Страница 49 из 87
Она кивнула.
— Да, Лара рассказала мне об этом.
— Финеас был одним из них. Он знает нас всего несколько лет, но постоянно демонстрирует, насколько он предан, храбр и достоин доверия.
Латоя усмехнулась.
— Он был наркоторговцем. Я его проверила, знаешь ли. Есть ордер на его арест.
— С тех пор он проделал долгий путь.
— Это не означает, что он не должен заплатить за свое преступление.
— Он действительно заплатил, — настаивал Робби. — Своей жизнью. Он заслуживает второго шанса.
Латоя раздраженно фыркнула.
— Я не уверена, что смогу быть настолько снисходительной.
Робби взглянул на Марту Барковски, которая сидела за столом с Вандой и Филом.
— Я тоже не думал, что смогу быть снисходительным. Но иногда просто нет смысла продлевать страдания другого.
С легким потрясением Робби осознал, что он меняется. Время, проведенное с Оливией, исцеляло его сердце и успокаивало раны. Он все еще хотел убить Казимира, но он больше не был главным приоритетом в его мыслях. И когда речь заходила о вампирах вроде Марты или Станислава, он теперь понимал, что они тоже были жертвами.
— Можно мне вмешаться? — Финеас похлопал его по плечу.
Робби отпустил Латою и отступил назад.
— Это зависит от желания дамы.
Финеас протянул руку Латое.
— Сладкая, ты потанцуешь со мной?
Она настороженно посмотрела на него.
— Думаю, я могла бы закончить этот танец с тобой.
— Прекрасно! — с улыбкой Финеас обнял ее.
Музыка закончилась.
— Ой. Танец закончился, — Латоя отступила назад.
— Нет, это не так, — Финеас подтянул ее.
— Да, это так! — она наступила ему на ногу шпилькой.
Взвизгнув, Финеас отпустил ее.
— Пока, паразит, — она зашагала прочь, перебросив свои длинные локоны через плечо.
Финеас попытался надавить на больную ногу и поморщился.
— Ай.
— Извини, что так вышло, — пробормотал Робби.
Финеас искоса взглянул на него.
— Да, это больно, но по крайней мере я не превратился в плаксу и не пробил дыру в стене.
— Я ее починил, — проворчал Робби. Он очень много потрудился над этой дырой.
Финеас снова повернулся к Латое, которая заказывала выпивку в баре. Он медленно улыбнулся.
— Это происходит, братан. Она попадает под мои чары.
— Как ты можешь так говорить? Она снова на тебя напала.
— Да, но на этот раз она не угрожала убить меня, — Финеас пригладил рукой свои короткие черные волосы. — О да, детка, перед доктором Любовь трудно устоять.
Был конец апреля, когда темп на работе наконец замедлился. Оливия провела все утро, заканчивая бумажную работу.
— Готов к обеду? — она позвала через перегородку Джей Эл.
— Почти, — ответил он. — Дай мне пять минут.
Это была прекрасная возможность проверить ее личную электронную почту. Она улыбнулась, когда на экране появилось сообщение от Робби.
"Доброе утро, дорогая. После нашего телефонного разговора вчера вечером я получил сообщение от Джека и Лары из Венеции. Они прислали несколько фотографий со свадьбы. Я прикрепил их для тебя."
Оливия пролистала фотографии, радуясь, что наконец-то нашла лица тех, о ком слышала последние два месяца. Ее сердце сжалось, когда она увидела фотографию, на которой был Робби. Он выглядел сногсшибательно в своем официальном черном пиджаке, белой рубашке и черном галстуке, которые соответствовал его черно-белому клетчатому килту. В его зеленых глазах блестел огонек, и он широко улыбался. Она могла бы таращиться на него часами, но там была еще куча фотографий, которые нужно было увидеть. Она пролистала еще несколько фото.
— Привет, Лив. Вот отчет, который нужен тебе, — Жасмин положила папку на стол Оливии и взглянула на монитор. — Это что, свадебные фотографии? Я люблю свадебные фотографии!
