Страница 19 из 24
Приблизившись к журнальному столику, я снял телефонную трубку и мрачно пробубнил:
– Алло…
Телефонная связь ответила грубым молчанием, однако, приложив несколько терпеливых усилий, я сумел дождаться сдержанной хрипоты с другой стороны.
– Лёш, это Тёма. Нам нужно поговорить.
Взглянув на часы, я обнаружил два часа ночи. Сколько прошло с момента получения послания? Пятнадцать-двадцать минут. У меня оставалось не так много времени на сон и на раскрытие тайны.
– Тём, боюсь, сейчас совсем не подходящий момент.
– Это важно.
– Не сомневаюсь. Но у меня другие планы.
– Планы?
В его голосе слышалась обида.
– Не принимай на свой счет, просто меня ждут в долине. Одолжишь вертолёт?
Как говорится, наглость – второе счастье. Да и чего было стесняться.
– Но это важно…
– Когда вернусь, – отрезал я и повесил трубку.
Тут же раздался новый стук в дверь. На этот раз стучавший не ретировался, не испарился, не растаял в воздухе подобно бестелесной причуде.
– Вы не заняты?
– Вообще-то женат.
В глазах незваной гости вспыхнуло короткое смятение, но женщины довольно искусны скрывать горечь своего поражения.
– А вы слышали легенду о Лилит?
Моя соседка Катрин не собиралась сдаваться. Да и как она могла сдаться после всех тех страданий, связанных с наведением вечерней красоты.
И вот девушка знойной красоты стоит у меня на пороге в полупрозрачном одеянии, сквозь которое волнующе просматриваются её обнаженные формы и томным голосом как бы намекает, что кончику моего языка не помешало бы пройтись по закоулкам ее клитора, выбить из него искру, заставить течь…
Но мне нужно было работать.
– В другой раз?
Кстати, если вы не забыли, я всё ещё был замотан в полотенце. Поэтому когда ее рука легла мне на член, мне не чем было крыть. И хотя я всё же пытался заявить что-то против, перебороть инстинкты было невозможно. Какие-то секунды и ее рука скользнула под полотенце, нащупала то, что искала, обхватила цепкими пальцами. Не успел я опомниться, как полотенце соскользнуло вниз по бедрам, оставив меня абсолютно голым с торчащим эрегированным членом.
– О, Боже! – взмолился я, как только моя трепещущая плоть погрузилась в сладкий и влажный рот Катрины, а ее нос уперся мне в живот.
Впрочем, надолго я не задержался.
Спустя десять минут я был правильно одет и полностью готов к деловой поездке. Раздался очередной стук в дверь. Это Роланд пришел сопроводить меня до вертолёта.
– Вы как-то быстро, – промолвил дворецкий.
Что он имел в виду, я не совсем понял, ну да ладно. Главное, что я торопился и потому был немногословен.
– Дела зовут.
И да, ещё одной причиной было то, что я всячески пытался выбросить из головы сочные откровенные сцены, в которых Катрина мастерски демонстрировала навыки орального секса. К счастью, моя немногословность нисколько не задевала Роланда. Более того, складывалось впечатление, что любые события воспринимаются им ровно и самоотверженно.
– Тогда пойдёмте.
Окинув проверочным взглядом комнату перед своим уходом, я погасил свет и запер дверь на ключ, после чего торжественно вручил ключ Роланду.
– Вас ждать к завтраку?
– Надеюсь, что да
После такой милой беседы мы прошли по череде коридоров да тоннелей и только потом оказались на взлетной площадке вертолета высоко на крыше. Пилотом оказался немногословный бородатый мужичище. То есть мы нашли друг друга по характеру.
– Приятной прогулки, господин, – промолвил добродушный старик перед тем, как дверь вертолета захлопнулась.
– Удачи, Роланд, – ответил я.
Мы улыбнулись друг другу, словно нас связывала некая тайна, настолько загадочная, что мы и сами ничего о ней не знали.
Гулко взревели моторы, после чего мы взмыли вверх.
