Страница 3 из 72
Комната с табличкой на двери "Электрики" так же находилась на первом этаже. Здесь в окружении непонятного хлама, образовавшегося от разобранных приборов и устройств электротехнического назначения, сидели двое. Первый, Краснов Владимир Кузьмич 45 лет, высокий худощавый мужчина с соломенным цветом волос, склонился над столом и ковырял отвёрткой какой-то прибор. Второй, 20-летний Краснов Кузьма Владимирович, лежал на небольшом диванчике, уставившись в смартфон, и общался по Ватсапу с очередной девушкой. Он приходился первому сыном. До армии Кузьма отучился на электрика. После дембеля отец пристроил его рядом с собой — зарплата стабильная, работа не пыльная.
— Батя, чё случилось? — отреагировал сын не сколько на исчезновение света, а на отсутствие связи с интернетом.
Глава 2. Чужое небо
Месяц профиль оголит,
как пьянчужка душу.
Я, увы, не Айболит,
я гораздо хуже…
— Слышь, Володя, что стряслось, почему свет везде пропал? — светя телефонным фонариком, спросил Зубов у Краснова, столкнувшись с ним, когда тот вместе с сыном вышел из комнаты, чтобы разобраться в причине случившегося.
— Откуда я знаю? Опроси по рации охранников, может, у кого на этаже что произошло?
Но и без подсказки электрика рации уже вовсю шипели и голоса, вырывавшиеся из их нутра, хотели знать: "Куда делся свет?"
— Краснов! Включай аварийное электропитание, — приказал Черныш, появившись рядом со столпившимися в одном месте людьми. — В "О`кее" холодильники с продуктами размораживаются, у меня камеры все погасли, женщинам нужно уборку завершить до конца. На третьем этаже ещё гастарбайтеры работают, им тоже свет нужен.
— Павел Андреевич, я в аварийную службу дозвониться не могу… Хотел узнать, почему света нет? Но ни городская, ни сотовая связь не работают… На улице тоже света вообще не видно…
— Знаю! Поэтому давай, запускай генератор! А то тычемся, как слепые котята…
Светя фонариком, Краснов вместе с сыном направился в щитовую комнату, чтобы отключить рубильник, соединяющий здание торгового комплекса с городской электрической подстанцией. После этого они пошли в бокс, где находился дизельный электрогенератор. Через некоторое время агрегат заработал, и здание ТСК "Олимп" снова наполнилось светом. Люди же продолжали "пытать" свои смартфоны и айфоны, но сотовой связи не было.
— Шеф! Шеф! — зашипела рация у Черныша, когда он безуспешно пытался снова и снова позвонить по городскому телефону.
— Что случилось, Руслан? — начальник по голосу подчинённого определил, что неприятности этой ночи ещё не закончились.
— Уборщицы жалуются, вода пропала. Помещения мыть нечем.
— Вот же скотство! — выругался Черныш.
— Что? — спросил Шамов.
— Это, Руслан, пусть пока уборщицы отдыхают. А мы постараемся быстрее разобраться, что случилось.
— Понял, шеф!
В этот момент снова заработали камеры видеонаблюдения и дали изображение на мониторы.
— Что за чёрт?! — воскликнул Черныш, посмотрев на изображение, которое транслировало картинку с улицы.
Здание торгового комплекса окружал непонятно откуда взявшийся лес. Павел зажмурил глаза, помотал головой и снова посмотрел на монитор… Лес не пропал.
— Артём Николаевич! — вызвал Черныш по рации Буркова.
— Что, Павел Андреевич?
— У тебя камеры как, картинку дали?
— Ага, дали. Всё нормально!
— А картинка с улицы как?
— Тоже нормально!
— Ничего необычного нет? — спросил Черныш, не переставая глядеть на экран, где ничего не изменилось.
— Нет.
— Странно, — задумчиво произнёс начальник охраны, почесав свободной рукой подбородок. — Это, Артём Николаевич, пусть кто-нибудь из ребят на воротах посидит, а ты поднимись-ка ко мне, дело есть…
Минут через десять в кабинете Черныша Бурков удивлённо смотрел в монитор.
— И что это значит, Павел Андреевич? Откуда лес?
— Неужели у тебя на камерах его не видно? — просил Черныш, не отвечая на вопрос подчинённого.
