Страница 15 из 72
– Пояснил ли сложившуюся ситуацию кто-то из выживших склавийских моряков?
– К сожалению, нет. Старший из выживших склавийских офицеров – капитан второго ранга Димитар Господинов. – Романо старательно произнёс это непривычное для него склавийское имя. – К сожалению, отказывается рассказать нам о произошедшей трагедии, настаивая на встрече со склавийским консулом в Доррадо.
– Но вы отказываете ему в этой встрече, потому что что? – где-то в глубине души Ольга удивленно присвистнула, глядя на преобразившегося Снорри. Грузный, неопрятный норжец превратился если не в ястреба, то в воспеваемого на Норге гуся, яростно щиплющего противника неудобными вопросами.
– Потому что сначала я покажу живого склавийского офицера журналистам нейтральной страны, а потом пусть едет, куда ему вздумается, – рубанул Романо. Нет, положительно, два этих мужчины стоили друг друга.
– Даже не попытаетесь рассказать о тяжелом ранении капитана, мешающем ему передвигаться? – подленько улыбнулся Бьорсон.
– Не хочу оскорблять ваш интеллект, сеньор журналист, – вернул улыбку Романо.
Подобный диалог длился ещё полчаса, затем Снорри попросился в туалет, куда и отбыл в сопровождении генеральского ординарца. Ольга поморщилась, опять же про себя. Нет, всё-таки первое впечатление о Бьорсоне было верным. Менее подходящего момента для справления своих нужд было трудно представить.
– Я хотел бы поспать некоторое время, если сеньоры не возражают, – объявил Романо, когда Бьорсон вернулся. Разговор предлагаю продолжить сегодня в семь вечера в «Баране и пастушке». Для провинциального городка этот ресторан просто отличный. Обещаю вам, сеньор Бьорсон, присутствие на ужине капитана Господинова.
– Благодарю вас, генерал, – норжец сделал шеей движение, которое, видимо, должно было сойти за поклон. – Можем ли мы съездить днём на побережье к разбитым кораблям?
– Нет, – отчеканил Романо, – не можете.
Бьорсон ехидно усмехнулся, но Романо предпочёл этого не заметить. Ординарец подал генералу форменный кепи, и командующий асаньской армией Директории покинул комнату.
1)Лейрия - провинция Джирапозы к северу от Асаньи. Находиться под контролем Директории.
Глава 8. Лавр
Они напали под утро. По той самой тропинке, по которой всего несколько часов назад бежал в лагерь Лавр, оставив после себя настоящую просеку, по которой и прошли чужаки. На вечернем совете было принято решение выставить дозоры, но это не помогло. К утру опытных склавийских ветеранов сменили мацентийцы. Дозорных – географа и биолога, университетских ученых, обладателей степеней и солидных грантов – тихо взяли в ножи. Они умерли, не издав ни звука, только кровь клокотала в перерезанных костяными клинками горлах. Лагерь спал, хоть каждый из членов экспедиции и обещал клятвенно, что не заснет до утра. Тени бесшумно рассредоточились у брезентовых палаток. Первым их заметил Антон Хротов – слуга одного из склавийских картографов, дежуривший на оставленной командой “Выдре”. Выйдя покурить на борт кораблика, Хротов заметил мелькавшие между палатками тени. За своими плечами Хротов имел пять лет военной службы в граничарском (1) полку, поэтому он тут же включил корабельный прожектор, направив его на чужаков. Увидав оскаленные покрытые чешуей пасти и топорщащиеся над спинами гребни, Хротов открыл огонь. Эти выстрелы и разбудили лагерь.
С первыми выстрелами отставного граничара из джунглей полетели факелы. На брезентовой ткани палаток расцвели диковинные жёлтые цветы. Брезент горел плохо, палатки тут же наполнились вонючим черным дымом. Разбуженные выстрелами и пожаром люди вскакивали, не понимая спросонья, что происходит. Удерживающие палатку канаты перегорали, и горящий тент падал на находившихся внутри людей. Повсюду тут же началась давка и паника.
Лавр и Константин выскочили наружу сразу после выстрела Хротова. Этой ночью они не спали, колдуя над Устройством Вероятностей, тем самым металлическим коробом на походном столе. Устройство должно было заработать к утру. Об этом их попросил Смолян, а к его поручениям они оба относились серьёзно.
