Страница 11 из 12
Она вздрогнула, но не попыталась сбросить мою руку. А потом и вовсе светлые, почти прозрачные волоски на ее теле поднялись дыбом.
— Хмр-р? — вырывалось у меня от недоумения. Не похоже, что злится. Неужели у них так выражается удовольствие?! Почти как у нас — мрархов. Удивленный открытием, я медленно провел пальцем по ее бедру и двинулся обратно.
— Что дальше? — обратился к Нырку, но он, Умрррых, молчит. Мне ничего не оставалось, как продолжить выполнять пункт первый.
Удивительно, но ничего противного при прикосновении к кожному покрову человеки я не ощутил. И запах ее, если отделить еще оставшийся смрад верийца, тоже нейтральный.
Задумавшись, я не заметил, как перестал водить пальцем. Очнулся, когда особь снова глубоко вздохнула и… накрыла своими маленькими горячими ладонями мои, крепче притягивая к голенькому животу.
«О, Умрррых!» — выдохнул шумно я и затаил дыхание.
Не нужно изучать анатомию вселенских рас, чтобы понять, что ниже, где на теле особи начинается растительность, располагается лоно самки.
«Только этого мне не хватало!» — постарался убрать руку выше.
На плечах человеки разметалась длинная, мягкая шерсть. Что ни говори, а красивая. И цвет потрясающий.
Любопытствуя, я коснулся прядок, и опять на теле землянки поднялась шерстка.
«Интересно, это она чувствительная, или особи ее косморасы все такие?»
Человека, пребывавшая в фазе сна, склонила голову и потерлась щекой о мою руку, после чего я окончательно опешил.
Не знаю, как у них, но у нас, мрархов, этот жест интимный, равный признанию в симпатии. Конечно, ее идет не от разума — от инстинктов, что еще более поражает.
— Нырок?! — обратился к компу. — Что это значит?
— Сформулируй вопрос конкретнее, — ответила хитрая программа, и я начал вскипать.
– Сотру!
После паузы механический голос программы бездушно ответил:
— В цепочке белков и аминокислот этой особи и мрархов наблюдается совпадение более девяноста трех процентов.
— Мр-ра?! — я даже выругаться не смог, ошарашенный новостью.
— Можно было сообразить по сходству строения тела и общих черт, — язвительно добавил Нырок и опять затаился.
Умрррых бы его побрал! Это язва Карс настраивал бортового помощника, поэтому он вышел такой же своенравный, как брат. Умр-р, обоим достанется!
— И что дальше в твоем плане спасения?
— Изучай общие черты. Быть может, тогда не будете растрачивать счеки на биогель четвертого класса опасности…
— Сотру! — прошипел я. И так чувствовал себя идиотом, еще издевается бездушная программа.
То-то бросались в глаза сходства черт особи с мрархскими, особенно ее золотистая шерсть. Но какого Умрррыха?!
Зачем она, такая приятная, редкого окраса землянке? У мрархов мех покрывает уши, частично грудь, спину, руки, а ноги, особенно хвосты, полностью. Самке человека же роскошная грива ни к чему! Она вообще могла бы быть лысой!
Едва сдерживая ярость, заглянул особи в лицо.
Она явно спала и помирать не собиралась. Даже сердцебиение восстановилось. Но моей руки не выпускала.
Присмотрелся к ее когтям и нашел еще одно различие — с ее ногтевыми пластинами даже не защитишься. Мр-р, да…
При всей разнице наших рас общие черты явно есть, и их много. Но признаться, что эта мелкая, слабая особь имеет ко мне, сильному могучему мрарху какое-то отношение — я не хотел.
Оглядел придирчиво человеку с ног до головы и поморщился. Однако ее золотистые с приятным отливом волосы манили. И я, пользуясь моментом, потеребил их.
«Невероятно приятные. Жаль, что короткие», — вздохнул. Мрархийки предпочитают длинные гривы.
Стоило вспомнить о мрархийках, тотчас в округлостях землянки показались намеки на их изгибы…
«Совсем от воздержания одурел, — осадил себя. — Такое разве что от безысходности померещится».
Разозлившись, одернул руки.
На лице человеки тут же промелькнула печаль. Она, не открывая глаз, потянулась за мной.
Я успел убрать хвост, однако задумался…
«Чего это он ей покоя не дает? Интересно. И лучше это узнать, пока она слаба и спит».
