Страница 71 из 77
Рюон, захватив два стакана, отправился к Марку. Вэр, сделав первый глоток, ощутил полузабытый вкус — именно этот напиток они пили когда-то давным-давно на Элефантиде. Один стакан оказался лишним.
— А это кому? — спросил Вэр.
— Сюда спешит ваш третий товарищ, — пояснила Лара, и ее слова, казалось, породили прохладное дуновение. За первым последовало следующее, и вскоре Вэр наслаждался ровным бодрящим ветерком.
— Ну как, хорошо тебе? — участливо спросила Лара.
— Да, прекрасно. Рядом с тобой мне везде хорошо, — ответил Вэр давно заготовленной фразой. Ему вдруг показалось, что и Лара, и все окружающее — всего лишь сон.
— Сиди спокойно, отдыхай. Ничего не говори. Тебя удивили возможности Месенна?
— Ни капельки. Как только я стал работать в Инспекции, чувство удивления у меня атрофировалось.
— Не обманывай. Я же вижу твою растерянность. Месенн — маг. Он может делать копии любых предметов. Я как-то придумала для него такой коктейль из фруктовых соков и подала на таком же подносе.
— Как он это делает?
— О, лучше не спрашивай. Я боюсь утомить тебя путаными разъяснениями. Если откровенно, я сама имею очень слабое представление обо всех тех механизмах, которые используются магами. Поговори как-нибудь с Марком. Он специализируется на изучении точных наук, он объяснит. По крайней мере, даст необходимый тебе минимум знаний.
— И все же? Мне как-то неуютно делается вблизи настоящих, не обманных чудес.
— Чудес нет и быть не может. В нашем мире все объяснимо, причинно связано и имеет соответствующую материальную основу. Надо только уметь разглядеть, понять ее. Насколько я себе представляю, итог развития паранормальных способностей человека — овладение виерными полями. Это нечто вроде еще одного, пока неизвестного вам фундаментального взаимодействия, дополняющего и упорядочивающего известный ряд — гравитационное, слабое, электромагнитное и так далее…
— Постой-ка, — перебил Вэр. Самочувствие его оставалось неважным, но где-то на пределе сознаваемого вдруг забился плотный сгусток новых мыслей. Вероятно, рвались наружу обычно дремавшие скрытые силы, разбуженные пережитыми стрессами. — Я не силен в данной области, но, насколько наслышан, наши психодинамики постоянно говорят о каких-то п-полях. Это то же самое?
— Нет. Как бы поточнее сказать… п-поле — это разновидность электромагнитного, характерный спутник и, я бы сказала, аккумулятор виерных полей.
— Значит, вся наука Содружества на протяжении тысячелетий шла в тупиковом направлении, исследуя совсем не то, что надо было бы? А вы молчите про это?
— Вэр, — Лара удивленно выгнула брови, — я не ожидала от тебя такой остроты мышления. Ты поднял очень сложную тему. Давай, поговорим о ней в следующий раз, в другой обстановке. Это пока является одной из наших тайн.
— Тайн? А еще что вы утаиваете от остального человечества?
— Говоря предельно точно, мы не утаиваем, а ставим своеобразный эксперимент. Один и тот же эффект может иметь различные теоретические объяснения. Вероятно, существуют несколько правильных объяснений. Мы пытаемся понять, так ли это. Поэтому не вмешиваемся в ваши исследования в области психодинамики. Переданная Содружеству технология нуль-транспортировки также покоится на теории, в отношении которой существуют определенные сомнения. Маги, например, совершенно иначе рассчитывают свои перемещения по пространству. Наши планеты также сейчас соединяются нуль-туннелями, построенными по другой теоретической схеме. В общем, оставим пока эту тему.
— Но зачем вы поступаете подобным образом?
— Видишь ли, то, что мы не добились успеха в развитии той или иной теории, еще не говорит о ее порочности. Возможно, вы увидите то, что проглядели наши ученые. Это особый разговор. Марк разъяснит тебе нашу позицию. Давай, поговорим о другом.
— Хорошо. Рассказывай дальше про эти свои поля… как ты их назвала?
