Страница 12 из 20
«Идиоты!»
Треш отложил копье, поднял руку с пистолетом, другой нашарил на земле сучок и бросил его в сторону. Шорох куста обратил на себя внимание бандита с обрезом. Мгновенно – надо хоть в этом отдать ему должное – выпущенная дуплетом картечь побрила кустарник наголо, с точностью до метра выдав стрелка. ТТ в руке сталкера бахнул два раза, далее кувырок в сторону, еще, и следом изготовка к следующей стрельбе. Стон и звук падающего тела объяснили все сполна.
Справа громыхнул «ИЖ», еще раз. Послышалось знакомое до боли клацанье – Треш понял, что стрелок перезаряжает двустволку. Значит, нужно действовать, пока есть пять секунд. Он рванул по дуге вокруг сектора обстрела, прикрываясь кустами и стволами деревьев и держа вытянутой руку с пистолетом.
Бандит услышал, а затем и увидел противника, появившегося совсем не там, куда делал два предыдущих выстрела. С громкой руганью, обозначавшей крайнюю степень негодования и разочарования, он пригнулся и побежал назад, подальше от врага. Потом истошно заорал, зовя на помощь некоего Пуштуна – судя по всему, напарника, выбывшего из строя. Снова увидел мелькнувшего в кустарнике сталкера, пальнул туда и опять побежал.
Треш прислонился к сырому бледному стволу осины, прицелился и нажал спусковой. Выстрел, еще. Бандит запнулся, упал, но тотчас ужом пополз по чахлой листве. Еще одна пуля полетела в его извивающееся тело. Неудачник взвыл, скрючился и задергал ногой, словно лягал кого-то невидимого. Он бранился так, что, похоже, вся фауна в округе изошла ушной кровью. Треш появился перед раненым бедолагой, будто призрак. Направил пистолет.
– Оревуар!
ТТ щелкнул, но не выстрелил. То ли оружие старое такое, что уже давало сбои, то ли патроны ленивые – но и с двух последующих попыток пистолет по-прежнему молчал.
– Тебе везет, чувачок! – сталкер улыбнулся, бросая взгляды вокруг и меняя оружие. – Сколько вас тут? Да не вой ты так истошно.
– Падла, ты мне ляжку прострелил, сцука! – стонал бандит, пытаясь ладонью усмирить боль и кровь раны.
– Ляжка у Машки, у мужика бедро, – констатировал Треш, в вытянутой руке держа уже ПМ. – Жить хочешь, стрелок хренов?
– Ясен пень! Чо надо, говори?! – кривился отморозок, бледнея.
– «Чо» по-китайски «жопа»! Я задал вопрос, кент.
– Двое нас, двое-е! Было.
– Откуда узнали, что иду?
– Срисовали издалека.
– В глухом лесу? Меня, кроткого и незаметного? А так, – сталкер надавил кроссовком на раненую ногу лежачего, – так яснее мой вопрос?
Бандит замычал, лицо стало белым в красных пятнах.
– Сцу-ука-а!
– А еще вот так?
– А-а-а!
– Вопрос повторить?
– Капец тебе от Фараона. Полный… А-а…
– Надеюсь, «макаров» осечку не даст! – промолвил Треш, наведя ствол пистолета прямо в физиономию раненого.
– Да чтоб тебя! Шрам мимо чесал. Он и шепнул нам приглядеть за тобой. Ну… мочкануть. Окромя этого твоя малява в наладоннике засветилась.
– Куда он чешет?
– На север подался. Полчаса как. Стопудов до Фараона. Хотя… и в бар свернуть мог.
– Ему в бар путь заказан, он вне закона, – вслух размыслил Треш, убирая оружие. – А вот к твоему хозяину наверняка ноги сделал. Крыса!
– Он чо, в натуре малолеток захомутал?
– В натуре! – передразнил бандита сталкер и как ни в чем не бывало стал шмонать его карманы, а затем и худой рюкзак.
– Да ясен пень, бери-бери, мне не жалко! – пробурчал раненый, скрежеща зубами. – Все забирай, мне тута по любасу скопытиться. Ща зверье нагрянет на запах крови, и хана мне.
– А ты, в Зоне промышляя этаким путем, хотел иного конца? – съязвил сталкер, выуживая самое ценное из трофеев.
– Ой, блин, не лечи меня! Конец у всех один – костлявая. Раньше или позже. А-а… Больно-то как!
– Как кличут тебя?
– Сазан. А чо?
– Вот что, Сазан-Чо, я оставляю тебе жизнь и твое барахло: аптечку, тряпки, ружье. Мой совет тебе, чувак: если вытянешь сейчас, уходи от Фараона. Обязательно.
