Страница 16 из 51
Ваша очередь.
– Богатыри молодые, – говорю я, – На Киев идем. Попутчиков ищем. А то что вид такой не обессудь. Бои с нежитью измотали, да вещи потеряли, пострадали от хитрости черной.
Витязь хмыкнул, но Григорий смотрел серьезно.
– Вот какое совпадение словяне. Я ведь тоже с семьей и товарами на Киев иду. Витязей взял для пущей надежности, говорят Леса Черные которые перед Муромом лежат чернее ночи стали. Никого не пропускают, особенно чужаков. Вот я и взял защитников, только сходят они в Муроме через три дня езды. А я бы от сильных духом защитников не отказался.
– Так какие они богатыри, – прорычал Иван, не отрывая взгляда от Влада, – Смех один. Мы тебя, Григорий, до Мурома доведем, пленника сдадим страже, деньги получим да и может с тобой на Киев пойдем. А не пойдем, так нормальную охрану найдем, а не этих деревенщин.
Влад напрягся и побагровел, да даже меня слова эти зацепили, но главный на верблюде только ухмылялся.
– Ох ух вы славяне. Все никак не можете не ссориться. Сколько я поездил у вас, не держитесь вы друг друга, поэтому и..
– Что? – повернулся Влад, – забыв про витязя Ивана.
– Да ничего, – замялся торговец – делить вам нечего а все туда же. Ругаетесь. Витязи сходят в Муроме, а богатырям по пути со мной. Почему бы не сотрудничать?
"Богатыря сложно прокачивать? – выкрикнул кто-то, – Все хотят быть богатырями! Большая конкуренция!"
– Тьфу ты, – сказал прерванный Григорий, – всегда пугаюсь когда он так делает.
– Рабов везете? – Влад отодвинул соперника и шагнул к телеге. Витязи ждать не стали и спрыгнули с лошадей.
– Это пленник наш, – сказал один. – В Муроме его ждут. Не трожь.
В телеге сидело пятеро, но руки связаны за спиной были только у одного. Лицо бледное, глаза бесцветные да бегают как у нездорового и шепчет что-то.
– Не трожь его, – сказал я Владу вполголоса, – Не наша это забота. Оставь.
– А остальные кто?
– Слуги местные, – ответил Иван, – а в палантине жена хозяина и родственники. Еще вопросы есть, богатырь?
Он улыбался, но в глазах его улыбки не было. Злой взгляд, недобрый.
– Нет вопросов, – ответил я, – Когда можно к обязанностям приступать? И верблюда своего забери.
– Я определился! – крикнул пленник и завращал глазами, – Профессия Тать. Племя Степняки!
И глаза у него полезли в стороны, уменьшаясь по величине и разносясь по ширине, кожа заметно стала чернеть, пока не стала похожа на песок после дождя, рост как будто тоже уменьшился – вдавливало его небесным сводом вниз, но без усилий, кости не трещали ломаясь, башка не прогнулась он просто менялся, а потом охнул и упал без сознания.
– Я с удовольствием вас найму, – сомневался Григорий и даже со своего зверя слез, тот мягко опустился на колени перед этим, – но вот проверка нужна на силу и умения. А вдруг вы шаромыги какие? Или вон как пленник этот? Непонятно кто? То славянин, то степняк. То колдун, то мертвец.
Он пощупал правую руку у Влада и поцокал языком, когда тот отдернул. Посмотрел на меня и покачал головой прищурившись.
– А ведь и правда не похожи вы на богатырей. Темный лес он вон в трех верстах уже, а товары дорогие у меня.
– Так испытай нас, – сказал Влад, – Чего тянуть русалку за хвост.
На том и порешили. Хотя мне это не понравилось.
Караван съехал с дороги и поставили подводы кругом, образуя площадку. Слуги предвкушая удовольствие чуть на головы друг другу не повылазили. Охранники уселись кольцом, да копья на землю побросали рядом с собой. Мы с Владом переглянулись: никто и замечания не сделал, охрана тут не налажена. Даже из палантина крытого выглядывали женские лица любопытные. Интересно это дочки его или жены? Не поймешь ведь тех басурман.
Первым испытание был кулачный бой с младшим витязем, самым молчаливым – Алёшенькой. Хотели на мечах драться, но на наши деревянных, учебных. А настоящими Григорий драться запретил. Сказал что ему нужно новых набирать, а не страх наемников лишаться.
