Страница 20 из 72
- Кроме, дай угадаю, Склавии?- усмехнулся Бьорсон.
- Да, в Склавию мне нельзя, - грустно улыбнулась Ольга, - наверное, когда я пойму, что со мной всё в порядке, я попробую вернуться, но пока со мной не всё в порядке.
При этих словах Бьорсон сделал большие глаза и, вжавшись в стену, принялся смешно семенить в сторону двери.
-Прекрати свои кривляния, или я убью тебя без всякого Безумия, - Ольга сама не поняла, засмеялась она при этом или всхлипнула. - Я как бракованная гончая, Снорри. Меня тянет на фронт, тянет к смерти. Поэтому я и пыталась напроситься к кому-нибудь на передовую. Это какой-то психоз, привязавшийся ко мне после транса. Пока он не прекратится, возвращаться к науке мне опасно. И для себя, и для окружающих. Поэтому я просто пытаюсь дожить до этого момента. – Ольга поднесла мундштук ко рту, но папироса за время разговора дотлела до самой бумажной гильзы, и она принялась вкручивать в мундштук новую.
Снорри молча ушёл в свою комнату и вернулся, потрясая металлической фляжкой. Ольга благодарно кивнула и залпом опрокинула в себя четверть стакана крепкой золотистой жидкости. Снорри сделал глоток прямо из фляжки.
- То есть ты по-прежнему мой фотограф, Ольга? Без подвоха?
- Ну…- Ольга замялась.
- Так и знал, - расхохотался норжец, - выкладывайте, Ваше Высочество, чего ожидать от вас бедному писаке, скромно пытающемуся заработать на кусок хлеба?
- Ты же сам всё понимаешь, Снорри, - вздохнула Ольга, - кто-то потопил склавийский эсминец. Командир корабля выжил. То, что он знает, может быть критически важно для моей страны.
- То есть всё-таки хочешь поиграть в шпионов, твоё высочество? - нахмурился Бьоросон, – и хочешь, чтобы старый пьяница Снорри тебе помог, верно?
- Мне будет достаточно, если старый пьяница Снорри не отведет меня в контрразведку Директории, - ровным голосом произнесла Ольга, - именно для этого я и рассказала старому пьянице Снорри обстоятельства своего появления в Джирапозе, хотя по большому счёту это старого пьяницы Снорри не касается.
- Старый пьяница Снорри при всех его недостатках никогда не был доносчиком, твоё высочество, - Бьорсон сделал ещё глоток из принесенной фляжки, - дураком, кстати, тоже не был. Ты мне нравишься, Ольга, и я помогу тебе, если это не будет мне в тягость. Но если ты злоупотребишь моей добротой, - погрозил пальцем норжец, - я предам тебя, не задумываясь. Просто потому, что себя я люблю больше всех княгинь и принцесс этого чертового мира. Ты меня понимаешь?
Ольга кивнула.
-Славно, - Бьорсон закрыл фляжку и убрал её в карман пиджака, - я пошёл спать. Чтобы продуктивно работать сегодня, мне нужно как следует выспаться.
Ольга кивнула и вытащила новую папиросу из пачки. Ей спать пока было рановато. Теперь, когда Бьорсон перестал быть опасен, нужно было придумать, как выйти на контакт с Димитаром Господиновым.
1) Эфириты - достатчно редкая, особенно в Склавии, разновидность Гениев, способная манипулировать с изображеним и звуком. Эфиритам подвластны дальновидение, манипуляции с уже созданными изображениями, гадание по фотографии, передача изображения и звука на расстоянии.
2) Многогранники - компактные источники энергии, напоминающие по своему функционалу современные акумуляторы нашего мира, но гораздо более энерго ёмкие. Многогранники служат основой энергопитания огромного количества прамских механизмов. Производство и зарядка многогранников является государственной тайной Прамской Пентархии.
3) Лангиранский сплав - сплав, по своим показателям опережающий алюминий. Производиться в одном из пяти городов, образующих Прамскую Пентархию - городе Лангирано.
4) Берхи, Зоричи, Вардалахи - аристократические рода Склавии.
Глава 11. Лавр
Дизель сердито пыхтел на малых оборотах, толкая катер вверх по строптивому Тавропосу. Какая-то рыба, испуганная то ли звуком двигателя, то ли бурлящей воды, метнулась в сторону берега прямо перед катером. Её темно-серая спина мелькнула среди буро-зеленой воды Тавропоса, заставив вздрогнуть сидевшего на носу катера Лавра.
