Страница 11 из 30
Я видела, как орда монстров лавиной наваливается на первые ряды сражающихся. Кого-то задели, кто-то… уже был мертв.
- Есть один вариант, - хмурясь, сообщил мне темный, - но это больно, очень!
- Говори! - ответила твердо, плевать, если мне будет больно, главное уничтожить тех тварей, что сейчас пытаются нас прикончить. Слишком много жизней стоит на кону, и так уже потеряли несколько.
- Значит так, - он встал ко мне лицом и натянул лук в сторону полчища монстров. - Возьмись за древко моего лука, а я возьмусь за твой. Боль жутчайшая, но так ты сможешь направить в темную стрелу свою светлую энергию, я буду делать то же самое. Вместе темная и светлая магия - лучшее средство против этих, - кивок в сторону тварей. - Тетиву будешь держать сама, так хоть немного полегче, если сразу самому чужое оружие взять, можно и в обморок от боли грохнуться.
Мы оба встали наизготовку, я аккуратно перехватила древко темного лука в руках Эриха, и чуть не взвыла от жуткой боли пронзившей руку. Он схватился за мой лук и лишь поморщился, не показывая, насколько ему больно.
Я старалась сосредоточиться на сражении. Теперь я направляла свою энергию в темную стрелу, лук под моей рукой стал разогреваться, и к боли прибавилось еще и ощущение жуткого жара, мне казалось, моя левая рука плавится.
- И так… давай! - прошептал Эрих, и мы одновременно отпустили тетиву, наши стрелы разлетелись в разных направлениях. Боль в руке резко усилилась, стоило темному отпустить тетиву, но как только он натянул ее вновь, сразу стало легче. Моя стрела теперь стала черно белым орлом, он был в несколько раз больше обычного и выглядел почти как живой. Из стрелы Эриха появился огромный черный коршун, но теперь у него была светлая голова и часть перьев на крыльях.
Наши прежние птицы не могли сравниться с тем, что получилось сейчас.
Мы не стали ждать, и запустили еще две стрелы. А потом еще и еще, пока вся «армия» злых существ не была атакована огромными птицами, сотканными из тьмы и света. Я уже не чувствовала своей левой руки, ее свело судорогой, и теперь я не смогла бы разжать ее даже если бы захотела. Я боялась смотреть, что с моей рукой, поэтому кусая губы от боли, все же сосредоточилась на сражении.
Каждая птица держалась больше минуты, поэтому исчезали они достаточно медленно.
Как только стрелы кончились, я бессильно опустила руки, покачнулась, а потом и вовсе потеряла сознание.