Страница 10 из 16
То, что таким образом подчёркивается её звание лучшего детектива участка, Тина как-то забывает.
Весь оставшийся день тянется невероятно медленно, а ночь, по ощущениям Тины, вообще не двигает стрелку часов. Она сидит на кровати и читает Хаггарда, включив ночник: сна нет ни в одном глазу.
Только с первыми светлыми облаками она на мгновение прикрывает веки — и просыпается уже со звоном будильника.
Она не помнит, что ей снилось.
После завтрака и порции свежих сплетен от Куинни Тина достаёт из шкафа официальную униформу и нехотя надевает на белую рубашку жёсткий чёрный жакет с блестящими пуговицами и широким ремнём.
Бесформенная неудобная юбка окончательно скрывает её фигуру.
Впрочем, больше всего Тина ненавидит нелепую шляпу, которая сидит так плотно, что потом остаётся красная полоса на лбу.
Тина смотрит на себя в зеркало и кривится: кто вообще придумал этот фасон?
Куинни заглядывает к ней в комнату и хихикает.
— Сэр, моё почтение, — она отдаёт честь маленькой ладошкой. — Извини, но ты похожа на табуретку.
Тина издает бессильный стон.
Меньше всего она хочет, чтобы её в этой форме видел Грейвз.
Сам капитан выглядит так, что у Тины на мгновение перехватывает дыхание.
Она не может перестать смотреть.
Стрелки на брюках идеальными линиями спускаются перпендикулярно земле, чуть кривясь на согнутом колене. Застёгнутый на все пуговицы китель прямой, но это только подчёркивает гармоничную ширину плеч. Два соединенных между собой серебряных прямоугольника на погонах будто бы отражаются от седых висков.
На груди — Медаль Почёта.
На другой стороне улицы слышен игривый женский смех, и внутри Тины отчего-то глухо шевелится раздражение.
Она до щелчка прикрывает за собой входную дверь и спускается по ступенькам.
Интересно, на её лице слишком явно отражено внутреннее восхищение?
Грейвз опирается на капот своего автомобиля, почти сливаясь с выкрашенным в чёрный корпусом. Лучи утреннего солнца запутываются в его волосах — капитанскую фуражку он держит в руке.
Тина чувствует себя самой настоящей табуреткой.
— Доброе утро, Тина, — говорит Грейвз, выпрямляясь. — Форма вам идёт.
Он произносит это небрежно, вскользь, но Тине достаточно и этого.
Когда она садится в его машину, её щеки отливают нежно-розовым цветом утренних облаков.
Куинни с интересом наблюдает за ними из окна.
Комментарий к Форма
Очень много узнала про форму полицейских, пока писала эту главу :D
Надо признать, женщинам тогда катастрофически не везло с формой. Вот пара картинок (special for Griffy), чтобы вы поужасались этим фэшн-катастрофам:
http://doublemesh.com/wp-content/uploads/2014/09/39-Americas-first-female-traffic-cop.jpg
https://v1.std3.ru/cd/77/1411844422-cd772c702b0aac50c654407afc56f2a4.jpg
https://v1.std3.ru/16/74/1411846412-1674aca79112bc37475f1b52b0838351.jpg
Третья ничего, кстати, на фоне остальных.
Прошу прощения, что выкладываю с задержкой! Мне правда ужасно жаль, что приходится тратить время на универ вместо работ по этой паре :D
И мне тут оперативно скинули ссылочку: http://www.notrecinema.com/images/filmsi/swat-unite-d-elite_12552_31593.jpg
И ПОТРЯСАЮЩИЙ АРТ ОТ ТАЛАНТЛИВЕЙШЕЙ Ma1kia:
http://ma1kia.tumblr.com/post/154478333417
========== Ланч ==========
Тина, поджав губы, задумчиво смотрит на испещренную её пометками карту. Ювелирных магазинов сети Diebesgilde не так много; расположены они преимущественно в центре.
Если соединить их линиями, то получится фигура, напоминающая ромб с кругом внутри.
Всё это очень странно и, пожалуй, загадочно. Конечно, газеты всегда пестрили яркими историями про масонов, тамплиеров, розенкрейцеров и так далее, но вживую Тина никогда не сталкивалась с чем-то подобным.
Это дело слишком запутанное. Тине кажется, что она вытягивает по ниточке из огромного клубка, и каждая нитка ведёт к другой, ещё более длинной.
