Страница 33 из 48
— Кара! — резко сказал Трелон, ожидая, пока Кара немного успокоится.
— Да? — с улыбкой спросила Кара.
— Больше никакого кофе! — сурово сказал Трелон. Он выяснит, что это за чертовщина, и спрячет его. — Сколько ты уже выпила?
— О, всего пять или шесть, — ответила Кара, пожав плечами.
— Чашек? — подозрительно спросил Трелон.
— Нет, кувшинов. Видишь ли, в кофе много кофеина, по крайней мере, в кофеиновых продуктах, и это единственный вид, который я запрограммировала в репликаторе. Мне нравится эта штука. Я могу пить его весь день напролет. Единственная проблема, что иногда оно делает меня гиперактивной, поэтому я должна быть осторожна. Я работала над программированием всех видов, и у меня получился приличный эспрессо, ты используешь эспрессо для более модных напитков, но это похоже на мега дозу наркотика. Я говорю тебе, если ты хочешь долго бодрствовать, просто выпей одну, две кружки, и это поможет тебе продержаться несколько дней.
Глаза Трелона расширялись с каждым словом. Дней? Кувшины? Наркотики? О боги и богини, он просто не выживет! Как могла одна крошечная инопланетная женщина довести его до того, что ему захотелось заплакать, как ребенку? Он отчаянно нуждался во сне. У него не было ни одной полноценной ночи с тех пор, как он встретил её. И понятия не имел, как она функционирует, но если он сможет воспроизвести её энергетический уровень и распределить его среди воинов Валдера, они выиграют все битвы. Трелон встал, держа на руках Кару, продолжавшую болтать без умолку, и понес её в спальню. Он искупает её, уложит в постель и закует в цепи, причем не обязательно в таком порядке. «Возможно, ему придется заткнуть ей рот», — подумал он, когда она снова начала петь.
Глава 16
Лежа в постели, Трелон гадал, какого же бога или богиню он разозлил, когда проснулся снова один. Когда попытался сесть, то рывок за запястья не позволил ему сдвинуться больше чем на несколько сантиметров. Закрыв глаза, он решил, что, наверное, разозлил всех богов до единого. Его приковали к кровати цепью, которой он приковал свою маленькую пару. Он дернул руками, но те не сдвинулись с места. Трелон попробовал подтянуться к изголовью кровати, чтобы дать себе лучший толчок, но не смог, потому что обе его лодыжки оказались прикреплены к основанию кровати. Взревев от ярости, Трелон попытался разорвать цепи, но те были слишком прочные.
Его единственным выходом было обернуться в дракона. Ему пришлось трижды воззвать к своему дракону, до того как он откликнулся. Тот был слишком занят тем, что хохотал до упаду над трюком своей пары. Трелон прорычал страшные угрозы, которые, похоже, только усилили веселье его дракона. Наконец, он ощутил, как с ним происходит изменение. Когда оглушительный грохот эхом разнесся по комнате, внутрь ворвались двое охранников и уставились на него с открытыми ртами. Трелон зарычал на них, раздраженно выпуская струю драконьего огня на развалины своей кровати, которая рухнула под тяжестью его дракона. К несчастью, занавески рядом с ней оставались частично задернутыми и загорелись. Трелон издал печальный стон, скатился с горящей кровати, щелкнул цепями и решительно протопал через открытые балконные двери, где быстро перемахнул через перила.
Кара наслаждалась самым лучшим временем в своей жизни. Это произошло перед самым рассветом, когда она проснулась полной сил. После того как поняла, что Трелон приковал её к кровати, ей потребовалось лишь несколько минут, чтобы открыть замок. Если он вправду хотел удержать её, подумала она, то ему следовало проверить столик рядом с кроватью, где она держала под рукой небольшой набор инструментов. В приступе озорства она решила отплатить ему той же монетой. Однако оказалась умнее и убедилась, чтобы на его столике у кровати не находились спрятанные инструменты, которые могли бы вытащить его из беды.
Она хорошо отдохнула, так как накануне вечером они легли отдыхать еще до захода солнца. Конечно, после этого она поспала еще пару часов, и ей захотелось проверить некоторые новые позы, предложенные Трелоном. Действие кофеина полностью покинуло её организм, еще не успели погаснуть звезды, и она быстро уснула. Ей снились образы драконов, летящие в небе. От этих снов она проснулась и знала, что должна посмотреть, сможет ли она превратиться в дракона, как Эбби.
