Страница 5 из 87
Погода была теплой, солнышко уже начинало припекать, холод отступил. Постояв посреди улицы с минуту, обдумывал, куда направиться. Решил, что пойду в порт, вдруг какой корабль пришел новый и мне повезет.
Направился по уже привычной дороге в сторону доков, но, проходя мимо булочной, задержался, так как запах свежего хлеба пробудил во мне голод. Возле магазина был выставлен прилавок со сдобой и буханками свежеиспечённого хлеба. Сглотнув голодную слюну, нервно передернул плечами и осмотрелся по сторонам. Народу было немного, а пекарь зашел в магазин, чтобы вынести новую порцию продукции. Я быстро подскочил к прилавку и, схватив первую попавшуюся булочку, рванул вниз по улице со всех ног.
– Стой, сопляк! – услышал грозный крик пекаря вдогонку. – Держи вора!
Я прибавил скорости, надеясь, что смогу оторваться от грузного мужчины. Добежав до поворота улицы, нырнул за угол и прямиком втемяшился в литое тело мужчины, который моментально схватил меня за шиворот.
– Попался, – сказал он хитро и тряхнул меня с силой, заставляя повиснуть, как куклу на ниточках.
– Пусти, – забрыкался я, стараясь вывернуться из его захвата или ударить по ноге, но он лишь вытянул руку перед собой, увеличивая расстояние между нами, и достать до него не получилось.
– Так это опять ты? – услышал я голос моего захватчика.
Неуверенно поднял глаза на него и удивленно замер. Это был тот самый мужчина, что вчера накормил меня и оплатил комнату.
Осмотреть его мне помешал пекарь, который выскочил из-за угла, как черт из табакерки, и завизжал:
– Вор! Он украл у меня товар! Нужно сдать его властям, пусть посадят этого оборванца.
И уже протянул руки ко мне, чтобы схватить, но мужчина не дал этому случиться, быстро притянул меня к себе и обнял за плечи. Я растерянно покосился на него, но вырываться не стал.
– Простите моего брата, он жуткий хулиган, но я обязательно его накажу, —проговорил мой спаситель. – Я оплачу ваш товар, – и достав из кармана монету, бросил ее пекарю.
Тот поймал ее на лету и, недовольно покрутив перед глазами, все-таки забрал.
– Ладно, на этот раз прощаю, но если вновь поймаю, то сдам! – пробубнил он хмуро.
– Согласен с вами, – ответил мужчина, улыбаясь, – сам лично сдам, если еще раз узнаю.
На этом они распрощались, и пекарь поковылял к своему магазину.
– Ну… – развернул меня к себе лицом и, оглядев строго, сказал мужчина. – И долго ты будешь влипать в такие истории? Видишь ли, я не всегда рядом.
Я насупился, поджимая губы. Меня вовсе не радовало встретить его вновь, но я понимал, что уже дважды обязан ему.
– А я и не влипал, —пробубнил обиженно, – если бы вы не стояли на пути, я давно убежал бы от этого скряги.
Мужчина рассмеялся в голос, заставляя прохожих оборачиваться с любопытством.
– То есть, это я еще и виноват? – спросил он, иронично выгибая бровь.
– А кто? Вы же меня поймали? Другим и дела не было до меня! – грозно возмутился я, сверля его взглядом.
– Понятно, – изрек он, вновь беря меня за ворот рубахи, – пошли со мной.
– Куда? – возмутился я, упираясь ногами в бордюр. – Я никуда не пойду! Пустите меня!
Я испугался, не зная, куда он поведет меня. Вдруг и правда решил сдать властям или еще чего задумал. Я уже готов был заорать на всю улицу, но мужик, видимо, поняв мой настрой, остановился.
– Не бойся, я не собираюсь тебя сдавать или причинять вред, – сказал он серьезно. – Просто стоять тут и выяснять, что делать дальше, не очень удобно. А я живу тут, недалеко. Идем, я тебя накормлю, заодно и поговорим.
– О чем? – тут же выпалил я испуганно.
Этот мужчина вызывал во мне двоякое чувство. Я и боялся его, и одновременно испытывал любопытство. Его поведение было необычно - и это настораживало. Слишком добрый к оборванцу, но угрозы для себя я не ощущал.
– О жизни, – насмешливо ответил он, увлекая меня за собой, больше ничего не объясняя.
Ничего не оставалось делать, как плестись за этим мужчиной и искоса рассматривать его. Он был высок, я с трудом мог достать макушкой до его подбородка. Широкие плечи, обтянутые белой рубахой. Хорошо сложен, тело было тренированным, и даже сквозь рубаху я видел перекаты его мышц. Ноги длинные с упругими мускулами показывали, что их обладатель привык к пешим походам. Он явно не был прожигателем жизни и не боялся работы.
Перевел взгляд на лицо. Волевое, загорелое, будто он часами проводил под палящем солнцем. Волосы темно-русые с выгоревшими почти до золота прядями, подстрижены аккуратно и не очень коротко, уложенные на прямой пробор. Высокий лоб, ровные темные брови. Глаза карие, даже скорей черные, в окантовке густых ресниц, которые придавали взгляду проницательность. Прямой заостренный нос, обгоревший на солнце и теперь шелушащийся. Высокие, четко очерченные скулы, трехдневная щетина на щеках, волевой подбородок, говоривший о решительности моего нового знакомого, и губы такие мужские, пухлые, с красивым контуром, твердо сжатые в данный момент. "Да, мужик во всем", – подумал я, плетясь за ним следом.