Страница 77 из 131
Радостная вспышка тухнет, не успев разгореться. Что дальше? Как нам вырваться из этой западни? Ответов нет. Поднимаю голову и обвожу всех взглядом. Рыжий лежит, закатив глаза к потолку, Оли, отпустив неподъемное тело Луизы, косится назад на неумолимо приближающийся строй призраков. Что делать?
- Луиза-а-а!
Зов вставших из могилы мертвецов пропитывает и сгущает воздух вокруг. Мой взгляд мечется от одного к другому, не находя ответа. Рыжий, Оли, Луиза… Что это, кажется очнулась! Судорожная волна пробежала по лицу моей подруги, дернулись длинные ресницы, приоткрыв синие, наполненные решимостью, глаза. Они смотрят мне прямо в лицо, и я слышу ее шепот.
- Они хотят только меня.
Она пытается встать, но, не удержавшись, падает обратно на землю. Я вижу каких усилий стоит ей каждое движение, словно неведомая сила сковывает ее чугунной цепью. Сковывает, давит, но моя подруга, сжав зубы, как одержимая пробует снова и снова. Еще одна попытка, и она все-таки поднялась на ноги.
- Они хотят меня, - ее рука нащупала рукоять меча, - что ж пусть попробуют взять.
Меня вдруг пронзило понимание того, что она хочет сделать – броситься с мечом в толпу обугленных призраков и погибнуть.
Хочешь спасти нас ценой своей жизни, - во мне вдруг закипела яростная злость, - а ты меня спросила, хочу я вновь остаться одна. Эгоистка ты чертова! Только о себе и думаешь, тоже мне голубая кровь, тебе бы только умереть красиво, а как же твой Вийон, как же я? Нет, помирать так всем вместе!
- Оли!
Ору так, чтобы его пробрало до печенок.
- Держи ее, не пускай!
Руки гиганта скорее рефлекторно, чем повинуясь моему крику, обхватили худенькое тело баронессы, и на его лице появилось удивленное выражение. Он сам не понял, как на это решился.
- Луиза-а-а!
Зов почти физически ощутимо прошелся ледяной волной и, зажатая громадными ручищами, Луиза обожгла Оли яростным взглядом.
- Немедленно отпусти меня! Немедленно, слышишь!
Если сейчас ничего не придумать, то он ее отпустит. Суматошные мысли заметались в моей голове, а взгляд забегал с замершего тела Рыжего к ошарашенному лицу Оли и обратно. Что делать? Мгновения утекают как песок, а к моему ужасу никакого решения так и не появляется. Бешеный взгляд на неумолимо приближающихся жутких тварей, на Луизу, на ребят, и я вдруг начинаю говорить, сама не осознавая, что делаю.
- Знаю, сейчас не лучшее время, но все-таки скажу.
Перевожу дыхание и продолжаю, всматриваясь в лица парней.
- Я слышала ваш разговор там у костра и ваш договор тоже слышала. Так вот вам мое решение. Меня получит тот из вас, кто вытащит баронессу отсюда живой
Говорю и сама понимаю, что несу чушь, мы на пороге смерти, им сейчас не до моих прелестей. Да и что они могут сделать! Понимаю, но остановиться не могу и продолжаю все громче и громче.
- Клянусь, тот, кто вытащит ее, - кивок в сторону брыкающейся в «медвежьих» лапах баронессы, - тот получит меня так, как захочет.
Не могу сказать какой реакции я ожидала, но только не ее отсутствия. Ничего не произошло, разве что Луиза перестала вырываться из рук Оли и уставилась на меня своими синими глазищами.
В этой тишине чувствую себя полной дурой, на что я надеялась, на чудо. Еще одно почти вечное мгновение тишины, и в тот момент, когда надежда уже оставила меня, взгляд Рыжего, оторвавшись от потолка, впился мне в лицо.
Что? - Закричали мои глаза, уловив в голубых зрачках блеснувшую шальную искру.
- Клянешься, говоришь?
На губах Рыжего вдруг заиграла довольная усмешка, наполнившая меня надеждой, и я со всей твердостью на какую способна в эту минуту повторяю.
- Клянусь!
И тут же, не вытерпев, набрасываюсь на него.
- Ну, говори же, придумал что-нибудь?
Рыжий, лишь молча улыбаясь в ответ, сел, уперевшись руками в землю, а затем, скривившись от боли, поднялся на ноги. Также молча, не обращая больше на меня внимания, он еще раз окинул взглядом потолок и окликнул Оли.
- Иди ка сюда.
С замиранием сердца жду продолжения, а Оли, выпустив переставшую вырываться Луизу, уже сделал шаг и вдруг ошарашил меня вопросом.
- Мара, как же ты выполнишь клятву, если мы все здесь умрем?
Я настолько напряжена в ожидании решения, что не сразу поняла, о чем это он, а, осознав, чуть не взвилась от злости. Вот же торгашеская порода, еще ничего не сделал, а уже печется, чтобы его не обманули. Оборачиваюсь и обжигаю его злым взглядом.
- Не бойся, Оли, не обману! В аду все ночи жаркие, будешь иметь меня там целую вечность.
Понял он чего-нибудь или нет, но связываться со мной точно больше не захотел и рявкнул на Рыжего.
- Чего?
Тот молча приобнял его за плечи, глядя в потолок в одну лишь ему ведомую точку.
- Вот здесь!
Он еще раз прикинул на глаз расстояние.