваясь к нему произнесла:
- Не сейчас… Едем Алекс.
Подъезжаем к дому Логэров и у меня глаза влажными становятся. Увидев их повисла у Ба на шее со словами «скучала, очень».
- Девочка наша в гости приехала, сентиментальной стала, - Ба гладит меня по спине. Аннет здоровается со мной улыбкой и обращается к Алексу.
- Я тоже в её положении то плакала, то ела без остановки. А ещё всех зверушек бездомных жалела.
Осталась у своих на две недели. Алекс был рядом и терпеливо, «скрипя зубами» ждал возвращения домой.
Сижу с учебником в тени кустарников на покрывале, готовлюсь к последнему экзамену. Одной рукою глажу животик а другой листаю учебник. Мелкий сегодня резвится и часто копошится. Ну вот, а теперь ещё и булькает, а мне щекотно от этого.
Кстати, профессор Лебон в этом семестре всем третьекурсникам провел курс лекций по «Противодействию агрессии в молодёжной среде». С письменной работой и зачётом по итогу. Надеюсь от этого толк будет. Кое кому «пыл» поумерит, а кое кому свободнее дышать станет.
Алекс подходит и усаживается к нам сзади, обнимает меня поглаживая за живот и целует в шею.
- Ну, как вы тут без меня целый день?
- Тшш… Он только притих.
- Ну раз он спит, а ты нет… - шепчет мне и поднимает руки в верх, перебирает мои волосы, освобождая шею, покрывает её и плечо многочисленными легкими поцелуями.
- Когда домой вернёмся? – спрашивает.
- Давай после сессии… - поворачиваю к нему голову и подставляю щеку, - Ещё в щёщку и губки…
- Как скажешь, - Улыбается и целует в щеку, в губки, - После сессии, я запомнил.
- Как дома дела?
- Крид за Ен Шин, в Сэйкун с особой миссией отплыл. Натан к нему на хвост сел. Оба в путь отправились. Дома только Рик и Юлия. Раздолье им там.
- Интересно чем закончится у Крида…
- Посмотрим…
- Алекс…
- Мм…. – Алекс трёться кончиком носа о мои волосы.
- А когда тебе будет 32, ты так ничего и не сказал про свой День рождение.
- Ладно… Только не смейся…
- Так-так-так… Интригой пахнет.
- В этом году его нет, поэтому и не отмечали.
- Февраль, 29-ое?
- Нет. Почему решила, что это февраль? 32 января.
- Что? У вас в январе 32 дня?
- А ты не знала?
- Нет. Выходит у тебя день рождение раз в четыре года?
- Нет, два через два. Будем отмечать 33 и 34 года, а вот 35 и 36 придётся пропустить..
- Ну у вас и календарь? Только январь с сюрпризом или ещё есть?
- С какой целью интересуешься?
- Алекс! Мне между прочим рожать…
- Не волнуйся, только январь, тебя это не затронет. Если только в будущем… - бью его локтем по рёбрам.
- Мне бы с настоящим справиться, а ты уже про будущее…
В начале августа Крид вернулся, не один. Как же она хороша, его Ен Шин. Больше восемнадцати лет ей не даш, высокая, кареглазая, жгучая брюнетка, а восточный разрез глаз готов любому голову вскружить. Мне она напомнила азиатскую актрису. В такую и я бы втюрилась. Гордая, а улыбается как ребёнок. Хотя на улыбки она не особо щедрая. В седле держится отлично, словно родилась в нем.