Лавр, выскочивший первым, тут же взял на прицел мечущиеся по лагерю фигуры, пока Кост, шипя и матерясь, тащил из загоревшейся палатки чертов металлический короб.
Лавр припал на колено, как его учили на флоте. Через прицел винтовки он увидел непривычные очертания фигур, мало напоминающие человеческие. Огонь пожара отсвечивал на их бирюзовой коже, похожей на чешую. Морды ничем не напоминали человеческие лица. Выкаченные глаза, огромные рыбьи губы, вместо носа – две вертикальные щели. За спиной у существ трепетали высокие фиолетовые гребни. А ещё у этих тварей росли хвосты, как у головастиков. Времени разглядывать нападающих не было, и Лавр нажал на спусковой крючок. Одно из существ упало. Его сородич, остервенело бивший копьём лежащего на земле человека, услышав выстрел, кинулся на Лавра. Лавр дернул затвор, загоняя в патронник новый патрон.
Удар! Прямо в голову. Лавра отбросило в сторону. Он на секунду замер, пытаясь удержать равновесие, но тут же последовал новый удар, уже в бок. Лавр упал не выпуская винтовку. Увидев над собой бирюзового монстра, занёсшего над его головой дубину, он машинально заслонился винтовкой. Удар болью отдался в пальцах. Что-то вцепилось ему в шею и правую руку, мешая двигаться и дышать. Лавр оттолкнулся, перекатываясь в сторону. Он попытался выиграть секунду, необходимую ему, чтобы перехватить винтовку. Краем глаза Лавр успел увидеть, как к нему подбегает второй бирюзовый. Тот самый, что добивал мацентийца. Теперь его копьё вздымалось над Лавром. Нужно снова перекатиться в сторону, чтобы увернуться от копья, но это тупик - вечно перекатываться он не сможет, копьё в итоге всё равно окажется быстрее. Нужно стрелять, иначе он погибнет. Вот только одновременно уворачиваться и стрелять не получится. Значит, придется выбрать что-то одно. Превозмогая ужас, Лавр вскинул винтовку. Правое бедро обожгло болью. Лавр усилием воли отогнал от себя мысли об этой боли, сосредоточившись на оружии. Палец уже на спусковом крючке, ствол винтовки смотрит в морду бирюзового, патрон уже давно в патроннике. Выстрел. Рыбомордового отбросило назад, что-то влажное и вонючее шлёпнулось на лицо Лавра. Чёрт, там же еще второй был. Мужчина инстинктивно сжался, ожидая удара, но удара не последовало. Лавр повернул голову, видя как атаковавший его сбоку бирюзовый сцепился с Костом. Князь, будучи намного крупнее субтильного чужака, повалил его проходом в ноги, и теперь они оба катались по земле, нанося друг другу беспорядочные удары.
Лавр вскочил и тут же едва не упал. Голова вспыхнула болью, тупым болезненным гудением ответил ей правый бок. Боли в бедре Лавр не чувствовал, правая нога просто подкашивалась, не желая его удерживать в вертикальном положении. Используя винтовку как костыль, он подскочил к воющему клубку. Рыбомордый, увидев его, почти перестал трепыхаться, словно сдаваясь. Кост понятливо отшатнулся, и Лавр нанёс удар прикладом, вкладывая в него весь вес оставшегося без опоры тела. Рыбомордый затих, но Лавр, боясь что тот снова вскочит, остервенело наносил удар за ударом, пока вокруг бирюзовой головы не расплылось красное пятно. Кост, забрызганный кровью, встал с бирюзового, не переставая нервно материться. Почему так тяжело дышать? Что, черт побери, так сжало ему горло?
Лавр ощупал шею, пальцами ощущая обвившийся вокруг неё ремешок. Второй ремешок удерживал его руку, но порвался, когда Лавр начал кататься по земле. Третий унылым хвостом свисал со спины. На конце всех трёх ремешков – кожаные карманы, набитые камнями. Вот чем он получил в голову. Он дернул ремень, тот не поддался, но хотя бы дышать стало легче. Тем временем Кост поднял с земли дубину бирюзового и теперь встал позади Лавра, прикрывая спину.
- Что дальше, Лавр? У тебя есть план? – зачем Кост кричит? Думает, что его денщик контужен? Или это нервы?