Секреты

- Ну перестань, Инид, это на тебя не похоже. Да, Лиз все рассказала мне, но что в этом плохого? Ведь я ее сестра. Ближе меня у нее никого нет.

- Это уж точно.

- Не будь с ней такой суровой, - продолжала Джессика масляным тоном. - Я уверена, она не хотела причинить тебе боль. Ее тоже можно понять.

Инид остановилась и глянула ей в глаза.

- Нет, я этого понять не могу, - холодно ответила она. - В отличие от некоторых, я никогда не смогла бы всадить нож в спину друга.

- Ради Бога, Инид, ты что, думаешь, Лиз сделала это нарочно? Я убеждена, у нее и в мыслях не было сказать Ронни. Просто случайно сорвалось с языка.

- Случайно?! Это она тебе сказала? - Инид прищурила глаза.

- Ну не совсем, но я...

- Замолчи! - оборвала ее Инид. - Перестань защищать ее. Ей нет оправдания.

- Знала бы ты, как Лиз переживает.

- А я? Ведь я потеряла из-за нее Ронни, ты забыла? Так что не говори мне о ее переживаниях. Лиз этого не понять. У нее есть Тодд, а у меня... никого.

- Ну это не совсем так, Инид. У тебя ведь есть Джордж.

- Да, ты права. У меня есть Джордж. Преступники должны держаться друг друга. Это ты хотела сказать?

- Преступники? Ну я бы не стала так называть тебя, - снисходительно ответила Джессика. - Конечно, ты совершила в жизни ошибку, но не волнуйся, никто не поверит всему, что говорит про тебя Ронни.

Инид как-то вся обмякла на глазах у Джессики и опустилась на скамейку. Как платье, соскользнувшее с вешалки.

- А что Ронни говорит про меня? - хриплым шепотом спросила она.

Джессика дружески обняла ее за плечи:

- Тебе этого лучше не знать. Я и половины повторить не смогла бы.

- О Боже! - Инид закрыла лицо руками. - Я не хочу жить!

- Но все не так уж и плохо, если взглянуть с другой стороны, - утешала Джессика. - Теперь тебе не надо больше ничего скрывать и гадать не надо, о чем люди шепчутся у тебя за спиной.

- Да, теперь я знаю, о чем они шепчутся. - Инид медленно, с усилием поднялась со скамейки. - Спасибо, Джессика. Я понимаю, ты хотела помочь. Но можешь передать Лиз, что между нами все кончено. Даже если я буду жить двести лет, я и тогда не прощу ее.

- Думаю, что ты совершаешь ошибку, Инид, - снисходительно заметила Джессика.

Инид скривила губы в горькой усмешке:

- Ну что ж, мне не привыкать.

Сказав это, она быстро повернулась и пошла. На этот раз Джессика не остановила ее. Такая подруга Элизабет не нужна, подумала она. Она и Лиз может втянуть в какую-нибудь грязную историю. "В конце концов, - сказала себе Джессика, - я всем оказала неоценимую услугу. Включая себя".

А что в этом плохого? Разве она, Джессика, не заслуживает счастья? Чем она хуже других?

Улыбка заиграла у нее на губах. Ведь теперь, когда Инид рассталась с Ронни, ей наверняка не удастся набрать достаточно голосов, чтобы стать королевой. Значит, Инид выбыла из борьбы! Джессика уже чувствовала приятную тяжесть короны на своей голове.

- Ну погоди, Брюс Пэтмен, - прошептала она. - От меня тебе не уйти!

Вечером Элизабет писала сочинение по "Юлию Цезарю". А Джессика наверху секретничала с Ронни по телефону. Наговорившись, она спустилась вниз.

- Это Ронни Эдвардс тебе звонил? - спросила ее Элизабет, оторвавшись на миг от тетрадки.

"Прощай же навсегда, Инид!" - машинально вывела она на листке и тут же зачеркнула "Инид" и написала "Кассий".

- Я, м-м, ну... Ладно, все равно, рано или поздно узнаешь. - Джессика села рядом с сестрой. - Я на бал иду с Ронни.

- Что?! - у Элизабет выпала ручка и покатилась по полу.

- Непросто было его уговорить: он сейчас зол на весь мир. Но мне все-таки удалось.

- Джессика, да что ты говоришь? Как тебе только в голову могло прийти такое? Это же совсем убьет Инид!

Джессика надулась:

- Ты что, не понимаешь? Я же делаю это для нее. Мне было ужасно неловко, что я сегодня своим разговором с ней только все испортила. Вот я и решила поговорить с Ронни.

- И что же он?

- Как я уже сказала, он страшно расстроен. Я сразу поняла, помирить этих двоих будет неимоверно трудно.

- Но ты решила этим заняться, да?

- А что еще остается делать? Но он ни в какую не хочет мириться. Я даже ему сказала, что Инид признает себя виноватой. А он ни в какую.

- Это он должен признать себя виноватым.

- Вот я и подумала, на балу он увидит Инид. Мы устроим так, чтобы они хоть разок потанцевали вместе, и я уверена, что они помирятся. Но ведь кто-то должен привести его на бал.

- Настоящая любовь преодолеет все преграды, так что ли? - Элизабет по-прежнему была настроена скептически. Больше всего она недоумевала, ради чего в действительности Джессика все это делает. Но спрашивать не стала. - Мне эта затея не кажется самой удачной. Может, предоставить им самим все решать? Кроме того, я сомневаюсь, что Инид придет на бал после того, как Ронни отменил свое приглашение.

- По-моему, надо во что бы то ни стало уговорить ее пойти. А то еще подумают, что я пошла с Ронни ради своей выгоды. - Эта мысль действительно пугала ее.

Искренний тон сестры растрогал Элизабет.

- Прости, Джес, - сказала она. - Я знаю, ты искренне хочешь помочь.

- Я все это делаю для тебя, Лиззи! - воскликнула Джессика, тепло пожимая руку сестры.

- Почему для меня?

- Я подумала, если Инид и Ронни помирятся, она больше не будет на тебя злиться.

- А-а, и воцарится всеобщий мир.

- Ну не язви, пожалуйста. Я понимаю, ты не можешь мне простить, что я так все сегодня напортила.

- Инид только взглянула на меня в спортзале и сразу расплакалась, огорченно сказала Элизабет. - Я себя прямо убийцей почувствовала. Джес, что ты ей все-таки сказала?

- Да ничего особенного. Вообще-то, говорила в основном она. Каких только гадостей я про тебя не услышала!

- Правда? - У Элизабет упало сердце.

- Я ушам своим не могла поверить! Я думаю, она всегда тебе завидовала, Лиззи. Наверное, только и ждала удобного случая, чтобы порвать с тобой.

- Я понимаю, Инид на меня сердится, но чтобы до такой степени... Это на нее не похоже.

- Ты меня спросила, я ответила.

- Лучше бы я не спрашивала!

- Ах, так! - Джессика возмущенно тряхнула головой. - Считай, что я последний раз прихожу тебе на помощь.

Она вскочила с кровати, но гнев ее длился не больше минуты - ровно столько, сколько надо, чтобы перерыть шкаф Элизабет.