Страница 2 из 22
Я быстро спустилась по лестнице в обширное нижнее пространство, хитро освещенное отраженными лучами, вырывающимися из отверстий в землянистой стене. Жилища жителей Апхокетоля напоминали гигантские норы, выкопанные прямо в глинистом грунте, укрепленные, как я слышала, прочными металлическими жгутами. Посередине комнаты стояла широкая сортировочная линия с горстками камней, а поодаль в глубине - небольшая кухня с двумя большими конфорками, работающими от обычного электричества, и гигантским чаном посередине. Стараясь не слушать ворчания Терезии, я скользнула к разделочному столу и водрузила на него добычу - корень лацерса. Только после этого обернулась.
- Терезия, не беспокойся за меня, - повторила я в очередной раз. Пожилая женщина с длинными седыми волосами и морщинистым лицом за короткое время, проведенное на Апхокетоле, стала для меня близка. Поэтому я не уставала раз за разом успокаивать ее. - Со мной ничего дурного не случится. Даже если эхолор догонит меня, со мной всегда Эндо. Он выручит из любой передряги, в этом я уверена, - я доброжелательно улыбнулась.
- Тьфу ты, сегодня робот работает, завтра замкнет! Как можно надеяться на бездушную машину! - воскликнула с негодованием Терезия. - Сколько я уж видала случаев на своем веку, когда роботы подводили людей. И кто ж знал-то! Нет правды в них, Алия. Сегодня они летают, а завтра механизм подвел. Да и программа сломаться может. С чего ему тебя спасать?!
- Эндо не такой, - покачала головой я. - Он - не обычный робот. Он особенный.
- Э-эх!.. - старая женщина раздраженно махнула рукой. - Ума недостает в тебе, Алия. Доверчива уж больно. Ты бы не только о себе думала. Раз пузо не выросло, так и скакать под эхолором можно?!
Последние слова неприятно резанули слух и настроение тут же испортилось. Тема, вокруг которой крутилось слишком серьезное потрясение моей жизни, не стала секретом ни для кого. Почти сразу прозорливая и опытная Терезия догадалась, что в скором времени я стану матерью. И хотя я была рада своему положению, лишнее упоминание о нем вызывало приступ назойливой тревоги и какой-то совершенно особой протяжной тоски, над объяснением которой мне думать совершенно не хотелось. Поэтому я тряхнула головой, прогоняя нежеланные мысли, и заметила:
- Нам был необходим корень лацерса. Фил стал совсем худой.
- Фил!.. Фил здесь родился и не такое успел пережить... - по голосу Терезии я поняла, что она успокаивается, несмотря на ворчания. Пожилая женщина ловко подхватила лацерс, и, сполоснув водой, принялась быстро его разделывать. - Фил - это не ты. Фил осторожный... Совсем ты не пуганная. Откуда ты вообще взялась такая?..
Я закусила губу, уходя от ответа на, в общем-то, риторический вопрос. Мне бы хотелось рассказать Терезии правду, облегчив тем самым душу, но делать это было нельзя. Для всех я была невестой погибшего в последнем бою с норканнами солдата. Я легко вжилась в легенду, быть может, не так далеко ушедшую от истины, и теперь желала лишь одного - не возвращаться мыслями в противоречивое, отдающее болью прошлое.
- Ты знаешь, Терезия, - снова улыбнулась я, окончательно взяв себя в руки. - Я не стану рисковать без серьезной на то причины. Ты права, я должна позаботиться о своем ребенке и освоиться, пока мое тело не превратилось в неповоротливого дрода. Я лишь стараюсь стать ловкой и научиться добывать еду и карцезиты. Проверю Фила.
Поняв, что разговор окончен, старуха последний раз неодобрительно цокнула языком, а я прошествовала в соседнее, отделенное перегородкой помещение. Снаружи раздался громкий гул, переходящий в россыпь небольших резких ударов, но ни я, ни подросток сидящий посередине комнаты за огромным столом, не вздрогнули.
- Все перебираешь? - я подошла к мальчишке лет тринадцати, сосредоточенно копающемся в горстке каменных обломков, и потрепала его по голове. - Давай я. Тебе позаниматься полезнее будет. Совсем забросил чтение.
- Ты долго. - Только и вымолвил подросток, не глядя на меня. Я присела за стол напротив, беря в руки с виду непримечательные серые камни.
- Все в порядке, Фил, - я попыталась заглянуть в глаза ребенка, но тот упорно их не поднимал. - Я вернулась и даже раздобыла жабью голову, - второе, менее романтичное название сердца Апхокетоля, или лацерса. Корень действительно чем-то по форме напоминал треугольную голову земноводных.
- Не надо! - импульсивный подросток подскочил и сильно ударил ладонями по столу, отчего мелкие камни подпрыгнули. - Ты можешь попасть... Ты тоже уйдешь...
- Нет, Фил! - я прервала сбивчивую речь и, наконец, смогла увидеть пылающее негодование в болотных глазах мальчишки. Его плотно сжатые губы выдавали бурю эмоций, поднявшуюся в душе не слабее эхолота. - Я не уйду. И вообще, скоро я стану очень большой и засяду вместе с тобой в поиске карцезитов. Вот тогда меня даже ты с места не сдвинешь, учти!
Я шутливо развела ладони и легонько показала язык.
- Думаю, это продлится недолго, - Фил не выдержал и улыбнулся, - потому что твой ребенок не даст тебе хорошо работать.
- Ну... - я наигранно закатила глаза, - тогда я попрошу помощи у тебя. И поэтому позволь мне сейчас тоже помочь тебе.
- Договорились, - хмыкнул мальчишка и пошел на свою кровать, где неаккуратной горкой завалились книги и старый, видавший виды, планшет поколения наших бабушек. Если не раньше, говоря честно.
Укол совести моментально пронзил грудь, но я все так же улыбалась, ничем не выдав свое состояние. Действительно, не стоит провоцировать у мальчика лишний приступ тревоги. Я уже знала, что мать Фила не вернулась после очередного эхолора, отправившись вместе с другими жителями на сбор лацерсов в период плодородных дождей. Ребенок так и не смог смириться с потерей и пугать его своим отсутствием явно не следовало.
Я взглянула на непримечательные серые и бурые минеральные осколки посреди стола. Поиск карцезитов наравне с добычей лацерсов - единственные виды работы на Апхокетоле. Наверное, на пустынной обитаемой планете стоило бы открыть шумное производство, но особенности местного грунта не позволяли строить высотные строения, а эхолор окончательно убирал надежду на плодотворное развитие региона. Поэтому с давних времен местные жители были вынуждены заниматься совершенно простой и незамысловатой работой - поиском прожилок ценного минерала, да выкорчевыванием единственного дикого растения. Конечно, подобные виды работ оплачивались совсем недорого, но были доступны всем и позволяли выжить. Я вздохнула, вспомнив университетскую учебу. Кто бы мог предположить, что после такого обилия интеллектуальной информации мне придется вернуться к простому ручному труду, не позволяющему создать даже самые незначительные накопления.