Страница 3 из 37
— И что думаешь делать дальше, Агата? — серьёзно спросила Бажена Филипповна, когда я закончила свой рассказ.
— По идее нужно в город перебираться. Поступать. Я уже даже специальность выбрала. Только мне страшно.
— И чего именно ты боишься?
— Ну как же это чего? Я боюсь причинить вред людям. Если я буду жить в городе, то рядом со мной будут люди. А я уже поняла, что всем рядом со мной грозит беда. Только здесь, в приюте, за эти шесть лет я смогла спокойно дышать. Здесь словно что-то или кто-то меня защищает от проявления злой силы.
— Не бери в голову, девочка. Ты абсолютно ни при чём. И то, что произошло с твоими бабушками — это их судьба и их жизнь. Просто так сложились обстоятельства.
— Не знаю, но мне всё-равно страшно.
— А знаешь, Агата, я хочу предложить тебе поехать к нам. У нас будешь жить и учиться. У нас с мужем как раз сын студент. Правда, он тебя чуть старше. Да у вас с ним разница ровно год!
— А как же документы? Меня же никто не отпустит, пока мне восемнадцать не исполнится?
— Ну, до сентября всего несколько месяцев осталось. И вообще — не забивай свою прелестную головку взрослыми проблемами.
— И вы правда хотите меня забрать? — я с недоверием впилась взглядом в глаза Бажены Филипповны.
Только ответила мне не она, а мужчина, не знаю когда оказавшийся с нами в комнате.
— Ты даже не знаешь, как сильно мы хотим тебя забрать, маленькая Настя! — улыбнулся он.
— Это мой муж, Ян Романович, — представили мне этого серьёзного мужчину.
— Для дочери Насти и Ярослава я просто дядя Ян, — добродушно улыбнулся мужчина и приобнял меня, похлопав слегка по плечу.
Только вот стоило мне оказаться в его объятьях, как нас обоих неслабо так тряхануло. Неприятно так.
— Ого! Аграфена оставила «сюрприз»! — не выдержал дядя Ян, разжимая свои тиски.
— О чём ты, милый? — не понимала жена Архангельского.
— Сама проверь. Ты обнимала эту рыжеволосую малышку?
— Нет ещё. Как-то за разговорами ход не дошёл.
— Так я и думал.
— Да ладно?!
Миг и я попала в объятья Бажены Филипповны. И снова неприятный разряд энергии кольнул.
— Да уж, — хмыкнула она, разрывая наш контакт.
— И что теперь? Вы передумали меня забирать, да? Я же говорила вам!
— И близко не собирались, Агата! — поспешила успокоить меня женщина.
— А меня теперь даже азарт взял сделать поперёк воли твоей бабули. И если ты сама не против, то мы заберём тебя и непременно выясним, зачем она тебя от нас всех скрывала. Как когда-то пыталась спрятать мою жену и моих детей.
— И Мишу, — добавила Бажена Филипповна.
— Мой младший брат. И поверь, Агата, он не меньше меня будет рад тебя увидеть. И что-то мне подсказывает, что ты будешь у него в любимицах.
— И почему он так будет рад моей персоне? — я настолько была ошарашена заботе и теплу, что неожиданно свалились на мою рыжую голову, что от счастья поглупела и, наверное, стала задавать такие вопросы.
— Потому что он будет только рад помочь дочери той, которая сама, будучи совсем маленькой девочкой, ночами не спала, а его нянчила.
Я ещё немного посомневалась. Всё же это не так просто взять и согласиться ехать с совершенно незнакомыми людьми за тысячи километров. Жить в их семье. Но слово за слово, аргумент за аргументом, меня уговорили.
— Вот и славно! — довольно улыбнулся дядя Ян, хитро поглядывая на свою жену, — будет нашему Филиппу чем заняться, кроме себя хорошего.
— А это кто такой? — тут же спросила я, совершенно запутавшись в именах.
— А это наш сын. Редкостный эгоист, — пояснил мужчина.
— Не слушай его, Агаточка! Наш Филипп очень добрый и хороший парень. А эгоистом он стал из-за того, что один у нас остался. Вот будешь у нас жить и вы с ним непременно подружитесь! — добавила Бажена Филипповна, с надеждой поглядывая на меня.
