Страница 15 из 64
Бросал тела.
Закрыв глаза, я сжала губы. Было лишь несколько фраз, которые я ненавидела больше, чем эту. Словно кто-то выбрасывал мусор на обочину. Это были невинные женщины, шесть ни в чем неповинных женщин, которые были сестрами и дочерьми, подругами и любимыми. Даже после смерти они не были чем-то, что можно было просто выбросить, как пустой пакет из-под фастфуда.
Но то, что случилось с этой женщиной, не было связано с Женихом. Он был мертв, потому что я выжила. Осознание этого означало, что найденное в том же месте тело было просто совпадением.
Но от этого мне не становилось лучше.
Я открыла глаза и нервно вздохнула. Поднявшись с дивана, я подошла к окну, выходящему на передний двор. Откинув занавеску, я прижалась лбом к прохладному стеклу.
В голове всплыла встреча с мэром Хьюзом. Неужели он правда думал, что я придам огласке то, что случилось с Женихом? Я не понимала, как кто-то мог вообще подумать, что была вероятность…
На лужайке показалась размытая тень и сразу же исчезла в ограде. Я отскочила от окна, мой желудок сжался. Покрывало соскользнуло с плеч. Затем я сделала шаг вперед, снова убирая занавеску.
Сердце забилось быстрее, пока я всматривалась в темную лужайку. Что я только что видела? Я не была уверена. Тень была размером с человека, но до того быстрой, что я сомневалась. И вообще, мне могло померещиться.
Еще несколько минут я стояла у окна, ожидая хоть малейшего движения, но двигались лишь ветки старого дуба у подъездной дорожки.
— Боже. — Отпустив занавеску, я повернулась и нагнулась за покрывалом. Теперь мне мерещится чертовщина.
Неужели возвращение было ошибкой?
— Нет, — прошептала я пустой комнате. Возвращение было правильным решением, единственно верным.
Проходя мимо дивана, я взяла пульт и выключила телевизор. Зайдя в спальню, я включила лампу на прикроватной тумбочке. Я села на кровати и взяла в руки прямоугольную карточку.
Я так много смотрела на нее, что выучила наизусть и надпись, и номера.
Поворачивая ее снова и снова, я думала о словах Миранды о моем возвращении. Скорее всего, она не особо задумывалась над тем, что сказала, но слова были простыми и впечатляющими.
Она сказала, что я вернулась домой, чтобы начать жить.
Фотография найденной женщины всплыла у меня в мыслях. Это было фото с ее пропуска в больницу. Она была молода и красива, ей было немного за тридцать, а может и около тридцати. У нее были светлые каштановые волосы с мелированными прядями, в улыбке играла надежда, а в глазах — стремление к будущему. Она была жива, пока кто-то не решил отнять у нее все.
У этой женщины, которую я никогда не встречала, больше не будет второго шанса. Она не проведет свои годы в отделении терапии, наюираясь опыта в профессии. Ее история оборвалась на полуслове, на середине главы.
Резко выдохнув, я положила карточку на тумбочку.
Было два типа смерти. Истинная смерть: та, что постигла бедную девушку, когда ее тело и душа исчезли. А был второй тип смерти, когда душа пропала, но тело продолжило существовать день за днем, как пустая оболочка.
Я поднялась и пошла в гостиную, но сама не знала, куда иду и что делаю. Закрыв лицо руками, я задержала дыхание.
Я умерла десять лет назад.
Не от ран и прочих… повреждений. Я умерла от самой ситуации и с того момента просто существовала. В общем, ничего нового.
В горле начало жечь.
Отъезд отсюда не излечил меня. Он лишь дал мне время, чтобы примириться со всем. Не поправиться на все сто процентов, но… смириться. Мой аналитик упоминал об этом несколько тысяч раз. И снова ничего нового.
Теперь загорелись легкие.
Возвращение сюда было похоже на новое начало. Заниматься тем, чем я планировала изначально. Я собиралась помогать маме с гостиницей, а затем принять управление на себя, как и было задумано. Я открывала новую главу своей жизни.
Перед глазами заплясали белые точки.
