За кадром

— Нет, — отшатнулась Вики. — Я просто… А вы можете меня тут оставить?

Над головой почти беззвучно скользнул флаер и, заложив большой круг, скрылся над парком. Дмитрий проводил его взглядом и весело сказал:

— Нет. Я вас тут никак оставить не могу. И раз вы никого не убили и не хотите в полицию, то остаётся один вариант. Не бойтесь, Виктория, я не маньяк. Спокойно переночуете, а утром полетите на свой вокзал.

Ночной парк был совсем близко, неприветливо шумя темными деревьями и скрывая в своих недрах киборга. Вики на секунду показалось, что она видит красные глаза. Оставаться было страшно, лететь тоже. Но если бы он хотел плохого, то что ему мешало расправиться с ними в парке? Странный маньяк, с навязчивым желанием вызвать полицию.

— А вы точно не маньяк?

— Точно, — рассмеялся Дмитрий. — У меня сын младший чуть старше вашей дочки. Только он сейчас с женой у бабушки, так что детская в полном вашем распоряжении. Давайте, не мучайте ребёнка, ей надо спать, а не бегать с мамой по ночам.

Тёмный парк был гораздо страшнее всех маньяков разом. Да и не слышно в последнее время ни про каких маньяков — может, их переловили уже всех? И глаза у стоящего напротив мужчины добрые… И если она не согласится, этот добряк силой отволочёт её в полицию!

В прилетевшем такси Вики выбрала самое дальнее кресло, проверив для собственного спокойствия нож в кармане. Дмитрий никаких действий, положенных маньяку, не предпринимал, только пару раз глянул в заднее стекло. Она тоже хотела посмотреть, но захныкала Данька, и Вики не стала выяснять, что там сзади интересного.

— Давайте мне девочку. — Дмитрий бросил оба рюкзака, и свой, и Вики на пол, и протянул руки. — А вы пока разувайтесь, а потом я покажу, где душ.

Данька только сонно всхлипнула, оказавшись на чужих руках, и Вики немного успокоилась. Бегать по ночному городу действительно было не лучшей идеей — днём в толпе затеряться легче. Да и одежду надо почистить, а то ею любой полицейский заинтересуется, а если они пробьют её паспортные данные, то никуда она не улетит. Самое главное, чтоб этот дядька в самом деле не оказался маньяком, охотящимся по ночам на таких дурёх, как она.

— Держите одежду и идите в душ, — протянул стопку чего-то светлого Дмитрий. — А за девочкой я послежу, не волнуйтесь. Вещи там оставьте, я потом в машинку суну.

Вики шагнула в указанном направлении, но не удержалась и заглянула в комнату. Данька, раскинув руки, лежала в кроватке и сопела, а закреплённый на бортике голопроектор пускал по стене разноцветных рыбок. Вики видела такую кроватку в детском магазине: реклама утверждала, что дети будут, как по мановению волшебной палочки, засыпать под природные звуки, любуясь умиротворяющими картинками, специально подобранными под биоритмы ребёнка, но стоила кроватка столько, что должна была ещё и обед варить и продукты сама покупать. На стоящем рядом диване сидел большой розовый заяц и валялась игрушечная машинка — похоже, это действительно была детская.

В ванной Вики посмотрела в зеркало и вздохнула — помимо ободранной ладони, щёку и немножко нос украшала свежая царапина, а в всколоченных волосах застряла веточка с маленьким трогательным листиком. С таким лицом можно маньяков не бояться — они сами бояться будут.

Глянула на душ и решительно принялась раздеваться: дико хотелось смыть с себя липкое ощущение чужих рук. Как она могла не понять, что он киборг? С его нереальной силой и грацией — он и на человека-то не похож. Так хотелось романтики? Поверила, что может быть хорошо? Дура!

В выданной ей стопке оказались мягкие пижамные штаны и такая же кофта. Штаны, правда, были безбожно длинны, зато немного тесноваты в бёдрах — похоже, хозяйка пижамы была куда выше и стройнее, но комплексовать по этому поводу у Вики не было сил. Просто поддёрнула повыше, чуть подвернув на талии, и вышла в коридор.

Данька спала и проспит ещё часа три до кормёжки, и Вики, немного постояв в дверях детской, пошла в сторону кухни — там горел свет и доносилось негромкое позвякивание.

— Присаживайтесь, я вам чай сделал. — Дмитрий кивнул на стол, где стояла большая чашка с нарисованным на боку медвежонком. — Сейчас ужинать будем. Вам сколько сосисок?

