Страница 11 из 85
Отправились всем семейством. В середине празднования мы с Питом отделились от родителей. У тех своя возрастная компания.
Большое скопление народа, медовуха рекой, танцы, испытания для мужчин, трезвых и не очень и конкурсы для девушек. Повсюду жгли костры и водили хороводы. Молодёжь обсуждала ночное купание и прыжки через костёр под обрядовые песни. Весело было однозначно. Своего рода, этакая «деревенская гулянка». Не вакханалия и то хорошо.
Финалом праздника был выбор лучшей молодой пары – она Июния и он Июний – своего рода «король и королева» праздника.
Мне отсидеться незамеченной на празднике жизни не получилось. Для одного из конкурсов выбирали десять девушек, я стояла далеко от площадки из деревянного настила (а-ля сцена) и даже от главного праздничного костра.
Чьи-то мужские сильные руки вмиг подхватили меня, усадив себе на плечо и понесли в гущу событий.
- Ещё одна красавица жаждет приз! Моя! – и мужчина средних лет ставит меня к другим участницам. – Ставлю на неё сто ланеров. Эта крошка выиграет!
Я в замешательстве, на виду у толпы, теперь меня запомнит каждый житель Майхалии. Под возгласы игрока, поставившего на меня деньги:
- Не подведи детка!
И обращённые на меня глаза Пита и родителей, бежать было бы верхом не приличия. Глубокий вздох, улыбка и я уже одна из участниц конкурса.
Испытание началось.
Этап первый: надо повторять движения за одной очень бойкой местной девицей.
«А-ля пляски» у меня не плохо получились, я даже в азарт вошла. В итоге минус три претендентки.
Второй этап: изобразить человека или животное, а зрители должны угадать и лучших наградить громкими аплодисментами. Девушки изображали лошадь, гусыню, кто-то даже местного хромого лекаря Йука. Я была пятая.
Опускаюсь на четвереньки, понарошку облизываю ладошки и умываю мордочку, подползаю к соседке по конкурсу, трусь, «лащусь» шеей и головой об её ногу, затем оставаясь на коленях, приподнимаюсь и перебираю руками-лапками на её бедре, просясь «на руки». Слышаться крики:
- Кошка! Она кошка!
- Род, твоя девчонка лучшая! Где ты её откапал? На каком руднике?
- Там уже нет! Давай крошка! Победа за нами!
В итоге - ещё минус четыре девушки.
Третий конкурс, он же финал: нужно спеть или станцевать. Выбираю танец, разгоряченной толпе понравиться что-то ритмичное и я танцую ирландский танец, приподняв юбку, держу её руками и отбиваю ритм каблучками, кружусь и пританцовываю.
В десятом классе, для районного конкурса «Танцы народов мира» нам с девчонками пришлось подготовить для выступления три ирландских танца «джину, рил и польку». В финале танцевали польку. Мы тогда старались на совесть, но заняли только третье место.
Пляшу под возгласы толпы и смотрю в даль, туда где стоит Пит и активно скандирует за меня. Но моего личного фаната и болельщика в первом кругу перекричать не под силу никому.
Неожиданно вижу как двое амбалов тянут Пита за шиворот по дальше от толпы. Делаю пару последних «па», кланяюсь и расталкивая толпу бегу в направлении Пита.
- Крошка? Куда ты? Я здесь! – слышу в спину.
С трудом пробираюсь сквозь толпу, чтобы успеть за Питом, забегаю за угол амбара и вижу как из Пита вытрясают душу, прижав его к стене.
8.1.
Запыхавшаяся, быстрым шагом подхожу и:
- А ну стоп! В чем проблема? – встаю рядом.
- Иди своей дорогой детка, пока я добрый.
- Раз добрый? Тогда скажи в чем его вина?
Один из них приближается ко мне, обходит по кругу, оценивает. Прищелкивает языком.
- Долг на нём. Хочешь отработать?
- И много должен?
- Пятнадцать тысяч ланеров.
- Это много? Я не местная, объясни.
- Устанешь отрабатывать детка, на третьей тысяче товарный вид потеряешь. – хмыкает.
- Давно должен?
- Это уже с процентами. Что скажешь? Впрягаешься в его долг?
- С главным увидеться могу?
- Я первый тебя отпечатаю, может главному и смотреть на тебя не стоит.
- Не тебе оценивать и клеймо ставить!
- Дик, отпусти его. Ладно, как скажешь. О встрече узнаешь позже. Уходим, Дик.
