Последняя ведьма Ксенай

Через некоторое время мы вышли на песчаный берег острова. Небо уже начало светать, значит, ночь подходила к концу.

–Так, запоминай, – обратилась к брату с наставлением, – найдешь Вереса сына Одина, скажешь, что я прошу спрятать тебя. Надеюсь, он не откажет, – уже пробормотала больше себе, чем ему.

– А как же ты? – спросил он с опаской. – Может, вместе уплывем?

– Не получится, – помотала я головой отрицательно, – я не умею плавать и не умею себя превращать. Так в кого же тебя превратить? – задумалась я, постукивая себя пальчиком по губе. – Может все-таки в жабу? Будешь квакать где-нибудь на болоте, зазывая подружек?

– Ну уж нет! – возмутился Торон, ухмыляясь. – Давай в хищную рыбину, чтобы защищаться мог.

– Вот еще, на тебе и так грехов немеренно! – теперь уже возмутилась я. – Может, моллюском каким, будешь бродить по дну, крошки собирать?

– Ты издеваешься? – прищурившись, тихо спросил он.

Я хихикнула и подмигнула ему.

– А что, очень заметно?

Брат сжал кулаки и состроил страшную гримасу, делая вид, что злится.

Я широко улыбнулась и подняла руки вверх, сдаваясь страшному чудищу, то есть моему брату.

 – Ладно, заходи в воду, сейчас придумаю что-нибудь.

Торон вновь стал серьезным и посмотрел на меня грустно.

– Деми, может, все-таки вместе? Я не хочу опять потерять тебя.

Я подошла к нему и нежно погладила по щеке рукой.

– Не бойся, я приду за тобой, когда будет можно. Со мной все будет хорошо.

Он обнял меня крепко и поцеловал в макушку, даря свое тепло. Я вздохнула поглубже воздух, запоминая запах своего единственного близкого человека. Он был ванильный, но с примесью цитруса. В Тороне играла кровь и матери, и отца.

– Я так счастлив, что ты жива, береги себя, – пробормотал он мне.

Глубоко вздохнув, отступила от брата. Окинула еще раз его взглядом, запоминая образ. Потом собралась и, закрыв глаза, сосредоточилась. Нужно превратить его в кого-то, вот только в кого? Вдруг перед глазами встала картинка, а губы сами начали шептать:

– Как день и ночь меняются, в небе растворяются, так и ты изменись, в дельфина превратись.

Услышав шлепок о воду, открыла глаза. Передо мной наполовину в воде лежал дельфин и весело стрекотал на своем языке. Улыбнувшись, подошла, присев на корточки перед ним, погладила рукой, чувствуя его нежную теплую кожу.

– Ну вот, а ты боялся, – хмыкнула я весело, – а теперь плыви, времени совсем не осталось, рассвет.

Он покивал мне головой, прострекотал что-то, ткнулся длинным мокрым носом в руку и начал отползать на глубину, работая хвостом. Я стояла и смотрела, как он грациозно скользит по воде, удаляясь от берега. В какой-то момент Торон высоко выпрыгнул из воды, помахав мне плавниками, прощаясь, потом нырнул и исчез в лазурном океане.

А на меня вдруг накатило такое бессилие, что я опустилась на песок, ища упор руками, перед глазами все поплыло, дыхание сбилось и боль пронзила все тело. Силы покинули меня, и я рухнула на спину, взглядом устремляясь в небо, которое стало покрываться красноватой дымкой и меркнуть. Мое сознание покинуло тело, оставляя лежать меня на берегу океана.

В себя пришла от того, что на лицо попадает вода, открыв глаза, увидела лицо воительницы, озабоченно смотревшее на меня.

– Что случилось? – спросила я слабым голосом, чувствуя, что лежу в воде. Как я тут оказалась?

– Не знаю, – ответила она, – нашла тебя тут, лежащую без сознания.

Я попыталась сесть, но силы так и не вернулись обратно, и я вновь упала на спину. Девушка, видимо, поняла это и, взяв меня за подмышки, оттащила на сухой песок.

– Сейчас прилив, ты рисковала утонуть, – сообщила она мне, – а где мужчина, который был с тобой?

Я прикрыла глаза, чтобы не выдать свое смятение и испуг. Нужно что-то придумать, но голова отказывалась мыслить здраво.

– Не знаю, может, в океан смыло, – сказала я первое, что пришло в голову.

Воительница, приняв мои слова за правду, стала осматривать береговую линию, надеясь найти и моего брата.

– Нет, я никого не вижу, – ответила она серьезно, а я еле удержала улыбку.

«Да, юмор не её конек», – подумала про себя.

– Ну, тогда не знаю, – выдохнула я, пытаясь хотя бы облокотиться на локоть, – может, ушёл?

Воительница покачала головой, отрицая мои слова.

– Его нет на острове, – сказала она серьезно, – и наставница в гневе, это был её любимый раб.

Я присвистнула про себя столь высокому положению моего брата. И нужно же ему было угодить именно к главной кукле этого острова.

– Сочувствую, – выдала язвительно, но тут же состроила грустную гримасу.

В этот момент на берег выбежал Кайтон. Он увидел нас и сразу ринулся прямиком ко мне.

«Ну все, я попала, сейчас будет отчитывать», – пронеслась мысль в голове, пока я наблюдала насторожено за его приближением.