На плите бодро скворчала сковорода с подрумянивавшейся картошкой, и Вики почувствовала, как к горлу подкатил ком: похоже, она больше не сможет есть жареную картошку. С сосисками. И видеть тоже.

— Спасибо, я не голодная, — отказалась Вики и быстро глотнула чаю. Жёлтый ломтик лимона легонько ткнулся в губы и отплыл обратно. — Я чаю просто.

— Тогда хоть сыру порежу, — не стал настаивать хозяин квартиры и открыл холодильник. — Где-то у нас ещё вишня была. Хотите вишню, Виктория?

На вишню Вики согласилась, ну просто, чтобы не обижать человека, и принялась разглядывать кухню. Она была маленькая и неожиданно уютная, с большим столом и разнокалиберными стульями. Рядом с раковиной стояли две кружки — будто кто-то утром пил кофе и, поленившись вымыть, просто сунул подальше, решив, что разберётся с этим вечером. А кран в раковине был забавный, высокий, с длинным спиральным шлангом — удобно, можно снять с держателя и налить воду в стоящую на столе кастрюлю. В прошлой жизни у неё была столовая, с фамильным фарфором и крахмальными салфетками, и никто не помешивал картошку, засунув в рот вишню и оставив хвостик торчать снаружи. Но почему-то именно на этой кухне, с круглым шариком лампы над столом, можно представить, как собирается по вечерам семья, шутит, рассказывает новости и отбирает у маленького мальчишки конфету — перед ужином нельзя. А потом отдают обратно — да ладно, одну можно, но котлету всё равно съешь.

— Может, всё-таки картошки?

— А? — Вики, обнаружив, что задумчиво грызёт выловленный из чая лимон, смутилась. — Спасибо, я вишню лучше.

— Виктория, а от кого вы убегали?

Вопрос не был неожиданным, но Вики всё равно испугалась и быстро схватила ягоду из тарелки. Пока она стояла под душем и яростно тёрла себя мочалкой, успела подумать, что сказать её спасителю, но сейчас легенда показалась на редкость глупой. Другой, правда, всё равно не было.

— Отец Даньки. Мы с ним в разводе и суд оставил дочку мне. У него проблемы… с наркотиками. Но он нас нашёл и пытался Даньку отобрать. Мне надо уехать в другой город, иначе он не отстанет.

— Почему вы не хотите обратиться в полицию?

— А… он полицейский. Они точно ему позвонят.

— Наркоман-полицейский? — приподнял одну бровь Дмитрий. — Вы уверены? Там вроде строго с этим делом.

Ну вот почему он не верит? Она так всё хорошо придумала!

— Он… лечился… и восстановился на работе…

— Понятно. — Дмитрий положил на стол доску и водрузил сверху кусок сыра. — Да вы не волнуйтесь, здесь он вас точно не найдёт.

В коридоре едва слышно стукнула дверь и что-то негромко упало на пол.

— О! Чего-то он сегодня рано, обычно позже появляется. — Дмитрий взял в руки нож и примерился к сыру. — Старший сын, он уже взрослый. — И негромко добавил, повернувшись к двери: — Не шуми, у нас гости.

Косточка выпала из открытого рта и бодро поскакала по плитке на полу, но Вики не заметила, вытаращившись на дверной проём. Он их нашёл. И пробрался в квартиру. И теперь они все умрут. И Данька, и она, и этот дядька с вишней. Но киборгу нужна только она! Если она пойдёт с ним, может, он оставит Даньку этому дядьке? Должен оставить, они же ему не нужны!

— Проходи, чего встал? Знакомься, это…

— Я знаю, кто это, — перебил киборг, и Вики подпрыгнула на табуретке. — Откуда ты их взял?

— В парке нашёл, а что? Шёл с работы и нашёл.

Вики медленно перевела взгляд на человека, потом зачем-то на его руки, заворожено наблюдая, как лезвие воткнулось в жёлтый маслянистый сыр и отрезало тонкий ломтик. И ещё раз, роняя на доску следующий кусочек. Лучше бы он оказался Ночным Душителем или Утренним Потрошителем, но он оказался хозяином киборга. И она сама, по доброй воле, пришла в логово дракона. С Данькой… Рука скользнула по штанине, и Вики чуть не застонала от разочарования — и нож, и телефон остались в ванной, вместе с её одеждой.