Страница 24 из 91
— Будем вас ждать, — улыбнулся Зир Ноуль.
Мы мило раскланялись и удалились. Внизу нас ждала карета, предоставленная нам на всё время до конца турнира, как объяснил возница.
— Фух, устала, — плюхнулась я на сиденье.
— Отчего? От завтрака? — удивился Кощей.
— О, наконец-то заговорил!
— Телохранителям полагается молчать. Интересно, зачем ты представила всё в таком свете?
— Фантазия разыгралась, — отмахнулась я, — надо было как-то объяснить имя, которое ты сам мне приклеил.
— Опять я виноват. Женская логика… — пожал плечами Кощей. — Ладно, читай, во что ты теперь вляпалась?
— Я? Ты сам мне кивал изо всех сил.
— А я прикинул, сколько мы сможем получить за эту безделушку. Надо будет поискать ювелирную мастерскую, а то в ломбарде много не дадут. Ты ведь выиграешь, я уверен.
Я задохнулась от негодования. Значит, я должна не есть, не спать, завоёвывать себе приз, а ты уже денежки за него подсчитываешь! Молча проглотила обиду. Я сейчас ничего не скажу. Портить нервы за шкуру неубитого медведя? Но фигушки увидишь ты браслет, если я его получу.
Он мой! Только мой! Но я тебе это припомню!
Я развернула листик. Всего четыре конкурса. Танцевальный. О, с этим проблем не будет. Танцую я так, что в любом из миров (и даже в нашем, человеческом) вышла бы перед любой аудиторией без малейшего колебания.
Песенный. Упс. Прокол. Я не пою. Вернее, пою, но только для собственного удовольствия, для чьего-то неудовольствия, или в пьяной весёлой компании. Но не на конкурсе!
Третий — кулинарный. Ещё веселее. Я этого дела не люблю и процесс питания стараюсь упростить до невозможности, лучше всего, до кафе, готовых продуктов, не требующих приготовления, или до навещения близких подруг, зацикленных на кухне, и родственников, любящих (а, может, и не очень) готовить и угощать. В крайнем случае, конечно, могу и сама что-нибудь сварганить. Например, залить кипятком «Мивину» или разбить яйца для яичницы. Но что я предложу жюри, если самые простые блюда здесь такие, что пальчики оближешь? А с тем, чем меня сегодня в мэрии угощали на завтрак, пальчики можно было вообще проглотить.
Не думать о грустном! Что там дальше?
Последний конкурс: парадный выход в бальном платье.
Приехали.
В моём гардеробе два брючных эльфийских костюма: белый и чёрный. Танцевать будет классно в чёрном. Петь, допустим, можно в белом. Хавчик подать — в любом. Ну и что из вышеназванного может сойти за бальное платье?
Моя вера в победу спустилась с вершины Эльфиевой башни к её подножию.
Я поделилась своими проблемами с Кощеем. Как и следовало ожидать, он меня не понял. Мужчины вообще не слышат фраз типа «я этого не умею» или «нечего одеть».
А, собственно, чего я переживаю? Вылечу со второго этапа турнира, вот думать о третьем и четвёртом уже не надо будет.
Карета остановилась и перед нами выросли стены «Полёта шмеля». Я сказала Кощею, что хочу побыть одна и уселась на скамеечку в виде огромной спящей кошки возле фонтана. Думала, может, придёт в голову какая-нибудь толковая идея относительно турнира, но все мысли тщательно обходили меня. Через некоторое время ко мне подсела приятная эльфийка, представившись Ойей, хозяйкой отеля.
— Извините, может быть льери желает сока? Или фруктов?
— Нет, но я хотела спросить, откуда у вас эта музыка, «Полёт шмеля»?
— О, когда-то, уже давно, у нас останавливался один путешественник. Ему нечем было расплатиться, но он сыграл на удивительном инструменте, который он называл скрипкой, волшебную мелодию. Она всех просто околдовала. Тогда он научил играть наших музыкантов, получилось тоже очень красиво. С тех пор, как мы переименовали «Стрелу эльфа» на «Полёт шмеля», дела резко пошли вверх, отель расстроился и расцвёл.
— А кто такой шмель?
— Не знаю, но, думаю, это необычайно красивое, эфирное существо.
— Наверное, — подтвердила я, пусть здесь живёт этот поэтический образ. — А как звали этого путешественника?
