Страница 105 из 123
— Нет. У онни в больнице.
— Твоя онни в больнице?
— Ннн… ну да.
— Что с ней?
— Ммм… отравилась.
— Чем?
— Крекерами!
— Крекерами? Как можно отравится крекерами?
— Несвежие попались.
— Крекер, это же, считай, сухарь! Разве сухарь может быть — несвежим?
— Слушай, тебе вообще интересно, что я говорю?
— Конечно.
— Тогда нафига ты взялся обсуждать срок годности крекеров?
— Я?
— Ну, а кто?
— Мне просто интересно всё, что ты говоришь. Поэтому, я хочу узнать больше подробностей. Спрашиваю.
— Я намеревалась сказать тебе максимум пять предложений. По ощущениям, я сказала их уже больше двадцати. Ты можешь просто выслушать? Без уточнений?
— Хорошо, я слушаю. Ты остановилась на том, что твоя СунОк-онни попала в больницу.
— Нет. Я остановилась на том, что я попала в больнице на журналиста.
— Кстати, что он там делал?
— Понятия не имею.
— Но, раз он на тебя наткнулся, значит, он знал, где тебя искать или караулить. Что с твоей онни?
— Я же сказала — крекеры. Несвежие.
— И ты понеслась из-за этого в больницу?
— СунОк — моя сестра.
— Окей. Где была твоя личный менеджер в тот момент, когда ты наткнулась на журналиста?
— ЁнЭ за городом. Поехала проведать свою бабушку. Я согласилась. Всё равно я сейчас в госпитале, и она не нужна.
— Я понял. Так о чём же ты меня хотела предупредить?
— Я хотела предупредить, что ответила на несколько вопросов журналисту. Дала незапланированное интервью. Вот об этом я хотела тебя предупредить.
— Постой. Если ты меня предупреждаешь о таком, значит… Значит, с интервью что-то не так и даже ты это понимаешь. Что ты опять наговорила, чучсан-пурида?
— Он был груб по отношению к моей сестре. И я не стала сдерживаться.
— Ты его обматерила?!
— Нет. Я поделилась с ним мыслями о министерстве образования. Сказала, что о нём думаю.
— Ты обматерила министерство образования?!
— Не материла. Просто дала оценку его работе.
— Я начинаю запутываться. Журналист был неуважителен к твоей онни, но вместо того, чтобы его обматерить, ты рассказала ему, что ты думаешь о нашем министерстве образования. Так?
— Ну, почти…
— Почти?
— Да. Почти.
— И как, по-твоему, я должен отреагировать на твоё предупреждение?
— Как захочешь. В дорамах, семьи вроде твоей, сразу выкупают такие интервью у журналистов…
— Сразу?!
— Сразу.
— Так. Мне ещё не страшно, но предчувствия начинают уже мною овладевать. Зачем его выкупать?
— Чтобы не испытывать потом… всякого рода тревог…
— Всякого рода тревог?
— Да. Тревог всякого рода.
— В твоём агентстве об этом уже знают? Там не бояться испытать тревогу?
— Я звонила директору ЮСону, но он оказался… не здесь.
— Что значит — «не здесь»?
— Сегодня праздник начала учебного года. Директор ЮСон уже хорошо набрался и что-то делать он сможет, наверное, уже только завтра.
— Похоже ему есть, что вспомнить о своих школьных деньках.
— Наверное. Ну, в общем, как-то так… Тогда я спать пошла.
— Стой! Журналист, он из какого агентства был?
— Не знаю. Я не спросила, а он не представился.
— Просто треш. И как мне теперь его искать?
— Наверное, это возможно. Если есть возможности…
— О чём хоть ты с ним говорила? Что именно сказала?
— Я не помню. Он меня конкретно разозлил.
— Ладно, я понял тебя.
— Хорошо, спокойно ночи.
— Спасибо сказать не хочешь?
— Меня это особо не беспокоит. Ты просил сообщать тебе, я сообщила.
— Спасибо за то, что я буду беспокоиться о тебе.
— Спасибо, оппа, что беспокоишься обо мне.
(ЮнМи)
Отключившись, смотрю на экран своего телефона, которой держу в руке. Прокручиваю в голове только что состоявшийся разговор.