- Что у тебя, Камнев? - стоявший у руля Смолян успевал не только управлять лодкой, но и внимательно следить за каждым движением впередсмотрящего.
- Всего лишь рыба, господин Смолян. Но здоровущая.
- Отлично, продолжай наблюдение.
Одного из мертвых бирюзовых экспедиционные врачи успели вскрыть до выхода разведгруппы Смоляна. Вид жабр на шее этих существ произвел неизгладимое впечатление на магистра Георгиопольского университета. Поэтому теперь, пока катер рассекал мутные воды Тавропоса, пассажирам на его бортах, носу и корме было поручено не только следить за берегом, но и внимательно всматриваться в глубину реки.
А река по мере удаления от лагеря все сильнее менялась. Рыбы, мелькавшие по ходу движения катера, стали появляться все чаще, и через какое-то время река уже бурлила от множества существ, рассекающих ее поверхность. Через два часа пути Лавр увидел целое стадо зверюг, таких же как тот, что он встретил вчера вечером. Разнежившись у реки, здоровенные твари то и дело поодиночке погружались в Тавропос, в котором они двигались невероятно ловко для своих размеров.
- Еремей, - скомандовал Смолян, когда лодка поравнялись с первым таким лежбищем умильных здоровяков, - если кто-то из них приблизится к катеру, стреляй. Для начала в воздух. Я не хочу проверять, смогут ли они перевернуть лодку. Понял меня? Лавр, тебя это тоже касается!
Но никто из зверей не стал приближаться к лодке, и вскоре стадо скрылось за очередным изгибом Тавропоса. Теперь на берегу реки резвились совсем другие обитатели - с огромными пастями, полными острых зубов и вытянутыми змеиными телами. Где-то из глубины джунглей послышалось что-то среднее между птичьим щебетом и человеческим криком. С высокого левого берега в воду плюхнулась туша, тяжелая и мохнатая. Живности в реке становилось всё больше.
- Вы были правы, Лев, - сказал Еремей Вук, низкий плотный мужчина с лысой головой и щетиной на щеках, - в глубине этого континента действительно сохранилась жизнь. Это потрясающе.
- Это стало понятно ещё вчера, - ответил ему Тадеуш Влк, худой гладковыбритый дылда с копной чёрных кудрявых волос, - более того, вчера мы увидели чудо, сильно превосходящее всё это кишение дикой природы вокруг. Вчера мы с вами встретили разумных существ.
-Да, - кивнул Вук, - вы совершенно правы, коллега. Но вчера у меня не было времени выразить своё восхищение господину Смоляну.
- Выразить восхищение! - фыркнул Смолян, - а вы неплохо вжились в роль университетских лицемеров, парни. На каком-нибудь ученом симпозиуме вы легко сошли бы за своих.
Лавр улыбнулся, пользуясь тем, что собеседники не видели его лица. От Влка и Вука за версту несло разведкой. Впрочем, в этом не было ничего удивительного.
Изменение климата в Склавии толкало правительство Государства на поиск новых плодородных земель для колонизации. Необитаемый Мортум для этих целей подходил идеально. Единственной проблемой был тот факт, что большая часть материка официально принадлежала Прамской Конкордии. Власть Маценты, давно зависимой от Склавийского государства, распространялась лишь на узкую полоску земли между реками Тавропос и Завора. Вернее, узкой являлась полоска колонизируемой земли вдоль побережья Мортума. Истинных размеров территории не знал никто, так как лезть вглубь континента Мацента до сих пор не решалась. Неудивительно, что в первой такой экспедиции приняли участие представители склавийских разведывательных ведомств.
- Однако сегодня вам не придется читать лекции, господа, - продолжил Смолян, - когда мы доберемся до поселения наших ночных гостей, мне понадобятся от вас другие, более прозаические навыки.
- И как скоро мы до него доберемся, Лев? - спросил Вук.
- Хороший вопрос, Тадеуш. Ваше Высочество, вам есть, что сказать по данному поводу?
Расчет вероятностей. Именно для этого их с Константином и пригласили в эту экспедицию. Когда вы лезете вглубь неисследованных земель, произойти может всё, что угодно. А когда вы находитесь в опасной близости от земель вероятного противника, случайностей быть не должно. Устройство вероятностей, над которым с самого начала похода колдовал Кост, должно было быть их страховкой от этих самых нежелательных случайностей.