Страница 33 из 72
- Что за состязания будут завтра вечером? - вдруг спросила она.
- Пока это секрет.
- И ты будешь участвовать?
- Насколько я понимаю, это неизбежно, - ответил гладиатор.
- Конечно.
- Госпожа желает присутствовать? - спросил он.
- Разумеется, нет!
- Спокойной ночи, госпожа, - сказал гладиатор, еще раз поклонился и ушел.
Вскоре в том же коридоре показался капитан, который направлялся к залу управления. Судебный исполнитель стояла у иллюминатора, одной рукой впившись в раму, а другой прижимая к себе сумочку. Она вглядывалась в молчаливые глубины ночи, где вспыхивали огоньки далеких солнц и звезд. Женщина казалась испуганной. Капитан остановился, вопросительно глядя на нее.
- Со мной все в порядке, - заверила она.
- Я только что встретился с двумя телохранителями Палендия. Надеюсь, они не приставали к вам?
- Нет! Конечно, нет! - ответила она.
- Разве к ней можно пристать? С рабынями так не поступают, им просто приказывают...
- Напрасно таким людям позволяют находится на свободе, - заметил капитан.
- Несомненно, - усмехнулась она.
- Их следует держать в клетке.
- Наверное, - она не смогла удержаться от смешка.
- С вами все в порядке? - насторожился капитан.
Она кивнула. Она слышала, что рабынь иногда держат в клетках, причем довольно тесных.
- Желаю вам приятного вечера, - произнес капитан.
- Капитан, завтра вечером ожидаются какие-нибудь зрелища?
- Зрелища?
- Ну да - бои, состязания?
- Да, состязания.
- Могу я узнать, где именно и когда? - спросила женщина.
- Боюсь, вам это будет неинтересно, - нерешительно ответил капитан. - В нижнем отсеке корабля, секция девятнадцать, через час после ужина.
- Все зависит от того, как я себя буду чувствовать завтра вечером, произнесла женщина. - Если заскучаю, то приду.
- Вам не следует этого делать, - заметил капитан.
- Почему же?
- Я не уверен, что зрелище покажется вам приемлемым, - объяснил капитан.
- Надеюсь, другие женщины там будут?
- Несомненно.
- И я имею полное право прийти? - допытывалась она.
- Ну конечно!
- Ведь это круизный кораблю, на нем не может не быть развлечений, продолжала женщина. - Я заплатила за билет.
- Полностью согласен с вами, - кивнул капитан.
- Тогда в чем дело?
- Ни в чем, - ответил он. - Только вы родом с Тереннии...
- Ну и какое это имеет значение? - спросила она.
- Никакого.
"Тогда посмотрим, какое настроение у меня будет завтра вечером", решила она.
Она отклонила предложение капитана проводить ее до каюты - в конце концов, она была родом с Тереннии. Однако, если быть точным, следует упомянуть, что после ухода капитана женщина вновь заволновалась. Она смотрела через иллюминатор на звезды и планеты и не могла избавиться от страха - она чувствовала себя такой маленькой и беспомощной! Сам корабль со своими сложными системами жизнеобеспечения казался недоступным ее пониманию. Женщина думала, что напрасно не позволила капитану проводить ее до каюты. Идти туда было далеко, через несколько коридоров, а она была одета так, что все становилось ясно с первого взгляда - она не существо, равноправное с мужчиной, а настоящая женщина. Она взглянула на свое отражение в иллюминаторе. Нет, она действительно не такая, отличающаяся от "равноправных" женщин. Она поспешила в каюту, постоянно оглядываясь, даже останавливаясь, прежде чем свернуть в другой коридор, и наконец, испуганная, задыхающаяся, - ибо все время ей пришлось идти мелкими шажками, как позволяла одежда, - она достигла своей двери. Через мгновение она очутилась в каюте, навалилась плечом на дверь и заперла ее на два оборота ключа. Она тяжело дышала. Внезапно зарыдав, она опустилась на колени рядом с дверью, вытянув руки по ее холодной стальной обшивке.
Она не рабыня! Она в безопасности!
Глава 10
- Что за отвратительная одежда! - рассмеялась одна из зрительниц.
Судебный исполнитель не сочла нужным отвечать ей.
- Не сердитесь! - продолжала женщина. - Садитесь рядом со мной, - и она указала свободное место на скамье.
Судебный исполнитель улыбнулась и подошла к ней.
- Я очень опоздала? - небрежно спросила она.
- Совсем нет, вы как раз вовремя, - заверила ее соседка.
Артисты, если так можно было их назвать, еще не появились на огороженной деревянным барьером арене, окруженной трибунами. Зал в секции девятнадцать имел очень высокий потолок; вверху можно было разглядеть длинные, ничем не прикрытые стальные брусы и шпангоуты. В секции, одной из сотен ей подобных, умещалось несколько тонн груза. Теперь же в ней находились только скамьи, да по углам стояло несколько контейнеров и спасательных капсул. Секцию освещали мощные электрические прожектора, маленькая арена была залита их слепящим светом. Включать свет можно было с пульта, находящегося у двери. Дальний угол секции скрывался в полутьме вероятно, где-то там артисты ожидали своего выхода. Если это и было зрелище, то оно не отличалось профессиональной постановкой.
- В чем суть сегодняшнего состязания? - спросила судебный исполнитель.
Да, она пришла слишком рано - собралось всего несколько зрителей.
- Не знаю, - ответила ее соседка, одна из тех женщин, что прошлым вечером сидели за столом капитана. Вместе с другими после ужина эта женщина поцеловала дочь судьи и пожелала ей счастья. - Мне не хотелось обидеть вас, дорогая, - продолжала она. - Я уверена, что ваш наряд приемлем на Тереннии.
- Это обычная одежда людей моего круга, - подтвердила судебный исполнитель.
- Женщин и мужчин?
- Конечно.
- Понятно, - протянула соседка так, что становилось ясно: она ничего не поняла.
- Мы одинаковы, - продолжала судебный исполнитель.
- И мужчины, и женщины?
- Да.
- Вам это не кажется нелепым? - поинтересовалась соседка.
Судебный исполнитель предпочла оставить этот вопрос без ответа.
- Простите, - спохватилась соседка.
- Ничего страшного, - успокоила ее судебный исполнитель.
Соседка сегодня была одета не в вечернее платье, уместное за ужином у капитана, а в нечто более приличествующее для посещения состязаний - хорошо сшитый брючный костюм.