Можно вычеркнуть букмекерскую контору — там сам себя ограбил хозяин. Остаются два ювелирных и резервный банк Wells Fargo. Как они связаны? И связаны ли вообще?
Тина трёт ладонью лоб и вдруг понимает, что она проголодалась. Уже два часа дня, а завтракала она в восемь утра.
Сары и Молли нет в участке: Сара уехала опрашивать подозреваемых, а Молли уже второй день копается в архиве в другом участке.
Дэмпси ездит по ювелирным и ищет отметки.
Кажется, обедать ей придётся одной.
Тина в последний раз смотрит на карандашный ромб и, подхватив свою сумку, идёт к выходу, невзначай кидая взгляд в сторону двери кабинета Грейвза.
Интересно, где обедает капитан?
На улице уже который день солнце, и Тина весело щурится, выходя из участка. На крыльце, как всегда, стоят несколько гражданских; двое курят.
По мощёной мостовой мерно цокает лошадь, за ней мягко скользит открытый фаэтон с двумя молодыми девушками. Извозчик грызёт яблоко, время от времени похлопывая себя по колену.
Пахнет весной и выпечкой.
Тина кивает знакомому полицейскому и спускается по ступенькам, чуть морщась, когда гражданский случайно обдаёт её облаком пахнущего ментолом дыма.
На другой стороне улицы белым мелькает вспышка, и молодой человек с фотоаппаратом приветливо машет Тине рукой.
— Для «New York Post», — кричит он. — Даёшь больше женщин-детективов!
Стоящие на крыльце одобрительно гудят, глядя на Тину.
Она невольно улыбается и идет вниз по улице, чувствуя, как солнечные лучи мягко греют кожу.
Мелькает мысль: откуда фотограф узнал, что она детектив? Но, когда Тина оборачивается, чтобы взглядом найти парнишку, того уже и след простыл.
Тина вздыхает: кажется, у неё паранойя.
Мимо проезжает полицейская машина; из окна высовывается Брукс и кричит что-то про Тину-картину.
Тина смеётся, провожая взглядом заворачивающий за угол автомобиль.
Она чувствует необыкновенную лёгкость, ей так и хочется сделать пару танцевальных па, улыбнуться случайному прохожему, остановиться и подставить лицо ласковому солнцу.
Это всё весна, думает Тина, проводя рукой по волосам.
Она переходит Бедфорд-авеню и выходит на Флойд-стрит, тихую тенистую улочку с маленькими кафе и небольшим парком.
Три года назад в этом парке во время очередной стычки мафиозных группировок погибло четырнадцать человек.
Тина не знает, почему она пришла именно сюда, но ей очень нравится спокойная атмосфера, наполненная запахом цветущих деревьев.
Она направляется к ближайшему кафе. Половина столиков уже стоит на улице; за одним из них изящная женщина средних лет кормит сына бульоном. Мальчику года три, и он постоянно отвлекается на мамино кольцо: большой рубин в золотой оправе загадочно поблёскивает, прекрасно сочетаясь с бордовым брючным костюмом женщины.
Тина заходит в открытую дверь, и её взгляд тут же цепляется за мужскую фигуру около стойки.
Она уже даже не удивлена.
Грейвз явно ждёт свой заказ, небрежно облокотившись о витрину, в которой заманчиво выложены десерты. Свой пиджак он держит в руке, и невозможно белая рубашка почему-то режет глаз.
Тина сейчас может выйти, и Грейвз никогда не узнает, что она тут была.
— Сэр? — Она делает шаг вперёд.
Грейвз оборачивается, чуть поднимая брови.
— Вы следите за мной, Тина? — интересуется он; в его глазах — искорки насмешки.
Легкомысленное настроение не позволяет ей слишком долго думать надо ответом.
— И в мыслях не было, — говорит она. — Я тут первый раз, — Тина смотрит по сторонам, отмечая уютные креслица и круглые столики с тонкими высокими вазочками посередине.
На стенах по рамкам фотографий ползёт тёмно-зелёный плющ; листья бросают тень на снимки, так что понять, что там изображено, издалека очень сложно.
Грейвз наблюдает за Тиной, не собираясь отводить взгляд.
На её лице — любопытство вместе с какой-то удивительной умиротворенностью. Тонкие брови не норовят нахмуриться, а губы — поджаться в недоумении.