Страница 66 из 69
— Принцип матрешки. Если научиться сжимать заклинания, то это потенциально откроет… Да много чего откроет. Свободное творчество. Сама знаешь, насколько трудно создать новый символ. Я не помню, чтобы кто-то на моем веку это делал. Только великие маги рода умудрялись, после передавая открытое знание наследникам.
— Думаешь, мы сможем что-то создать сами?
— А почему нет, — пожала плечами Сара, — Для начала надо освоить то, что есть. Потом займемся оптимизацией. Дальше кто знает, может и создадим что-то. Это навеки впишет наши с тобой имена в историю, так что старайся больше, девочка.
На это Амалия лишь улыбнулась, пытаясь создать то, что ей сказали. За прошедшие дни девушка скакнула вперед лет на пять в своем развитие. То, что считалось великим мастерством в её семье стало доступным меньше, чем за неделю. Невообразимая ранее скорость.
Внезапно символ солнце вспыхнул и распался. Амалия нахмурилась, создала ещё один и… Тот снова сорвался.
— С тобой всё в порядке, дорогая? — забеспокоилась Сара.
Новые возможности вели к новым опасностям. Как врач, Сара прекрасно осознавала риски в связи с чужими родовыми дарами и открытием новых способностей.
— Затошнило что-то… — неуверенно ответила девушка и схватилась за живот.
От чего Сара нахмурилась ещё больше и рефлекторно сплела заклинание диагностики. Как только то заработало, брови женщины взметнулись вверх.
— Тетя? Что со мной? — напряглась Амалия, видя её лицо.
— Даже не знаю, как тебе сказать, — покачала та головой, — Походу вы, ребятки, допрыгались.
— Да что там?
— Наверное, тебя надо поздравить. Да и Эдварда тоже!
— Тётя! — начала заводиться Амалия, от чего у неё закружилась голова, а тревога только увеличилась.
— Тиши-тише! — подошла Сара, создавая успокаивающее плетение, — Тебе сейчас надо беречь себя.
— В смысле?
— Ты беременна. И не округляй так глаза. Дело то хорошее.
Девушка ничего ответить не успела. На неё резко навалилась темнота, стало душно и она обмякла. Сара едва успела подхватить её в последний момент.
— Тише-тише, — бормотала она, — Хочу видеть лицо Амона. Да и на Эдварда посмотреть. Семнадцать лет пацану, а вон какой резвый оказался.
Глава 30. Отец
— Амалия… — доносился голос издалека, — Очнись. Хватит в обмороке валяться, как невинная монашка.
— А, что? Тётя? — очнулась девушка.
Сначала её взгляд был непонимающим, но по мере того, как она приходила в себя, всё больше эмоций отражалось на лице. Сара вспомнила себя, когда узнала о первой беременности, вспоминала десятки других женщин, которые также узнавали, что скоро познают прелести (и не только) материнства и… Прекрасно понимала эту юную девушку. А учитывая её ситуацию, то не удивительно, что у неё столько эмоций.
— Успокойся для начала, — твердо сказала Сара, — Дети — это всегда хорошо. Слышишь? Да и парень у тебя, хоть куда.
— Ему семнадцать!
— Это же не смущало тебя, когда вы трахались? — несколько грубо ответила Сара, стараясь привести Амалию в чувство.
— Но… я…
— Не мямли. Соберись. Новость потрясающая, конечно. Не переживай, я поговорю с твоим отцом. Да и с матерью поговорю. Если Амон не убьет Эдварда, то вот с ним тебе уже самой придется поговорить. Но не думаю, что Клоз из тех мужчин, что сбегает в кусты от ответственности.
— У него её и так слишком много, — криво усмехнулась Амалия.
— Ничего. Дети меняют мужчин, делают их крепче и сильнее. Вот увидишь, ему это только на пользу пойдет.
— Ох, тётя… Но как это произошло?
— Мне тебе очевидные вещи объяснить? Когда мужчина занимается сексом с женщиной…
— Да я не про это! — вспыхнула Амалия, — Я ведь предохранялась! Нашими методами!
— Оу, — задумалась Сара, — Каждый раз?
— Каждый!
— Уверена?
— Да!
— И у тебя никогда не мелькали мысли забеременеть от перспективного самца?
— Тётя!