— Позволь показать тебе невесту, — Оливия щелкнула на фотографию Лары.
— Окей, — Джей Эл оперся локтями о перегородку. — Я уже готов к обеду.
— Ух ты, какая красавица, — прошептала Жасмин.
— Согласна, — сказала Оливия. — Ты можешь поверить, что она была нью-йоркским полицейским?
— Алло? — Джей Эл помахал им рукой. — Обед?
Жасмин не обратила на него внимания.
— Я не знала, что ты ходила на свадьбу. Ты дружишь с невестой?
— Я никуда не ходила, — ответила Оливия. — Я просто дружу с шафером.
— Просто дружишь? — усмехнулся Джей Эл. — Теперь ты только о нем и говоришь. Я не могу съесть свой обед, не получив последние Робби-новости.
Оливия скорчила ему гримасу. Он тоже смеялся над этими историями.
— Кто такой Робби? — спросила Жасмин.
— Он был свидетелем на свадьбе. Вот, я тебе покажу, — Оливия нажала на групповое фото.
Жасмин фыркнула.
— А кто этот здоровяк в юбке? И что это такое? Кошелек?
Оливия напряглась.
— Это Робби.
— Он носит юбку? Я должен это увидеть, — Джей Эл взглянул поверх головы Жасмин на монитор и хихикнул.
Оливия посмотрела на него.
— Робби — шотландец. Вот почему он носит килт и спорран.
— Где ты встретила шотландца? — спросила Жасмин.
— Послушайте, ребята, — прервал их Джей Эл. — Я умираю с голоду. Если ты хочешь продолжать пускать слюни на эти фотографии, я принесу обед сюда.
Оливия улыбнулась.
— Это было бы здорово. Я буду сэндвич с индейкой.
— Я тоже, — сказала Жасмин.
Джей Эл ушел, бормоча что-то о женском увлечении свадьбами, на которых бедолаг заковывают в кандалы на всю жизнь.
— Ну так что? — спросила Жасмин. — Где ты познакомилась с этим красивым шотландцем?
— На Патмосе в ноябре прошлого года.
— Шотландец на греческом острове? — Жасмин засмеялась, но тут же посерьезнела. — Боже, Лив, это ведь не из-за него ты плакала, правда?
Щеки Оливии вспыхнули от смущения.
— Это было просто недоразумение. Теперь у нас все в порядке.
— Вы встречаетесь с ним?
— Вроде как. Мы разговариваем и переписываемся каждый день. Мне бы очень хотелось повидаться с ним, но у меня закончились дни отпуска.
Жасмин медленно покачала головой.
— Я и понятия не имела, что у тебя кто-то есть. Насколько это серьезно?
Оливия закусила губу. Жасмин могла иногда раздражать своим постоянным любопытством к личным делам каждого, но Оливия умирала от желания поделиться с кем-нибудь своими новостями.
— Вчера вечером Робби сказал мне, что в июне у него отпуск, и он может приехать погостить. Он сказал, что ему нужно обсудить со мной что-то очень важное, и он должен сделать это лично.
Жасмин ахнула.
— Думаешь, он собирается сделать тебе предложение?
Оливия усмехнулась. Она была так взволнована, что почти не спала прошлой ночью.
— Это звучит именно так, тебе не кажется? Я имею в виду, что он не проделал бы весь этот путь, чтобы расстаться со мной, не так ли?
Вокруг Жасмин закружилась аура тревоги.
— Ты серьезно думаешь об этом? Ты ведь не можешь знать его так хорошо.
— У нас было много долгих разговоров. Я могу сказать ему все, что угодно, и он поймет. Он заставляет меня смеяться. Я заставляю его смеяться.
— Девочка, он довел тебя до слез в прошлом декабре. Тебе было очень больно. Может быть, тебе стоит еще раз подумать об этом. Или хотя бы притормози.