Страница 4 из 149
Я встал, отодвинул кресло, опустился на корточки и замер.
Нет, ящичек с камнями — ладно. Ну, серьёзно, всякое бывает: купил какую-то фигню и забыл, допустим. Но батарея закупоренных бутылок и сундук, будто из реквизита «Пиратов Карибского моря», — это уже за гранью. Может, я чего-то не понимаю?
Я взял одну из бутылок. Тёмное стекло, как от шампанского, да и форма немного похожа. Пробка забита крепко, вытащить не получилось. Ещё и залита чем-то. Сургучом, что ли? Дикость.
На бутылке была и этикетка. Но что на ней написали — этого я опять не понял. Написано, кажется, вообще от руки. Никогда не видел таких иероглифов. На японские или китайские вообще не похоже. Арабские? Древнеегипетские? Нет, тоже что-то не то... Голова закружилась от этого сплетения прямых и изогнутых линий, тщащихся мне что-то сказать. Я поспешил задвинуть бутылку обратно и открыл сундук.
— ***, - сказал я. — *** *** ***.
— Дима! — Я подпрыгнул, долбанувшись затылком о стол. — Это что за слова, а? Ты чего под столом ползаешь, бегом, я ванну освободила, завтрак на столе, зубы почисти, да расчешись хоть, на кого ты вообще похож, хоть бы в зеркало иногда гляделся, молодой парень...
Дождавшись, когда мама уйдёт, я опять приоткрыл крышку сундука. Они не исчезли. Золотые монеты, несколько серебряных, пригоршня медяков. На всех них тоже было что-то написано, подобными же иероглифами, которые я не мог прочитать. Целый сундук золота! У меня под столом!
Я разворошил монеты, думая найти фальшдно, но нет. Сундук действительно забит снизу доверху золотом. Я, конечно, не ювелир, но этот блеск, вес, это ощущение... Золото. Настоящее. Интересно, на сколько тут? Миллион? Десять? Сто?.. Блин, да о чём говорить, я не знаю даже, сколько грамм сто́ит. И в жизни не представлю, сколько весит одна монета. А самое главное — понятия не имею, откуда всё это добро тут взялось. Что, зубная фея прилетала, не нашла зубов, напилась с горя, оставила недопитые бутылки и сундук с годовым золотым запасом?.. Хм, а это мысль. Ничем не хуже любой другой дурацкой мысли. Кстати, раз пошла такая пьянка, может, и сама фея где-нибудь ещё дрыхнет?
С этой соблазнительной мыслью я заглянул под кровать...
Нет, феи там не оказалось. Жаль, конечно. Хотя, не так уж и жаль. В конце концов, на что мне фея, да ещё с похмелья? Она ж, небось, маленькая, да даже если и нет, то, проснувшись, ужаснётся, устыдится и улетит получать втык от фейного начальства. Сказки и романтика — это не про меня. Мне уготована серая унылая жизнь, и только на экранах я смогу видеть что-то яркое и приятное глазу и сердцу.
Да, феи не было. Зато под кроватью обнаружился меч в кожаных ножнах. Я подтянул его к себе, вытащил, осмотрел. Меч... Взялся за рукоятку, обнажил лезвие, украшенное незамысловатым орнаментом. Потрогал его пальцем — острое. У меня под кроватью — остро заточенный боевой меч! Да что происходит?!
Я задвинул меч обратно в ножны, затолкал его под кровать и сделал несколько глубоких вдохов-выдохов. Вдох — и я существую, я в этом мире. Выдох — и меня нет... Кто меня этому научил? Почему в воспоминаниях блеснули голубые глаза, почему сердце отозвалось сладкой болью?
Я резко встал. Хватит! Мне срочно нужна инъекция реала, иначе я тупо сойду с ума. А это вообще не вариант перед ЕГЭ. Мне, чёрт возьми, нужен аттестат, чтобы потом получить какой-нибудь диплом, найти незамысловатую работу, убогое жилище, где я смогу спокойно уничтожать свою жизнь, запивая «Доширак» «Кока-колой» и бесконечно таращась в монитор с «этими твоими китайскими мультиками» © Мама. Да, всё чётко. У меня есть ориентиры, есть жизненная цель. Я добьюсь, я справлюсь. Я — крутой и успешный!
Проходя мимо высокого зеркала в прихожей, я вдруг замер. Медленно повернулся и окинул себя взглядом с ног до головы.
— Мам, вы что, зеркало поменяли? — крикнул я.
— Что? — Мама выглянула из кухни, уже в рабочей блузке и юбке, с расчёсанными пышными сухими волосами.