Спустя, казалось, несколько часов просьб, мольбы и бесконечных обещаний Кара наконец заставила существо, живущее внутри нее, откликнуться. Она очень обрадовалась, когда поняла, что это её дракон. Сначала та неохотно согласилась, не желая проходить через первую трансформацию без своей пары, но после того, как Кара указала, что Трелон рядом, просто спит, та нехотя откликнулась. Кара так разволновалась, увидев разноцветные чешуйки, образующиеся на её руках и груди, что даже не заметила, как её зрение прояснилось в темноте.
Её возбуждение росло, и радость, которую испытывал её дракон, превратилась в живой огонь в её крови. Огонь все разрастался и разгорался, пока Кара не позволила его теплу поглотить себя. Она трансформировалась прямо перед балконными дверями. На том месте, где всего несколько мгновений назад стояла Кара в облике человека, теперь стоял крошечный бордово-аметистовый дракон с изумрудно-зелеными глазами. Кара расправила крылья, восхищаясь полупрозрачной текстурой, усеянной крошечными чешуйками, которые буквально светились. Она опустила голову и посмотрела между своими четырьмя ногами — у нее было четыре ноги! Она заметила свой хвост раньше, чем он поднялся, и чуть не опрокинула несколько предметов на ящике с одеждой Трелона.
Кара сдержала смешок, не желая пока будить Трелона. Она хотела летать! Её дракон возбужденно захихикал от восторга Кары. Тихонько сказав что-то Симбе, которая дремала в соседней комнате, Кара вышла на балкон и, взмахнув крыльями, взмыла вверх.
Поднявшись в безоблачное небо, Кара позволила своему дракону немного завладеть собой. Вскоре они стали партнерами, её дракон был пилотом, а Кара — штурманом. Дракон Кары закашлялся от смеха, когда Симба появилась рядом с ней в образе золотого орла. Вместе они перелетели через стены дворца и закружились над пробуждающимся городом. Крылышки Кары хлопали и скользили в потоках ветра. Симба приблизилась к Каре достаточно близко, чтобы убедиться, что она облачена в легкие золотые доспехи. Кара поняла, что та хочет убедиться, что она защищена, поэтому игриво её укусила. Симба ответила серией грациозных поворотов. Кара зачарованно наблюдала, как Симба двигается вверх-вниз. Тепло проникло сквозь золотые доспехи, и Кара поняла, что Симба хочет научить её летать. Дракон Кары радостно кашлянул, а затем последовал за Симбой, изящно нырнув в сторону утесов.
— Кара, ми элила. Подожди меня, — крикнул Трелон на драконьем языке.
Он видел образы, которые Симба ему посылала. Его гнев испарился при первом же взгляде на крошечного бордово-аметистового дракона. Его дракон практически пускал слюни от красоты своей пары и чрезвычайно возбудился. Трелону пришлось напомнить ему, что сначала они должны поймать её, перед тем как он сможет что-то сделать. Возмущенное рычание дракона из-за того, что он не видел, как его пара впервые трансформировалась, заставило его рассмеяться, учитывая, сколько удовольствия он получил от его проблем с ней. Вся проблема в том, что они занимали одно тело. Да, подумал он с усмешкой, наверное, он всерьез разозлил всех богов и богинь да не один раз. Однако, если наказание заключается в том, что Кара станет его парой, он сделает это снова.
У Трелона перехватило дыхание при взгляде на свою пару. Она сидела на краю обрыва, и первые лучи рассвета освещали её тело. Бордовый и аметистовый цвета мерцали, когда над ней скользил свет. По сравнению с ним она была крошечным драконом, но самым красивым существом, которое он когда-либо видел. «Моя! — ответил дракон Трелона с гордостью. — Вся моя!» Трелон усмехнулся, отвечая на собственнические чувства своего дракона. «Наша, мой друг, вся наша». Дракон Трелона весело фыркнул, а затем нырнул под углом, скользя, чтобы приземлиться рядом с Карой и Симбой.