Амалия возмутилась, но отведенный взгляд и лицо, вспыхнувшее краской, говорили за неё лучше всего, сдавая с потрохами.
— Я же не дура, — собралась Амалия и всё же ответила нормально, — Понимаю, что сейчас неподходящее время. Какие дети, когда в мире такое?
— А почему нет? Повторюсь, но дети это всегда хорошо. То, что вокруг ужасы это плохо, конечно. Тебе придется подумать, как окружить себя приятными вещами. Но ничего, справимся. Мы со всем справимся. Семья тебя точно поддержит.
— Но всё равно… Как это вышло?
— Хм… А какая разница? Впрочем, случай интересный и если подумать… Твой парень ходячий разрушитель магии. Может он вовремя секса того… Не сдержался. — хохотнула Сара, — Думаю, что не специально.
— Ну… он в последние дни постоянно светился силой… — припомнила девушка.
— В любом случае это не важно. Давай, опиши мне, как себя чувствуешь, а потом вместе с тобой подумаем, как и что сказать остальными. Но я хочу видеть их лица!
— Тётя! — снова покраснела Амалия, представив, как будет объясняться с родичами.
Чего я не ожидал, так это того, что ко мне заявится делегация Шелия. Приехала Амалия и её брат вместе с людьми. Целый вооруженный отряд пригнали. Не предупредив заранее. Узнал я об этом, когда они уже выгружались у главного здания, где я и находился на тот момент.
Выйдя на улицу, увидел донельзя напряженную Амалию и ухмыляющегося вовсю Артема. От парня так и веяло иронией и серьезностью. Откуда такой коктейль то?
— Что-то случилось? — первым делом спросил я у Амалии, подходя к ним.
— Случилось! — радостно воскликнул Артем. Не могу его гамму чувств до конца расшифровать.
А вот Амалия ничего не ответила. Взгляд отвела и руку на низ живота положила. Оу… Твою же мать…
— Ты не рад? — спросила Амалия бесцветным голосом, когда мы с ней уединились.
Артем минут пять назад сказал, что нам с ней надо как следует поговорить и лучше успеть это сделать до того, как приедет отец. Ход Амона я оценил. Мне дали время узнать, что Амалия беременна, осознать и принять это, после чего… эм… предложить вариант, как разрулить ситуацию.
— Я рад… — ответил я на вопрос девушки, — Но…
Разом все мои страхи обострились. Я рад ребенку, но как мне уберечь Амалию и дитя от всех бед мира? Как уберечь их от происков врагов? Ответственности на моих плечах резко стало в сотню раз больше, поэтому девушка и увидела на моём лице смятение и хмурость.
— Просто это неожиданно, — выдал я улыбку и подошел к ней, опустился на колени и прижался к животу, — Я чувствую, как в тебе зарождается жизнь. Срок маленький, самые первые дни. Так удивительно.
— Так ты правда рад?
Я поднял голову и заглянул ей в глаза. Девушка боялась. Боялась тяжелых времен, реакции семьи, моей реакции и будущего. В конце концов, Амалия молода и ещё жизни не видела. Сейчас, как никогда, я должен быть ей опорой.
Поэтому я собрался, выбросил все лишние мысли из головы и следующие полчаса выражал ей всю свою любовь, тепло и нежность, убеждая, что ребенок — это самое лучшее, что могло случиться в нашей жизни. Я и правда так считал.
То, что это ещё и пугает меня, потому что я понятия не имею, каково это, быть отцом — оставил при себе. Когда останусь один, обдумаю, поплачусь себе же в жилетку и определюсь, как жить дальше.
Одно понятно точно. Как раньше — не будет.
— Ну здравствуй, Эдвард, — подошел ко мне Амон.
Смотрел он без эмоций. Если не считать этого раската грома где-то в дали, который скрыт в его голосе.
— Поговорим? — предложил я.
— Поговорим, — кивнул он медленно.
В итоге… Поговорили. А какие тут могут быть варианты? Будь я реально семнадцатилетним пацаном, то не знаю, как бы реагировал. А так… Амон приехал через пару часов после Амалии с Артемом. За это время я пришел в себя, пообщался с девушкой, позвал её замуж, она согласилась и мы провели чудные минуты вместе. Можно сказать, что я был счастлив. Отцовство пугало, но было в этом что-то такое… Не могу выразить словами.