Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 56 из 103

  Ни тебе россыпей золотых монет, ни сундуков, развалившихся под тяжестью самородков. Нет блюд золотых, усеянных по ободу каменьями драгоценными, кувшинов, кубков и тарелок — тоже из золота. И все это в беспорядке свалено в огромную кучу! Именно так изображают в кино сокровищницы древних властелинов, современных тиранов, инопланетных королей, императора галактики и Скруджа Макдака.

  - И чё? - произносит Данила сакраментальную фразу после беглого осмотра пещеры.

  - Это все, - чуть смущенно отвечает Наронгсак. - Других пещер у Роджера не было.

  - Уверен? А ты что думаешь, Наталья?

  - Не знаю, - пожала плечами девушка. - Вроде все. Ведь браслет привел сюда!

  - Раз, два, три … итого шесть ящиков и один чемоданчик. У моей бабушки в чулане больше старья хранилось.

  - Данила, у вас устаревшее представление о сокровищах, - говорит Тигран, волнуясь так, что обращается на «вы». - В этом мире золото имеет ценность только в глазах людей и то скорее по привычке. Для рептилоидов золото всего лишь металл, пригодный для изготовления различных электронных устройств. И женских украшений, которые не надо чистить, ведь золото не окисляется. Насколько я знал Роджера, он был абсолютно равнодушен к украшениям, искренне не понимал тягу людей к блестящим побрякушкам и вообще презирал так называемые традиционные ценности типа картин известных художников — просто мазня! - скульптуры — голая баба, и что? - из литературы ценил только справочники. Он был практик и потому считал ценным приобретением исключительно оружие. Потому что с его помощью можно обзавестись и камешками, и золотишком, и всей прочей дребеденью, которую умничающие простофили считают чуть ли не бесценной.

  - То есть в ящиках «стволы»? - с недоверчивым прищуром спрашивает Данила.

  - Нет. Это было бы слишком примитивно. Я предполагаю, что в ящиках хранятся сверхмощные источники энергии.

  - И что это может быть? Термоядерные реакторы?

  - Вряд ли, - усомнился Тигран. - Я предполагаю, что эти устройства вырабатывают энергию в результате индуцированного распада протонов. Энергоэффективность в тысячи, а может быть, и в миллионы раз больше, чем при термоядерной реакции. При этом никакой критической массы нет, а источником энергии может служить любое вещество в состоянии плазмы.

  - Протонные батареи? Это выдумки писателей фантастов!

  - На Земле. А здесь … здесь тоже фантастика, - признался Тигран. - Но ходят слухи, что рептилоидам все же удалось создать компактную протонную батарею и даже наладить производство. Оно очень дорогое, очень сложное и опасное. И никто не знает, где расположен завод.

  - Получается, Роджер знал? Наронгсак, ты был его телохранителем … тебе что-то известно?

  - Нет, - помотал головой Наронгсак. - Я стал телохранителем не так давно. Роджер мог украсть эти батареи раньше.

  - Так просто взять и украсть сверхсекретную разработку рептилоидов? - усомнился Данила.

  - Он какая-то рассказывал мне, что однажды он едва выжил при нападении на конвой рептилоидов, - заговорила Наталья. - Погибла вся его команда. Он вроде хотел отбить товарища. Или ограбить корабль рептилов.

  - Это не суть важно! - взмахнул руками Тигран. - Отжал, ограбил — какая разница? На сегодняшний день это мощнейшие источники энергии в мире инсектов и рептилоидов.

  - Ну, допустим. И что дальше?

  - Как что? - удивился Тигран. - Энергия — это мощное оружие, это космический корабль с непробиваемой защитой и вооружением, против которого не устоит никто и ничто.

  - Ну конечно, - хмыкнул Данила. - Галактический крейсер, имперский звездный флот, звезда смерти … имея столько всего Роджер промышлял мелким разбоем и простецким рэкетом. Чего же он сам корону властелина галактики не примерил?

  - Трудно сказать, - со вздохом ответил Тигран. - Может, просто не хотел? Батареи могли попасть к нему случайно. Продать нельзя, выбросить жалко. А становиться властелином галактики … зачем? Роджер был стар, занимал почетное место в иерархии в колонии людей, был уважаем и пользовался авторитетом. К чему рисковать, если у тебя уже есть все, а жизни осталось не так много? Вот он и спрятал батареи здесь … может быть.

  Данила внимательно смотрит на ящики. В зеленоватом свете ночного зрения они кажутся сказочными сундуками, полными загадок и тайн. Мигающие огоньки индикаторов похожи на глаза дремлющих демонов, с незапамятных времен стерегущих наследство древнего злого волшебника. А там всего лишь бомба, то бишь меч кладенец. Или банальная батарея, пресловутый источник неиссякаемой энергии. Великая человеческая мечта о халяве! Джинн из кувшина, скатерть самобранка, ковер самолет и венец сладких грез — волшебная палочка. Которая одним прикосновением превращает тыкву в карету, мышей в лошадей, а чумазую замухрышку уборщицу в принцессу. Правда, на время. Потом все равно придется работать над собой, чтобы действительно стать если не принцессой, то хотя бы не остаться уборщицей. А также заработать на карету, лошадей и кучера.

  Данила глядел на ящики и думал о том, что говорил ему Роджер, умирая на мокром песке. Собери команду, будь безжалостным, покори планету … на фига? Для чего становится королем? С какой целью убивать, грабить и обращать в рабство? Жизнь продлевает? Нет. Дарит бессмертие? Только на бумаге. Тогда что? В человеческой культуре жажда власти ради власти считается нормой. Люди карабкаются по карьерной лестнице, не брезгуя ничем. Деньги, слава, власть, зависть окружающих — ради этого мы готовы на все. Правда, находятся выродки, которым слава и власть даром не нужны. В смысле, по праву рождения. Ну вот не хочет становиться королем сын короля. Не хочет и все! И жену себе выбирает не по титулу и происхождению, а по сердцу. Глупо, непрактично, не по людски!

  А может быть, он как раз и есть тот самый настоящий человек? Который «звучит гордо» и пишется с большой буквы. А мы, остервенело грызущие друг друга, просто животные, не заметившие искры Божьей в своей душе. Да и души наши считаем всего лишь товаром, который можно выгодно обменять на деньги, славу и власть на зависть окружающих. Рассуждение, конечно, спорное, но все же не надо с таким энтузиазмом рвать на куски ближнего своего.