Моя жизнь до появления Жениха включала в себя Коула. Я не знала, куда вели нас отношения, но в них было что-то потрясающее. Возможно, мы бы остались вместе и жили долго и счастливо. А может, разошлись бы и нашли себе другие половинки. Сейчас все это не имело значения. А если я возьму карточку и позвоню ему, мы поужинаем и больше никогда не заговорим друг с другом? Но если я все же я сделаю это, то наконец открою новую главу в своей жизни.
И возможно, лишь возможно, если я это сделаю, то перестану видеть Жениха в любой безобидной тени на земле или веранде. Перестану чувствовать взгляды на себе. А может, и кошмары прекратятся. И я наконец начну жить.
Открыв рот, я глубоко вздохнула, позволяя прохладному воздуху охладить горло и легкие. Я опустила руки и подошла к тумбочке.
Возможно, пришло время начать открывать свою новую главу.
— Для меня есть еще задания, пока я не ушла? — спросила Анжела, заходя на кухню.
Я оторвалась от старых маминых книг бухгалтерского учета. Я провела полдня, приводя дела «Скарлет Венч» в соответствии с XXI веком. Уже пальцы начали болеть. Еще мне хотелось выколоть себе глаза, потому что переносить цифры в таблицы было так же увлекательно, как сдирать обои ногтями. Около ноутбука стояла очередная чашка кофе.
— Все сделано, — сказала я, потирая затекшую шею. — У тебя ведь экзамен вечером?
— Письменный, — улыбаясь, сказала Анжела и заправила кудрявую прядь за ухо. — Я закончила подготовку вчера вечером, но, наверное, стоит повторить материал еще разок.
В данный момент я предпочла бы написать экзамен, чем делать то, чем занималась полдня.
— Что ж, удачи.
— Спасибо. Увидимся позже. — Анжела подошла к двери, но вдруг остановилась и развернулась. Она закусила нижнюю губу и посмотрела на меня.
Я ждала.
— Ты что-то хотела сказать?
— Не совсем, — сказала она, засовывая руки в карманы своего розового свитера. — Я просто хотела узнать, в порядке ли ты.
Был вариант притвориться, что я не понимаю, о чем она говорит, но строить из себя идиотку не в моем стиле. Чуть раньше утром повсюду разнеслась новости о найденном теле женщины. Это было даже на передовице утренней газеты.
Мама выключила телевизор с утренним выпуском местных новостей, когда я вошла на кухню, чтобы приступить к работе. Она сделала это, даже несмотря на то, что я сказала, что все в порядке.
Я должна быть в порядке.
Я не могла провести остаток жизни, избегая новостей о насилии. Хотя, скорее всего, большая часть людей желала бы этого.
— Все это немного пугает, — наконец признала я, перекатывая фломастер между пальцами. — Но я в порядке.
— Это и правда пугает. — На мгновение Анжела посмотрела на свои кроссовки. — Когда я услышала новости, начала переживать о тебе.
— Не стоит, у меня все хорошо. Лучше подумай об этой женщине и ее семье, — сказала я, положив фломастер. — Но я признательна тебе за беспокойство.
Она подняла взгляд.
— Я знаю. Просто… Это должно быть сложно, учитывая все то, через что ты прошла. Я знаю, что это просто совпадение, но все же. Просто… что-то тут не так.
Мои брови приподнялись вверх.
— Я думаю, что здесь все не так.
— Я тоже, — сказала Анжела, перетаптываясь с ноги на ногу. — Но кто-то использовал то же самое место, что… — она тяжело сглотнула и открыла сумочку. — В этом есть что-то совершенно извращенное.
Экран ноутбука погас, перейдя в спящий режим.
— Возможно, преступник просто не знал об истории этого места. Есть такая вероятность.
— И правда. — Анжела что-то искала в свой сумке. — Это мог быть тот, кому не знакома местность, но… Ты знаешь, как они говорят о теории, что жертва всегда знает насильника.
Я молча кивнула.
— Днем в новостях я слышала, что они с мужем выходцы из соседних штатов. Им должны быть знакомы наши места, — объяснила она свою мысль.
Ноутбук окончательно выключился.
— Может, это был ее знакомый не из местных.
Анжела пожала плечами.
— В новостях не сказали, как она умерла.