— Нет, у меня камеры так далеко не показывают. Они картинку перед воротами только дают. Может кто-то так решил пошутить? — с сомнением высказал своё предположение Бурков.
— Какие шутки, Артём Николаевич? Света городского нет, связи тоже никакой нет, а ещё вода пропала… Больно по крупному шутят, ты не находишь?
— Может, на улицу выйдем, да глянем, что там?
— И что мы увидим? Или ты сквозь деревья смотреть умеешь?
— А если с крыши? Оттуда всяко обзор побольше…
— Давай, попробуем, — согласился начальник охраны после недолгих раздумий.
Поднявшись на третий этаж, Бурков и Черныш столкнулись с Дундичем, который делал обход этажа, оставив Сомова любезничать с молоденькими уборщицами.
— Павел Андреевич, не подскажите, что вообще происходит? Где вода, где свет, где связь? — атаковал он вопросами своего начальника.
— Пока не могу дать ответа, Марк Захарович. Вот, идём на крышу, чтобы глянуть на город с высоты, может чего и узнаем.
— А можно мне с вами? — тут же поинтересовался Дундич.
— Пойдёмте, если хотите.
Через пять минут три человека стояли под звёздным небом и глядели по сторонам, освещая всё вокруг довольно мощным фонарём.
— Небо какое-то не наше, — вдруг произнёс Бурков.
— В каком смысле "не наше"? — спросил Черныш, и тоже поглядел на звёздное небо.
— Да как будто другое всё. Созвездий знакомых не вижу…
— А ты что, в созвездиях разбираешься? — слегка удивлённо спросил Павел, который кроме "ковшика" Большой Медведицы других созвездий не знал.
— Павел Андреевич, — влез в разговор Дундич, — Артём Николаевич прав, звёздное небо не соответствует картине северного полушария.
— В смысле? — ещё больше удивился Черныш.
Бурков тоже с интересом уставился на Марка Захаровича, ожидая от него разъяснений.
— В самом прямом смысле, Павел Андреевич. Судя по звёздам, мы сейчас в южном полушарии. Вон созвездие Южного Креста, вон Центавр, вон Муха… — говорил Дундич, при этом указывая рукой на скопление звёзд.
— И что это значит? — перебил его Черныш.
— Или земля перевернулась, или мы каким-то образом очутились на юге. И не просто на юге, а намного южнее экватора, — ответил Дундич, который был удивлён не менее своих спутников, но говорил так, словно читал лекцию своим ученикам.
— Что за бред! Откуда вы это взяли, Марк Захарович? — Черныш не хотел верить его словам.
— Я всю жизнь проработал учителем географии! Неужели вы думаете, что я не отличу созвездия северного полушария от южного? — слегка обижено спросил Дундич.
— Да как такое может быть-то?! — воскликнул начальник охраны.
— Однако факты перед вами, Павел Андреевич, — и Дундич указал на звёзды.
— А вы заметили, что воздух пахнет иначе? — вдруг спросил Бурков, — как будто море поблизости…
Черныш и Дундич начали усиленно водить носами и принюхиваться к запахам.
— Ага, пахнет! — согласился Черныш, совершенно чётко уловив запах моря и продолжил, — Артём Николаевич, а что там с нашим лесом?
Мужчины подошли к краю крыши и стали водить фонариком по сторонам. Не далее пятнадцати метров от здания действительно, сплошной стеной стоял лес. И не просто стоял, он жил своей невидимой для человеческих глаз жизнью, которая чётко ощущалась в смутных звуках, тревожащих ночную тишину.
— Где мы? — ошеломлённо спросил непонятно у кого Черныш.
— На днях было новолуние, — стал отвечать ему Дундич. — Видите, серп луны очень тонкий? Судя по его положению, мы можем быть или в Южной Америке, или в Южной Африке, или в Австралии.
— Ничего себе!!! — воскликнул Черныш и хлопнул себя ладонью по лбу, — это каким же Макаром мы тут очутились?
На этот вопрос никто не ответил, оба его спутника пытались хоть что-то рассмотреть вокруг. Только ночь была тёмной, месяц слишком тонкий, а звёзды молчали и лишь удивлённо моргали своими золотистыми ресницами. Павел снова решил проверить сотовый телефон, но тот по-прежнему показывал отсутствие какого-либо сигнала.