– Куда-а? – вздернул брови кислой физиономии бандит.
– К вольным подавайся. Раскайся и встань на путь истинный.
– Ой, ты чо, святоша, чо ли?
– И завязывай с мокрухой, харэ мочить вольный люд, – продолжил Треш на языке уголовника, игнорируя его вопрос. – Вали и становись вольным сталкером. А Фараона… Фараона твоего больше не нужно бояться.
– Это еще с какой радости?
– Потому что я его убью!
Полчаса спустя к бинтующему ногу бандиту из кустов вышли трое наемников со стволами наперевес.
– Короед?!
– Куда он пошел? – вместо ответа спросил главарь синих недоумевающего Сазана, сделав знак подчиненным, которые забрали ружье и аптечку раненого.
– Хто-о?
– Я щас яйца тебе отстрелю, фуфлыжник!
– Да кто нужен-то? Шрам или Треш этот? – сжался в комок бандит.
– Оба, твою мать! Куда они двинули? Тут вся округа вами истоптана, уроды! Мне некогда следы искать. Ну?
– Туда, – Сазан показал пальцем на север. – Оба туда почапали. Они, никак, и тебе в надобности, Короед?
– Ага, и мне тоже. – Наемник сплюнул и, жестом призывая бойцов за собой, скрылся в кустарнике.
– И тебе не хворать, Короед! – бросил вслед ушедшим чужакам бандит. – Пжлста, блин, за ствол и аптечку, берите на здоровьице, не кашляйте… Сцуки!
Сазан сморщился от боли и разочарования. Остаться одному одноногим среди леса, полного тварей, без ствола и аптечки, без напарника – это грозило неминуемой смертью. Которая не заставила себя долго ждать.
Сзади к бандиту тихо и незаметно подкрался излом в черном одеянии и обнял дернувшегося было Сазана.
– Шта-а-а, боиш-ш-шься-я-а? Страш-шна-а?
– Ч… ч-черный с-стал… – заикаясь, пролепетал бандит, кряхтя от удушья.
Излом выпростанной из широкого черного рукава рукой-клюкой с клешнями вместо пальцев сжал шею бедолаги и резко дернул. Раздался хруст позвонков, во все стороны фонтаном брызнула кровь, а голова Сазана безвольно опустилась на впалую грудь. Мутант выпрямился во весь двухметровый рост, криво оскалился и облизнул клешню.
– Треш-ш-ш-ш, – раздалось из большого, перекошенного злобой рта шипение, разрастаясь в хриплый надрывный крик на весь лес. – Т-тре-е-ш-ш-ш-ш…
Вспорхнули с деревьев редкие птички, с раздражающим слух карканьем рванула ввысь ворона, а недалеко ушедшие наемники вздрогнули и замерли, внезапно побледнев и дико озираясь по сторонам.
Они неслись по пересеченной местности, тяжело дыша и ежеминутно спотыкаясь. Раненая нога Шрама не позволяла ему бежать быстрее вольного сталкера. Крысаки стаей в полсотни голов неутомимо преследовали двух беглецов, хотя часть их уже отстала, нагнав третьего человека. И теперь вечно голодные злые мутанты преследовали две оставшиеся жертвы, которые уже начали сдавать в этой гонке…
Четверть часа назад Шрам напоролся на бивак двух вольных бродяг возле пещеры, где те пережидали Выброс, а затем развели костер и обедали. Завязался привычный для этих мест разговор: кто, откуда, куда, как дела. Сталкеры пригласили незнакомца, представившегося неким Петрухой, к маленькому застолью из двух банок тушенки, доширака и термоса с травяным чаем, делясь с ним последним. Приняли хорошо, доверились – все-таки человек брел один, раненый, прикид сталкерский, о настоящем имени его не догадывались. Шрам облегченно выдохнул, поняв, что его не раскусили и в лицо не знают, но и задерживаться здесь он тоже не собирался – в спину дышал охотник за его головой.
Все, что он успел взять из лагеря бандитов, когда сматывался прочь, это «Гадюку» с парой запасных магазинов и почти пустую аптечку, одолженную ему Трешем. Остальное осталось либо у самого следопыта, либо прихватил Паут. Именно он оказался тем стрелком, напавшим на Треша и в итоге перехватившим заложников-подростков. Так как они раньше были знакомы и злых умыслов не имели друг против друга, то и сейчас разбежались мирно. Паут, схлопотавший от сталкера пулю в плечо, забравший хабар Козыря и пленников, не стал зариться на беглого наемника и отпустил его. Шрам пообещал вернуть долг в скором будущем, а сам, прихватив бандитский автомат, рванул на север.