Мы остаёмся вдвоём, теперь я припечатываю Пита за грудь руками к стене.
- Что ты творишь? Во что вляпался? Ты о родителях подумал?
- Я… я в Йоране не с теми парнями связался, они подставили, вот теперь долг растёт, перед Грэгори.
- Чем ты там занимался? – убираю руки и отступаю от него на пару шагов.
- Лиа, я.. ты... не говори родителям, прошу.
- Чем? Пит, чем?
- Грабежами под заказ, редко, правда. Мне говорили у кого и что. На последнем деле ребята сдрейфили и смылись, я не смог один. Покупатель наехал на Грэгори, тот на меня долг перевёл. Отработал ему только пятьсот ланеров, больше никак не получается.
- Пит, как ты мог? Даже не знаю… как быть теперь, что делать?
- Лиа, я сам как нибудь, не влезай.
- Сам? Сам ты не выкарабкаешься. Пошли домой.
Минуя праздничный хоровод к нам вальяжной и не твёрдой походкой подруливает мой болельщик:
- Детка! Я тебя потерял, мы с тобой приз заработали и денег, гляди. Жаль что Июлькой не стала, да ладно. - обнимает меня за плечо, протягивает плетёную корзину с цветами и показывает деньги.
Сбрасываю его руку с плеча и смотрю на него уставшим взглядом.
- Цветы в машину, автограф не даю. Денег сколько?
- Тысяча двести, а куда цветы ты сказала?
- Пит возьми у него цветы. – и болельщику бросаю, - Как делить деньги будем, по братски или по полам?
Прищуривается и выдаёт:
- Тебе тысяча и свидание, а лучше сходим к Велии, пусть погадает нам. Да? - опять руку тянет, но уже к моей щеке.
- Без свидания и гадания сколько? – отталкиваю его руку и отхожу на шаг.
Его взгляд становится холодным и ноздри раздуваются:
- Пятьсот.
- По рукам. Пит возьми у него деньги.
Вернулись домой не поздно. Праздник был только в самом разгаре. Пьяная деревенская гулянка с шумом и плясками набирала обороты.
Родители Пита уже были дома. Спать ложились с Питом молча, каждому из нас было о чем подумать перед сном.
Ну вот, хотела же тихо отсидеться в приемной семье и работать, не зря глотая чужой хлеб. Не вышло.
Утром обсуждали с Дарией и Стеном мою поездку в Йоран. Моя версия:
- Хочу город посмотреть, я ведь не местная, мне всё интересно. Пит будет рядом.
А вот о главной цели поездки мы умолчали.
Ситуация которая сложилась с Питом меня тревожила не на шутку.
9.
К обеду прибыли в Йоран. Нас подвёз один из соседей, он держал в городе мясную лавку и как раз направлялся в этот день с товаром в город.
Йоран оказался большим и шумным. Дома сплошь кирпичные, трёх-четырёх этажные. Улицы мощёные булыжником. Кареты, брички, экипажи и повозки снуют туда-сюда. Жизнь здесь достаточно оживленная, как и у нас – обычная городская суета.
Ресторации и кафе, на верхних этажах которых как правило размещены гостиничные номера.
Кругом многочисленные магазинчики и торговые лавки. А вот таверны, расположенные на окраинах, славились не очень хорошей репутацией.
В отдельной части города разместились красивые трехэтажные дворцы местной знати, с парками и садами, огороженные кованными заборами. «Местные олигархи» заметила про себя.
Сельского жителя здесь видно сразу, по «одёжке», но предвзятого отношения горожан к ним не замечаю. Это хорошо.
Есть в городе и свой бордель. Очень симпатичные девушки в яркой одежде с выкрошенными волосами сидят на балконах и соблазнительными улыбками зазывают клиентов. Среди них увидела даже парня. Эта картина мне не приятна и даже коробит.
Глазея задерживаюсь у витрины одного из магазинов одежды, рассматривая и изучая местные фасоны.
- Лиа, идём! Нужно встретиться кое с кем. Хочу разузнать обстановку. – голос Пита меня одергивает.
Посетили пару мест, ничего и никого кто был нужен, не встретили.
Остановились на ночь в одной из гостиниц. Перекусить решили там же, на первом этаже. Судя по публике, ужинавшей здесь я поняла, что моя причёска вписывается в городской имидж, проблемы как таковой нет. А вот серое платье от Дарии я бы сменила.