— Я не помню его имени, но это был человек. Люди у нас редкие гости, но почти всегда оставляют после себя долгую память. О вас тоже уже слагают легенды.
Сложат легенды, особенно, если опозорюсь на турнире.
— А вам уже пора ехать, — словно услышала мои мысли Ойя. — Ведь вы участвуете в турнире. Там такие очереди будут…
— Я думала сначала пообедать.
— Перед танцевальным турниром лучше не обедать, я вам с собой что-нибудь соберу.
Сколько такта! Даже не напомнила, что я еще не оплатила вторые сутки проживания. Кто ж может подумать, что льерда неплатёжеспособна.
Собралась я быстро, прихватила Кощея и сумочку с обедом, заботливо приготовленную хозяйкой отеля.
Как здорово, что мэры предоставили в моё распоряжение карету. На улицах творилось нечто невообразимое. Мы с трудом добрались до площади. Если б не широкие плечи и крепкие локти Бессмертного, я бы до места регистрации не добралась — толпа была, как на концерте какого-нибудь супер модного певца. В списке участников я оказалась последней, 2326-ой. Весь план моего сольного танца под наигранную оркестру музыку рухнул. Двадцать участниц одновременно под одинаковую мелодию проходят, танцуя, через площадь за одну минуту. Несложно подсчитать, что всё это будет длиться около двух часов. Да все уснут, глядя на эту пародию!
Зрители утихли. Жюри в лице шести мэров города заняли места на специальной смотровой площадке. Может быть, им сверху и видно что-то, но мне здесь, внизу — ровным счетом ничего. Шествие началось. Два часа — одна и та же музыка. С ума сойти! Я стояла, я сидела на корточках, я зевала, я дремала на плече Кощея, я хотела возвращаться в отель… Я уже была уверена, что это никогда не закончится, и не поняла, чего это Бессмертный меня отталкивает.
— Иди, Неневеста, пора.
Я так долго ждала, что всё оказалось неожиданным. Девятнадцать моих спутниц и соперниц уже пошли через площадь, стараясь выполнить наиболее изящные замысловатые движения. Меня снова подтолкнули сзади. Нет, я не буду идти вместе со всеми в этой безликой толпе. Я подождала, пока девушки пройдут половину пути и чёрной пантерой рванула по кругу, сплетая в неистовом узоре элементы диско, брейка и рок-н-ролла. Все взгляды переключились на меня. Других больше не существовало. Нас было 2326 — осталась я одна. И тело моё лилось, струилось, припадало к земле и взлетало к небу. Музыка кончилась внезапно, и я застыла в центре площади. Несколько секунд полной тишины — и гром оваций!
Я кивала головой, махала руками и посылала воздушные поцелуи:
— Спасибо! Спасибо!
Да, в этом я — ас. А дальше что делать будем? Может, закруглимся на первом конкурсе? Но народу нужны зрелища, зрелища и ещё раз зрелища.
Жюри объявило окончание первого тура и список участниц, прошедших во второй — 200 имён. Список относительно начального изрядно поредел. Но и 200 песен прослушать…
Для участия во втором конкурсе соорудили высокий помост в центре площади. Каждой участнице выделялось до трёх минут и никакой музыки. Прикинув, на сколько часов растянется это удовольствие (до глубокой ночи!), я в сопровождении Кощея отправилась к своей карете, отдохнуть от трудов праведных. Так как по списку я заключающая, то времени у меня навалом. Я уже умостилась на довольно мягких сидениях, как послышался голос первой претендентки на приз. В мгновение ока я вскарабкалась на крышу кареты, чтобы своими глазами увидеть то, что я услышала! Никаких микрофонов, колонок, усилителей… Тоненькая фигурка светлой эльфийки — и чарующая музыка, заполняющая всю поднебесную! Трели, переливы, она то замирала на одной ноте, то раскачивала пространство немыслимым диапазоном на… не знаю, на сколько октав, но, услышав её, Витас удавился б от зависти, а Робертино Лоретти тут же оставил бы сцену и подсел на вышивание крестиком.
Вот она, лучшая из лучших, решила я. Но тут запела вторая. Ничуть не хуже. Немного по-своему, но тоже…
— Брависсимо! Брависсимо!
Третья… Да они все поют божественно! Мне лучше даже не выходить с моими способностями. Ладно, тогда расслаблюсь и получу удовольствие.