Бились недолго. Алеша был быстрый и хитрый. Под удары не подставлялся, кружил вокруг Влада и старался сам бить. Порхал как бабочка, жалил как пчела, но Влад хоть и неповоротливый спуску не давал. Следил за противником, близко не подпускал. Блокировал удары встречные, да сам легонько отвечал как будто невпопад.
Витязи начали посмеиваться, сначала тихо, потом громче и торговец заулыбался. Но я молчал и за Влада не переживал. Знаю я этих сельских ребят, закаленных в потасовках вечерних. Он всего лишь присматривался и ждал момента. А потом два быстрых удара на выдохе – фух, фух просвистел ветер и быстрый Алеша стал лежачим Алешей. Хорошо, что не мертвым. Я бы такую в голову серию не выдержал.
Бросились витязи на подмогу было да и я с перепугу за пращей полез, но хозяин опять все решил полюбовно. Прошел Влад испытание и мне удачи пожелал. Следующий я был, ага.
Задумал он на меткость нас проверить. Бой на расстоянии, а вдруг нежить летучая нападет? Я не переживал, как раз можно новую пращу опробовать.
– А что лука нет? – удивился Григорий.
– Итак сойдет.
Против меня выставили Добрыню с луком добротным. Красивый, дорогой я даже позавидовал его колчану богатому. Не то, что мои камушки на поясе. Зато мои бесконечные.
Приказал Григорий стрелять по птицам пролетающим, так как посуду вверх подкидывать пожалел. Говорит дорогая очень. Целого раба можно наменять, то есть не раба, а меч булатный.
Вот мы и ждали птицу. Кто первый промахнется, тот и проиграл.
Ждали ее долго. Ни одна тварь в сторону Темного Леса не полетала, ни один зверь не пробегал. Темнеть уже начало, когда летучая мышь на беду мелькнула.
Завизжали кумушки-родственницы, повскакивали засидевшиеся воины и даже оба витязя проснулись. Мы с Добрыней не спали, но я чуть не упустил, хорошо что Влад в бок толкнул. Размахнулся и камень выпустил по уже падающей цели. Шеф послал одного из воинов за трупом. Тот принес, да побежал копье искать, которое друзья уже спрятали ради шутки.
– Стрелой горло пробито, – сказал купец, выдергивая эту самую стрелу, – витязь Добрыня ловчее оказался.
Он посмотрел на меня, как на котенка с переломанной лапкой, жалостливо и участливо, но я не переживал.
– Не спеши, торговец, – вступился вдруг Иван, – на голову летучки глянь.
Голова была размозжена в кровавую кашу и это не из-за стрелы или удара о землю.
– Ага, – кивнул я, – Ничья. Третье испытание какое?
Григорий посмотрел на пустое небо и вздохнул.
– Не будет третьего. Ночь уже скоро, хотелось бы хоть часть Темного Леса проехать. Лошади у вас есть?
Лошадей у нас не было, как и у торговца. Поэтому определили нас в повозку с умалишенным татем. Влад садиться не захотел, да пошел вдоль вереницы повозок, сразу вошел в роль профессионального наемника. У меня ноги гудели и я примостился в повозке, напротив татя. Тот бормотал, перебирая имена.
"Иван! Занято. Добрыня! Занято! Белослав! Занято. Темнослав! Занято!"
И так без остановки в одном тоне. Жуть. Да и лес в который мы въехали был не лучше.
Я вздрогнул, когда подъехавший витязь ударил свернутой плеткой по плечу.
– Не бойся, богатырь.
Они подъехали ко мне двое: Иван и Григорий.
– Как устроились с другом? – спросил торговец.
– Да вот, – говорю, – сел отдохнуть, пока брат порядки у вас наводит.
– Ага, ага, – сказал торговец как будто и не слышал меня, – А что сталкивались раньше с нечистью?
– Бывало.
Иван хмыкнул и поехал дальше.
– Ну тогда думаю справитесь. Еще неделю назад я слышал об этом жутком лесе.
Чужестранцу точно хотелось выговориться и я не стал мешать, хотя с удовольствием бы подремал. Еще этот черт бормочущий рядом.
"Владимир! Нет. Кощей! Нет! Соловей! Нет! Тать Всемогущий! Нет. Да что такое!"
– Темный лес. Говорят, что он всегда нечистью полон был. Где еще видано такой длины лес, который за день только можно проехать рысью сменив трех загнанных лошадей. И это раньше было. Сейчас нежити расплодилось, что никто не суется через него. Врут?