— Вы купили другое зеркало?
— Дим, ты заболел сегодня, или что? Температуру померить?
Я досадливо отмахнулся. Нет так нет, так и скажи, сложно, что ли?! Мама скрылась, а я ещё раз посмотрел на своё отражение.
Нет, толстяком я, конечно же, не был. Однако собственное тело всегда мне казалось некоей аморфной субстанцией, будто наспех вылепленной из куска пластилина. Сегодня утром я видел что-то другое.
Я предельно чётко знал, что так называемые «кубики пресса» — это выдумка голливудских режиссёров и сплошные спецэффекты. Качай пресс хоть по пять минут каждые две недели в течение месяца — ты ничего не добьёшься. Но откуда же сейчас я вижу их на себе? У себя?.. Как это правильно сказать-то...
Я видел и мышцы груди, и дельтовидные, которые чётко прорисовывались при попытке приподнять руку. Согнув руку в локте, увидел рельефный бицепс. Нет... Это не моё тело. Наверняка не моё! Хотя лицо, например, моё. Но тоже не на сто процентов. Что-то в нём изменилось, оно как будто... повзрослело, что ли.
С полгода назад мне случайно попалась книжка — «Заложники солнца», постап. Там была похожая сцена, когда главный герой, пацан моего возраста, посмотрел в зеркало и тоже себя не узнал. По таким же примерно причинам. Но у него хоть оправдание было: он перед тем чёрт-те сколько путешествовал с местными отморозками, драться учился, людей убивал, всё такое. А я? Я ж тупо спать лёг, вот и всё. Даже не помню, как лёг-то. И откуда у меня вся эта мышечная масса?
И всё это золото?
И всё это вино?
Меч?
Ящик с чёрными камнями?..
И, господи всемогущий, когда я в последний раз стригся-то?! Патлы чуть не до плеч, как у металлиста.
***
— А чья это комната?
Мама уже обувалась возле двери, а я пока не торопился уходить. Мне было идти минут пять, а сейчас ещё без двадцати.
— Что? — переспросила мама, и в её голосе мне почудилась растерянность.
— Эта комната... Чья она?
Я стоял перед закрытой дверью, и почему-то у меня гулко билось сердце, почему-то дрожали руки.
— Н-ничья, — ответила мама сдавленным голосом. — Просто комната.
Просто комната... Я прекрасно помнил свою комнату, спальню родителей, просторный зал, кухню, ванную и туалет. Но почему же здесь воспоминания как будто отрубило мечом? Просто комната...
— Ладно, всё, я полетела, давай, удачи в школе, смотри не опоздай, вернусь к семи, отец будет поздно, обед в холодильнике, поешь, пожалуйста, нормально, и вынеси мусор, и в комнате у себя...
Опять я не услышал конца речи — дверь захлопнулась, повернулся ключ в замке. Я даже не обернулся. Набрав в лёгкие побольше воздуха, я толкнул рукой дверь в «просто комнату» и переступил порог.
В «просто комнате» обнаружилась неряшливо застеленная кровать. На стенах висели плакаты. «Ария», «Король и Шут», какие-то зарубежные группы, во, «Раммштайн» — это я знаю. На столе — бардак. Тетрадки, скомканные листы, ноутбук из-за всего этого еле виден, внушительные колонки на полу, на одной валяется кукла в одних трусах, будто уснула на вечеринке, которая удалась. «Просто комната»...
Я посмотрел тетради. Показалось, почерк девчоночий, но на обложках, там, где должны были быть написаны имя и фамилия ученицы, зияли дыры, будто прожжённые, с обугленными краями. Ничего не понимаю...
Я попытался включить ноут. Клавиатура сперва было засветилась голубой неоновой подсветкой, но тут же что-то пошло не так. Внутри громко хлопнуло, наружу повалил чёрный дым, показалось пламя.
— Твою ж мать!
Сам не заметил, как стремительно выдрал шнур из розетки, подхватил ноут и принёс в ванную. Откуда у меня такие реакции? Раньше отскочил бы и тупил минуту, думая, вызывать пожарных, или уже поздняк метаться и можно просто сгореть.
Я положил ноут в ванну и окатил его из душа. Пламя, зашипев, погасло.
— Так. Я в школу, а ты полежишь пока тут, агрессивный вспыльчивый ублюдок, — сказал я ноуту. Сказал — и снова прислушался к себе. Почему я так сказал? Совсем не в моём духе ведь. Ладно... Правда пора в школу. После уроков будет время разобраться со всеми странностями. В ванне с мокрым ноутом ничего ведь не случится страшного, правда?