Так и быть — поеду. И будь что будет. В конце-концов: они же мне не родственники, так? Значит, смертельная опасность никому из них не грозит. А прикасаться и тем более обниматься с ними всеми мне тем более не обязательно.
Глава 3 Ведьмочка
Филипп
— Ты куда это на ночь глядя, сынок? — в спину мне раздался взволнованный голос матери.
— К дяде Грегу поеду. У него переночую, — бросил со злостью в ответ, уже приближаясь к своей «малышке».
— Но что случилось, сынок? — не отставала мама, — ночь же на дворе?
— Да какая к чертям собачьим разница, мам? — я остановился и повернулся лицом к ней, — зачем вы с отцом притащили в наш дом ведьму?
— Но она же наполовину оборотень!
— А вы уверены, что не ошиблись? И вместо той самой дочери ваших друзей не привели в наш дом врага?
— Да с чего ты это взял? — опешила мать.
— С того, что мне до безумия плохо. Те минуты, что я пробыл под одной с ней крышей, у меня едва не взорвалась голова. Мне плохо, понимаешь, мама?!
— Да, но…
— И давай все вопросы оставим на завтра? А сейчас извини, но мне нужно ехать.
Завёл авто и рванул со двора. Скорость набирать не стал. Решил спокойно, без лишнего напряга добраться до места назначения. По дороге позвонил родственнику и сообщил, что ночую у него. Естественно, что моему приезду дядя оказался как всегда искренне рад. Даже спрашивать не стал что да как. И прежде чем отключиться я услышал, как он начал выпроваживать какую-то девицу.
Да — такой вот у меня дядя. Всё успевает: и стаей руководить, и бизнес вести, и ни одной приглянувшейся юбки не пропустит.
А ещё у него есть время для меня. Причём всегда. Когда бы я не обращался к нему, у альфы Белых волков всегда было для меня время. В отличие от собственного отца, занятого постоянно чем-то сверхважным.
Ну а мама…мама, сколько я себя помню, всегда была директором гимназии. И не просто там работала, а, казалось, всю себя отдавала этой работе. Пока я был ещё совсем мелким, я этого не замечал. И охотно оставался после занятий играть с другими детьми. Пока моя вечно занятая родительница разгребали свои директорские дела.
А вот когда я немного подрос, понял, что родители и правда устают. Да и дела у них всегда важные. Я всё это понимал, но от этого всё-равно не переставал беситься и обижаться на них.
А когда они всё же находили для меня своё время и мы всей семьёй, включая тогда ещё Нику, проводили вместе выходные, — тогда я был самым счастливым.
Но выходные заканчивались и всё снова возвращалось на свои места.
Сам не заметил, как за размышлениями и воспоминаниями доехал до дома Григорьевых. Огромный старинный особняк нескромно раскинулся в самом центре коттеджного посёлка клана Белых.
Знаю, что раньше, до того, как мои родители поженились, ни одному из клана Чёрных вот так запросто, как это сделал я сейчас, не позволялось врываться на их территорию. Но времена изменились и теперь не только я, но и другие из нашей стаи могли свободно пересекать границы. И наоборот.
Только всё-равно каждый раз чувствовалась какая-то недосказанность. Да и напряжение странное всегда висело в воздухе. Особенно когда на одной небольшой территории, даже нейтральной, встречались Белые и Чёрные.
Об этом я догадывался, частично видел своими глазами. А став чуть старше стал ко всему прочему ещё и чувствовать.
Только был это чужой напряг — меня лично он никогда не касался. Я прекрасно чувствовал себя в любой обстановке. И вообще думал, что так будет всегда. До сегодняшнего вечера…
— Проходи, — дядя встретил меня у порога, — есть хочешь?
— Хочу. Я голодный как стая волков.
Он засмеялся, увлекая меня за собой на кухню.
Обычно мы именно там с ним и ели. Хотя для торжественных приёмов, для блеска и прочей ерунды у Григорьевых, как и у нас дома, была шикарная столовая. Только вот пользовались ею очень и очень редко. Особенно с тех пор, как деда не стало.
— Так что у вас там снова произошло, Архангельские? — он начал издалека.
Сам при этом выставлял из холодильника передо мной одно блюдо за другим. Когда места на небольшом простом деревянном столе почти не осталось, я остановил его.