Страница 70 из 116
— Прибыл из госпиталя для дальнейшего прохождения службы, — доложил Сергеев. — Может быть, я потом? Вы заняты?
— Нет-нет, — остановил его Чуянов. — Оставайтесь… Хорошо, что прибыли, да еще после выздоровления. Как раз о наших общих делах говорим…
— В том смысле, — пояснил Бирюков, — что Алексею Семеновичу и нашему управлению вместе заниматься восстановлением Сталинграда: расчищать от завалов, налаживать жизнь, а нам очищать город от оставшихся еще и активно действующих врагов. Готов ли приступить к исполнению обязанностей, капитан Сергеев?
— Готов, товарищ комиссар третьего ранга. А почему «капитан»?
— Вчера зачитали приказ по управлению, рад случаю поздравить с присвоением очередного звания.
Бирюков крепко пожал руку. Поздравил Сергеева и Чуянов.
— Благодарю. Тогда, выходит, готов, начиная с этой минуты.
— Может быть, именно так и получится, — отозвался Чуянов. — Война для нас, особенно для вашего управления, на сталинградской земле продолжается. Придется подключить вас к весьма серьезной операции. Собственно, она уже началась… Вот что мне рассказал Александр Иванович Воронин, посетивший накануне фельдмаршала Паулюса по его настоятельной просьбе… Сами понимаете, пленение Паулюса — сильнейший удар по престижу Гитлера. Главе абвера — адмиралу Канарису наверняка дан приказ сделать все возможное и невозможное, чтобы выкрасть фельдмаршала, судить его в Германии и на суде свалить на Паулюса вину за поражение в Сталинградской битве… Абвер уже пытается забрасывать к нам разведгруппы, в том числе самолетами. Первая «ласточка», наверняка с такой задачей, к нам уже залетела…
— А что рассказал Александр Иванович о Паулюсе? — спросил Бирюков.
— Тут, видно, надо начать с предыстории, — ответил Чуянов. — Еще в январе, в самый разгар боев, маршал Рокоссовский спросил Александра Ивановича: «Известно ли чекистам, где расположен штаб 6-й армии немцев и где в данный момент находится Паулюс? Мои информаторы утверждают, что все немецкие генералы, в том числе и сам Паулюс, удрали в Германию, а вражеской группировкой остался командовать какой-то обыкновенный командир дивизии». На это Воронин ответил: «Вас дезинформировали, Константин Константинович. Сведения эти неверные. Паулюс со своими генералами, за исключением Хубе, которому главное командование сухопутных войск поручило организовать снабжение 6-й армии вне котла, сейчас в подвале универмага на площади Павших Борцов, в самом центре Сталинграда. Неоднократно зафиксировано, как к универмагу подъезжают штабные машины…»
— Мы это и сами не раз видели, — заметил Бирюков, — докладывали руководству…
— Так что, — продолжал Чуянов, — ваше управление все время контролировало местопребывание германского фельдмаршала и в своих наблюдениях не ошиблось. Но это к сведению… Александру Ивановичу доложили, что Паулюс настоятельно просит, даже требует встречи с представителем советского командования. Воронин ответил: «Герр Паулюс уже беседовал с Шумиловым и Рокоссовским, с Ласкиным и Вороновым, ну и с вашим покорным слугой». Тем не менее просьбу пленного фельдмаршала решил исполнить, хотя бы для того, чтобы узнать, в чем ее суть. «Спустя час, — рассказывал Воронин, — я уже входил в дом, куда поместили пленных генералов. Поинтересовался у командира войск НКВД охраны, чем их кормят, какие могут быть претензии?» Тот ответил: «Питаются лучше, чем в котле». А хозяйка дома добавила: «За этих пленных не беспокойтесь, голодными они у нас не остаются».