Несмотря на поздний час было занимательно наблюдать за долиной на высоте птичьего полета. Оттуда она казалась искрящимся игрушечным пейзажем конструктора, безмолвным и недвижимым. Оттуда она казалась неживой, покинутой, почти мертвой.
Совсем другой она оказалась на деле.
Пилот высадил меня, как и требовалось, перед ночным клубом «Дети Дракулы».
– Если надумаете вернуться, позвоните, – сказал он и протянул мне карточку.
На ней значилась следующая надпись: «Полёт гарантирован», а далее номер телефона.
– Довольно оригинально, – заметил я.
И, о чудо, бородач впервые в жизни улыбнулся.
Пожелав ему счастливого пути, я направился к входу в клуб. Готовность была к запредельной разнузданности. Но, как оказалось, несмотря на мажорное название, заведение было ориентировано на классику.
– Господин Казанский!
Я привык, чтобы меня узнавали, но когда это делает охранник в дверях клуба в чужой стране, это заставляет задуматься. К тому же это не было вопросом.
– Третий столик.
Миновав вестибюль, я оказался в главном помещении, представлявшем собой нечто среднее между рестораном и обычным клубом, где нарезают буги-буги.
На сцене в этот момент как раз выступал молодой надрывно-громкий исполнитель с очень кровавой поэтической строкой:
– А вы опоздали.
Заглядываясь на буйствующего на сцене исполнителя, я не заметил как оказался прямо перед столиком номер три. За ним сидела блондинка приятной наружности. И как бы в согласии с моими мыслями со сцены было брошено:
Однако я все же надеялся, что не зря приперся в странный клуб посреди ночи.
– Присаживайтесь, в ногах правды нет.
– Да, точно, – подумал я, резюмируя предыдущую цитату.
Между тем всё же принял приглашение, после чего мы минуты три пристально изучали друг друга.
– Так в чем дело? – спросил я, первым нарушив молчание.
Она ничего не ответила, но продолжала настойчиво пытать меня взглядом. А время было уже три часа ночи.
– И долго это будет продолжаться?
Молчание.
– Хорошо. Будь по-вашему.
Я постарался успокоиться и не обращать внимания. Интуитивно предположил, что меня проверяют. Хотя с какого черта меня проверять? Я ведь никому не навязывался.
А маленькие серенькие глазки всё продолжали пытливо прыгать и медленно сверлить мою физиономию.
– К черту! – в конце концов я сорвался, – Не знаю, что вам нужно, но с меня хватит. Вешайте лапшу кому-нибудь другому.
С этими словами я встал из-за стола с твёрдым намерением.
– Мне говорили, вы куда более настойчивы, – послышалось из-за спины.
– Да, – подумал я, – Она знает, как надавить.
И это подействовало. Я без лишних слов вернулся на место.
– Поговорим?
– Поговорим, – утвердительно промолвила молодая особа.
Однако она все ещё со мной играла. Что ж, это были её проблемы, а мне нужно было выяснить, что происходит.
– Что вы знаете об артефакте?
– Вот как? – усмехнулся я, – Думал, на вопросы будете отвечать вы.
– Позже.
– Обещаете? Хочу прямо сейчас. И хочу знать кто вы, откуда знаете меня и что вам нужно…
– Вы не видите всей картины.
– Неужели? И что же это за картина? Неужели Репина? «Приплыли»?
Блондиночка задумалась, насупилась и наконец-то перестала сверлить меня своими серыми глазками. Еще чуть-чуть и она сдалась.
– Меня зовут Андриана Кантиньо.
– И что это должно для меня значить?
– Думаю, вам уже знаком мой бывший муж Антонио.
– Вот оно что, – осознал я.
И дальше можно было уже не продолжать.
– Вот видите, – сказала она, – Я предполагала, что именно так самодовольно будет выглядеть ваше лицо, если вы сразу узнаете мою подноготную.
– Есть шанс убедить меня в обратном, – таким был мой ответ.
Блондиночка помялась еще немного, а затем выложила остаток.