— Виерные поля нельзя физически измерить, а действие их проявляется опосредованно. Они как бы формируют все наблюдаемые величины, ответственны за реализацию конкретных квантовых состояний микрочастиц. В каком-то смысле эти поля есть порождение Сложности — важнейшей и неотъемлемой составляющей нашей реальности. Марк говорит, что они являются специальным механизмом Сложности для своего саморазвития и, в частности, именно благодаря им жизнь эволюционирует от амебы к человеку. Человеческий мозг — очень сложное творение природы, он может сам генерировать виерные поля. А мозг мага — управлять ими. Первооткрывателем этих полей… нет, скорее, первым, кто понял, как ими пользоваться, был Моар. Ты слышал выражение «гений желания»?
— Может быть. Это что-то мифологическое, не имеющее однозначного толкования.
— Любой, кто владеет искусством управления виерным полем, есть гений желания: все, что он ни пожелает, исполнится. Для него не существует почти никаких ограничений. Он в состоянии перешагнуть через многие незыблемые физические законы, может изменить направленность времени, создать локальные темпоральные завитки…
— Ну, такого не может быть. Как, например, выполнить желание «хочу все знать»?
— Не придирайся, пожалуйста, к словам. Я художник, а не учитель и, тем более, не естествоиспытатель. Я имела в виду материальные желания. Вот, например, я заказала Месенну сделать совершенно необычную, невозможную вещь — он сотворил желаник.
— Ты так и не сказала тогда, на Элефантиде, как он это сделал.
— Ну, я не знаю всех деталей. Только общую канву. Ты вдумайся, что это значит — управлять временем. Сделал себе маленькое ответвление от общего потока, локализовал его в пространстве — и появилась новая реальность, которая виртуально может существовать целую вечность. Со своими законами, разумными обитателями. Это же нечто невообразимое! Марк рассказывал, что за всю свою магическую практику он создал десятки тысяч разнообразнейших миров. А Месенн из-за меня сотворил, как он признался, вовсе необычную виртуальную реальность и до тех пор мучил ее обитателей, пока они не придумали технологию изготовления желаника. После этого он просто перенял ее и сделал мне изумительный подарок.
— Вроде бы Марк тебе дарил эту вещь.
— Да, Марк тоже мне дарил желаник. Первый у меня перестал работать.
— Хорошо. Свое время, замкнутое пространство… Это я понимаю. Но откуда взять вещество для нового мира, его материю?
— Ничего ты на самом деле не понимаешь. Энергия-масса порождается самим временем. В нашей Вселенной, например, общее количество протонов определяет, сколько еще мгновений она будет существовать, и наоборот. Это же так просто! Я раскрыла эту связь, нашла исчерпывающую последовательность образов, заслужив даже похвалу Марка.
— Ты была хотя бы в одном из миров, созданных магами?
— Нет. Все их виртуальные конструкции, не проявляющиеся в нашем мире, доступны только тому, кто их создал. Даже другой маг не может в них проникнуть.
— Почему?
— Марк мне объяснял, но я, откровенно говоря, не поняла. Я рисую главным образом людей, их души, моделирую этические абстракции. Я просто не в состоянии охватить все сферы деятельности магов… А хороший ветерок придумал Месенн, правда? Я никак не привыкну к тому, что он маг. Мы росли вместе. Я старше, и взрослые часто оставляли его на мое попечение. Детское его имя Александр. Кстати, Марка раньше звали Владимиром. У нас обычай: когда кто-то проходит последний экзамен на звание мага, он выбирает себе новое имя, начинающее на букву «М». Месенн очень быстро прошел все ступени обучения, но полноценным магом стал уже после того, как мы с тобой познакомились.
— Что-то мешало?
— Видишь ли, в честь рождения мага ему дарят звезду. Для нас внезапно погасшая на небосклоне звезда — радостное событие, означающее появление нового мага. То светило, которое изначально предназначалось Месенну, оказалось с планетами, на которых зародилась жизнь. Пришлось искать другое.
— Как это — дарят звезду?
— Выбрасывают ее из нашей реальности. Маг помещает ее в специальный пространственно-временной кокон, чтобы впредь использовать ее энергию-массу для своих нужд. Например, чтобы угостить нас этим приятным напитком.