Вошел Воронин в комнату, Паулюс не встал, не поздоровался, а с ходу выложил свои требования. Им, видите ли, подается один завтрак, а они привыкли и ко второму. Нет, говорит, сухого вина, а главное — не получает фельдмаршал информацию, что делается на фронтах… Пришлось Воронину разъяснить, что находятся генералы не на курорте, а в плену, что сухое вино производится в Крыму, а Крым пока что под оккупантами. К тому же вместо сухого вина генералам ежедневно выдается по двести граммов водки. Кормят их достаточно калорийно, а что касается положения на фронтах, войска Красной Армии освободили Ростов-на-Дону. «Если говорить о прогнозах на будущее, — добавил Воронин, — немецко-фашистские войска непременно будут выброшены за пределы Советского Союза». Паулюс процедил сквозь зубы: «Цыплят по осени считают». Воронин ответил на это, что и осень для войск вермахта не за горами…
В комнате было жарко натоплено, Александр Иванович расстегнул шинель, и фельдмаршал увидел ромбы в петлицах его френча, встал, заговорил совсем другим тоном… В том смысле, что, дескать, они с неизменным и верным адъютантом Вильгельмом Адамом привыкли по утрам пить кофе, а тут им кофе не подают. Пришлось напомнить ему, что наши бойцы порой вместо чая пьют лишь кипяток, а кофе на территории СССР не произрастает. Что касается газет, господ генералов будут снабжать регулярно «Правдой» и «Красной звездой». А немецких газет у нас нет. О положении на фронтах будет информировать командир батальона охраны… Но не это главное в рассказе Александра Ивановича… Когда он вышел от Паулюса на улицу хутора, увидел прогуливавшегося возле дома Шмидта, который тут же демонстративно отвернулся. Как раз в это время в небе появились два немецких самолета. «Вчера тоже прилетали», — доложил Воронину комендант гарнизона. О чем это говорит? Говорит о том, что немцы нащупали место пребывания своего фельдмаршала и в святая святых абвера, его штаб-квартире на берлинской набережной Тирпицуфер, уже существует план похищения или физического уничтожения Паулюса. Гитлер ни за что не смирится с таким чувствительным ударом по его престижу, не успокоится до тех пор, пока не исчерпает все возможности… Какие практические выводы из этой ситуации мы должны сделать? Самые конкретные… Николай Васильевич, — обратился Чуянов к Бирюкову. — Введите капитана Сергеева в обстановку, кстати, насчет первой «ласточки», уже упомянутой в разговоре…
— Обстановка такая, — ответил Бирюков, — что пришло время ставить задачу. В наш Перелазовский райотдел, — обращаясь к Сергееву, продолжал он, — поступило донесение от местных колхозников, что на дальнем уединенном поле совершил посадку германский самолет «Юнкерс-52». Группа истребительного батальона во главе с первым секретарем райкома Куличенко и начальником Перелазовского райотдела Донским окружила место приземления «юнкерса» и после короткой стычки захватила четырех летчиков тепленькими, изъяв у них карты, на которых были отмечены пункты, где, по мнению абвера, может содержаться пленный фельдмаршал. Отмечен там и хутор Заварыгин, или, как его чаще называют, Заварыкино, там-то на самом деле и пребывает Паулюс… Вполне понятно, что такая информация не для передачи кому бы то ни было…
У Сергеева тут же мелькнула мысль: если такие сверхсекретные сведения сообщают ему, всего лишь старшему оперуполномоченному уголовного розыска, значит, или он пользуется неограниченным доверием, или фельдмаршала с другими генералами и верным адъютантом Вильгельмом Адамом на хуторе Заварыкино уже нет. А если их там нет, зачем тогда планировать операцию и охранять хутор?
— Теперь непосредственно о нашей работе, чем предстоит нам заняться, — продолжал Бирюков. — В районе приземления «Юнкерса-52» обнаружены признаки участия в этом деле Гайворонского: отпечатки поврежденного протектора колеса мотоцикла и запах его одежды и обуви. Собака, гнавшаяся за Гайворонским до Мокрой балки, когда прочесывали местность, вылавливая дезертиров, запомнила этот запах. Ей дали понюхать форму Гайворонского, сохраненную в пергаментном мешке, и она привела наш наряд от места приземления самолета в район хутора Заварыкино. Там след исчез. Какие следует сделать выводы? — продолжал Бирюков. — Во-первых, немцы нащупали место пребывания фельдмаршала, а во-вторых, они не ограничатся одним самолетом, экипаж которого удалось захватить группе Куличенко и Донского. Тебе известно, что наши станции слежения запеленговали рацию Гайворонского «ЯНГ-17» в районе землянки Саломахи, но больше этих позывных в эфире не обнаруживали, видимо, перешел на запасную схему связи. Весьма вероятно, что Гайворонский будет принимать и следующий самолет, задача — предугадать район его приземления, задержать или уничтожить диверсантов вместе с Гайворонским. Ты, как уже хорошо знакомый с почерком этого деятеля, тоже подключаешься к операции, в которой, кстати говоря, участвует и капитан Мещеряков, от него и получишь дополнительные инструкции… Так что, если чувствуешь себя достаточно хорошо, немедленно отправляйся на хутор — соседний с Заварыкино. Там в крайней хате с северной стороны скажешь хозяину дома, кто ты, и с его помощью найдешь капитана Мещерякова. Поступаешь в его распоряжение. Все ясно?