Какой он дотошный поцак, оказывается. Ему слово, а он — пять вопросов в ответ. Следователем, что ли, мечтал в детстве стать? А я вот не мечтал в детстве стать разведчиком, а стал! Мне показалось, что ЧжуВонище озаботился и приступил к планированию. Надеюсь, что это на самом деле так, как мне показалось. Что-то вот не хочется мне скандала. Опять будут вопли, крики, взывание к пунктам контракта… На кой оно мне надо? Лучше тихо и спокойно поработать. Больше денег выйдет.
(ЧжуВон)
Охренеть, она попять что-то натворила! Только подумал о том, что за ней следует следить, она тут же подбросила проблему! Словно мысли мои подслушивала! И что делать? Звонить хальмони? Вот она обрадуется… Конечно опять будет ругаться на меня, ведь ЮнМи — моя девушка. Вот чёрт, что за удовольствие иметь девушку, которая создаёт тебе проблемы? От ЮЧжин никогда проблем не было, кроме её приставучести! Как такая, как ЮнМи, оказалась рядом со мной? Какая-то странная гримаса судьбы. Что мне делать? Пшш… Что? Нужно звонить хальмони, спасать министра образования. Вдруг, с ним приключиться такая же беда как с министром иностранных дел?
(несколько позже. Разговор МуРан и ЧжуВона)
— Да что же она такая бестолковая? — удивляется МуРан. — Невестка, которая не следит за своим языком — для любой семьи проблема.
— Хальмони, она просто ещё не опытная. — объясняет случившееся ЧжуВон. — Вспомни, сколько времени она в этом бизнесе? А журналист поддел её на крючок — разозлил, высказав неуважение к её сестре. Обычная их грязная игра.
— Если он оскорбил её сестру, нужно было перестать с ним разговаривать. — говорит МуРан. — Почему она не остановилась? ЮЧжин такой глупости бы не сделала.
— У ЮЧжин опыта больше. — говорит ЧжуВон. — И она специально обучалась общению с представителями СМИ. ЮнМи этому не училась.
— Что ж ты её не научил? — ворчливо интересуется МуРан.
— Хальмони, когда?! — искренне изумляется этому безосновательному «наезду» ЧжуВон. — Я же в армии?!
— Конечно. Как-всегда, все заняты чем-то важным. А мне — потом решать их проблемы. — всё так же ворчливо досадует МуРан. — Думать надо было, когда подбирал. Сейчас бы проблем не было бы. Вот где искать этого журналиста, если даже не известно, из какого он агентства?
— Если есть возможности, это возможно.
— Возможности! — насмешливо фыркает бабушка. — Почему тот так легко рассуждаешь об этом, ЧжуВон? Наверное, от того, что ты этим не будешь заниматься? Что не так у этой девчонки с языком? Почему она постоянно болтает?
— Может, тебе её следует — научить, хальмони?
— Вот уж не было заботы. Зачем мне вдруг это делать?
— Чтобы она не создавала проблем. Вспомни, чем закончилось, когда она критиковала МИД? Хочешь, чтобы министр образования тоже подал в отставку?
— Ой ты ж божечки мои… Думаешь, второй раз так же случиться?
— Хальмони, я серьёзно. Ну если этого и не случиться, то скандал всё равно будет. — предупреждает ЧжуВон. — Ты знаешь, что деньги любят тишину.
— Да. Лучше всего будет, если просто никто не станет шуметь. Ты понимаешь, о чём я?
— И как ты себе это представляешь? Я её спас. Как ты это объяснишь?
— Паршивец ты такой, ЧжуВон! Все мои надежды на тихую старость пропали в твоей глупости! Почему нельзя думать вперёд?
— Я думаю, хальмони.
— Вижу я как ты думаешь. Твоя бабка только и летает как мудан на драконе, занимаясь твоим спасением. Всё! Не хочу тебя больше слушать! Я рассердилась на тебя!
— Ну, бабуль… Я ещё хотел сказать, что ЮнМи написала песню про…
— Всё! Потом позвонишь! — коротко отрезает МуРан и отключает телефон.
— Наказание просто какое-то. — недовольно шипит она себе под нос.
….
— Боуу-у… — произносит ЧжуВон, смотря на экран своего смартфона. — Хотел сказать, но не успел. Хальмони рассердится ещё больше, когда узнает про песню о драконах. В следующий раз нужно говорить быстрей…