Страница 14 из 56
Кит поняла, что молодой человек страдает почти так же сильно, как и она сама, и пыталась успокоить его.
- Где бы Кира сейчас ни была, с ней пока все в порядке, Я это чувствую. Мы выручим ее.
- Скажите, что я могу сделать, - спросил Джейсон. Его лицо окаменело от горя.
- Не беспокойтесь. Мы позовем вас, как только понадобится помощь, отозвался Люсьен. - Пока нам надо выяснить, где ее прячут. Но теперь ваш черед рассказывать.
- Да, мне хочется узнать, как вы познакомились с сестрой, - подхватила Кит.
Джейсон прикрыл глаза и погрузился в воспоминания.
- Четыре года тому назад, - начал он, - ваш семейный адвокат известил меня о том, что я стал графом. Предыдущий граф был разорен, я не получил никакого наследства и поэтому не придал письму никакого значения. Мой дед был младшим сыном в семье. Он эмигрировал в Америку и почти не поддерживал отношений ни с кем из родственников. Американцы не носят титулов, и для меня титул графа не представлял никакого практического интереса. Прошло какое-то время, дела привели меня в Англию, и мне ужасно захотелось разузнать что-нибудь о семье, откуда я был родом. Закончив дела в Ливерпуле, я отправился в Кендал. Новый владелец имения принял меня весьма любезно, показал дом и пригласил к обеду. Потом я заглянул в приходскую церковь, где покоятся Траверсы, и отправился верхом осматривать окрестности. Очень быстро я понял, почему мой дед бежал оттуда. Места были болотистые и унылые.
Кит улыбнулась.
- Вы правы. В Уэстморленде слишком сыро даже по английским меркам. Но к этому привыкаешь, а в окрестностях встречаются очень живописные уголки.
- Только мрачноватые, - заметил Джексон и продолжал свой рассказ. - Я уже собирался уезжать из гостиницы, когда хозяин сообщил, что приехала одна из дочерей покойного графа. Он сказал, что сестры приезжают сюда время от времени и постепенно выплачивают долги своего отца. Сегодня леди Кристина приехала, чтобы сделать последний взнос и поблагодарить кредиторов за терпение.
Люсьен вопросительно взглянул на Кит.
- Мы не возвращали карточных долгов отца, - ответила девушка. - Меньше всего нас беспокоили его беспутные друзья. Но мы должны были расплатиться с местными торговцами. Если бы не они, нам пришлось бы сидеть на хлебе и воде и ходить в лохмотьях. Нам все отпускалось в кредит.
Взгляд Стрэтмора потемнел.
- Вы с сестрой поистине достойная пара.
- Кира сделала гораздо больше, чем я. Блестящая актриса - это совсем не то, что начинающий писатель, - ответила Кит, в задумчивости рисуя цифру восемь на лужице пролитого на столе эля.
- Тем большего уважения ты заслуживаешь, - сказал Люсьен и крепко сжал руку девушки под столом.
- Хозяйка гостиницы очень хорошо отзывалась о вас, - продолжил Джейсон с задумчивой улыбкой. - Мне страшно захотелось познакомиться с английской кузиной, и я попросил, чтобы меня представили леди Кристине. Она была... Я никак не ожидал встретить такую девушку.
Он замолчал, погрузившись в воспоминания. Пауза затянулась.
- И вот звезды на небе остановились, и запел хор ангелов, ведь так? прервал молчание Люсьен. Джейсон очнулся.
- Вы совершенно правы. Именно так все и было. Кристина выступала в Йорке, и я поехал за ней. Несколько недель... - его голос стал хриплым, и он замолк.
- Наверное, Кира хотела выйти за вас замуж, но вы не могли жениться на актрисе, - с вызовом спросила Кит.
- Совсем наоборот, - возмутился Джейсон. - Я сделал ей предложение и, стоя перед ней на коленях, умолял дать согласие. Но она поставила условие. Я должен переехать в Англию навсегда. Я не понимал, зачем это надо. То ли ей хотелось стать графиней, то ли ее так опьянил успех, что она не могла бросить сцену... Не знаю. Но я не мог покинуть свою родину и свой дом.
- Нелегкий выбор, - согласился Люсьен.
- В конце концов мы решили расстаться. Я сказал, что буду ее ждать, и если она передумает, то всегда найдет меня в Бостоне. Кристина ответила, что если я передумаю, то она встретит меня с распростертыми объятиями. Но я должен приехать навсегда, иначе - все кончено.
- Теперь мне понятно, почему вы так разозлились. Ведь я вовсе не собиралась раскрывать вам свои объятия! - ответила Кит.
- Я не знал ни минуты покоя с тех пор, как уехал из Йорка, - Джейсон нервно приглаживал волосы. - Мне ужасно не хватало Киры, и я начал всерьез думать о том, чтобы вернуться в добрую старую Англию. Хотя, как каждый настоящий американец, я презирал британское правительство. По-моему, ваша система управления прогнила насквозь.
Кит украдкой взглянула на Люсьена. Ведь он не один год своей жизни посвятил защите этого правительства и системы. Но Стрэтмор проявил сдержанность.
- У нас многие согласились бы с вами, но ведь правительство - это еще не весь народ, - только и сказал он.
Джейсон широко улыбнулся.
- Совершенно согласен с вами. Я не раз думал об этом и высоко ценю англичан. В Америке у меня нет близкой родни. У меня есть свое дело - я занимаюсь морским грузовым транспортом, - но управлять им из Англии можно так же хорошо, как и из Бостона. И я решил вернуться к Кире и попросить пощады. Но тут началась война. Я пошел добровольцем в армию, через несколько месяцев попал в плен и оказался в плавучей тюрьме на Темзе. Я жил, как в бреду, и молил Бога, чтобы он не дал мне умереть от лихорадки.
- Плавучие тюрьмы - самые ужасные места заключения во всей Англии, серьезно сказала Кит. В свое время она писала на эту тему серию возмущенных обличительных статей. - Вам еще повезло! Вы остались живы.
- Я это хорошо понимаю, поверьте, - сказал Джейсон с невольной дрожью в голосе.
- Вы были капитаном капера? - спросил Люсьен. Американец с удивлением посмотрел на собеседника.
- От вас ничего не утаишь. По-моему, вы видите насквозь. Как вы догадались?
- Если бы вы не служили на корабле, вас оставили бы в одной из канадских тюрем и не повезли бы через океан, - объяснил Люсьен. Кроме того, вы сказали, что у вас было свое дело, да еще связанное с морем. Видно, что вы привыкли командовать, а не подчиняться. Так что вполне естественным было предположить, что вы стали во время войны морским офицером. Единственное, что мне до сих пор кажется странным, как это могли офицера отправить в плавучую тюрьму.