Не знаю, что нашло, но я позволил ей коснуться моей гордости — длинного, густо поросшей шерстью хвоста, символа здоровья и силы воина-мрарха.
Готов был, что она в него вцепится зубами, да что угодно вытворит, только не к нежному перебиранию шерсти тонкими пальчиками…
Стоило ей сделать несколько почесываний, моя шерсть мгновенно взъерошилась, по спине прошла волна холодка, обернувшаяся настойчивым, непреодолимым желанием.
Похоть разливалась по венам, напрягая каждую часть моего изголодавшегося по ласке тела.
«Нет! Я не извращенец!» — попытался взять себя в руки. — Конечно, долго был один, но никогда и ни за что не прикоснусь к другой косморасе!»
«Да у нас девяносто три процента сходства, что в безграничной вселенной очень даже родство! Она почти, с большим натяжением, но… мрархийка, которая много болела…» — шептали инстинкты, подталкивая на глупость.
«Лучше куплю андроида-мрархийку… Обещали полное совпадение ощущений…» — вспомнил рекламу андро-борделя, которую видел на одном из баннеров. Дорого, но когда от каждого прикосновения человеки тело реагирует неоднозначно, лучше залезть в неприкосновенный счет, взять капельку и…
Прикрыл глаза…
Фантазия, как мог бы оторваться в борделе, еще больше подхлестнула желание.
Я слишком долго был один и, когда, после приятнейшего прикосновения особи, поймал себя на том, что распалился до предела и раскатисто урчу, уже не смог остановиться. Тем более жадность шептала:
«Зачем платить много, когда можно получить разрядку здесь и сейчас…»
Еще пытался сопротивляться, но человека, будто подслушав мои мысли, прошлась по хвосту, поднимаясь к пояснице…
Я сосредоточился на сладострастных ощущениях и сомкнул зубы, чтобы блаженно не заорать, ибо меня захлестнуло острое, яркое, сводящее с ума удовольствие.
= 15 =
Сола
Меня разбудил приятный запах…
Глаза открывать не хотелось, не говоря о большем, но он такой ароматный.
Долго силилась, а когда разомкнула веко, увидела перед собой одну тарелку с едой и вторую с водой.
Тонкий аромат исходил именно из первой, наполненной сочными, незнакомыми мне кусочками, подозреваю, что овощей.
Аппетитные, только есть их боязно. Однако, если предстоит всю оставшуюся жизнь провести в клетке — не лучше ли прекратить мучения?
«Возможно…» — ответила себе неуверенно и поняла, что все равно хочу жить.
— Ешь, человека. Тебе нужна энергия! — раздалось над ухом, и я едва не выронила тарелку. Огляделась по сторонам — никого не нашла.
— Кто здесь?!
— Бортовой компьютер корабля, — ответил голос. И я почему-то поверила.
— Ничего себе! Какой ты…
— Лесть не действует на андроида, — отчеканил динамик, только почудились мне озорные нотки в голосе. Хм…
— Это можно есть?
— Нужно.
Я осторожно вонзила зубы в мякоть и восхищенно замычала, потому что подобной душистой, сладкой вкуснятины еще не ела.
Расправившись с едой, не удержалась и облизала тарелку. Возможно, за мной наблюдали, но пусть мои пленители стыдятся, что плохо кормят. А после набросилась на воду.
Сытая и довольная поворотом событий, я вытянулась в клетке и с тоской осмотрела прутья. Наскакалась уже — сил не осталось. Но уму требовалась работа, и я начала восстанавливать в памяти странные события, предшествовавшие моему глубокому сну, в котором мне снились родные. Они нежно гладили меня по волосам и обещали, что все будет хорошо…
Вот только стоило вспомнить, чего я вытворяла до сна: как угрожала, пыталась шантажировать гигантов, кричала, что умру, и хвостатые еще пожалеют… — от стыда запылали щеки. Я даже села, чтобы закрыть лицо и попытаться отогнать воспоминания. Но увы. Едва уходили одни — на смену приходил рой других.
«Сола, это кошмар!» — простонала. Если за такие безобразные выходки похитители сразу меня не прибили, значит, они добрые. Или выкуп хотят…» — стоило вспомнить о своем незавидном положении, радость пропала, и мне стало очень тоскливо.