Страница 29 из 51
Май поднял взгляд и решился спросить: — Много ли эльфов погибло сегодня?
Мель Ко Ор нахмурился. Огненный непроизвольно отшатнулся, опасаясь гнева Повелителя Орды, но тот так же тихо произнес: — Около трех дюжин.
Юноша посмотрел прямо ему в глаза и понимающе кивнул. Ни страха, ни осуждения. Лишь печаль и принятие. Какой-то пронзительно долгий момент они просто молчали. Осаррэ сделал один шаг, растворившись в окружающей темноте, и вновь оставил юных майо наедине с ночью.
Май поудобнее закутался в теплую шкуру. Он почему-то был совершенно уверен, что сегодняшние потери среди эльфов были следствием необходимости, а не жестокости.
Водный проводил Повелителя Орды взглядом, но никак не прокомментировал произошедшее. Вскоре оба юноши мирно спали.
— Как такое возможно?! – голос Императора был исполнен гнева. Многочисленные музыки ветра, украшавшие Главный зал протяжно звенели, вместо того, чтобы услаждать слух нежной мелодией. Ледяной ветер гулял под гулкими сводами, отражая настроение своего хозяина. Вар Да невольно вздрогнула. Она очень и очень давно не видела своего царственного супруга в подобном настроении.
— Принц Феа Нор посмел отвергнуть Ваше мудрое предложение и решил отправить Сильмариллы к своему отцу – Королю Фин Вэ. Меж тем Темный проник на земли эльфов с небольшим отрядом, воспользовался древней техникой Рубинового портала и перехватил тех, кто перевозил зачарованные камни прямо на дороге, словно разбойник. – доложил бледный майо Воздуха, испуганно трепеща пышными белыми крыльями – Король Фин Вэ мертв, как и еще несколько десятков Перворожденных. Великий На Мо сообщает, что души несчастных появились у него в Чертогах и поведали о злодеяниях Мель Ко Ора в ужасающих подробностях.
— Дерзкий мальчишка! Его недальновидность послужила причиной того, что Сильмариллы оказались в руках Врага! – еще больше вспылил Ман Вэ. — Раз он сам отказался от помощи, то ему не стоит уповать на нее и впредь. Армия Империи Вали Нор не станет гоняться за камнями по всей степи.
Вар Да незаметно вздохнула. Разумеется, отправлять солдат в сердце земель Орды было бы крайне опрометчиво, но ее не оставляло чувство, что за кражей Сильмариллов стоит не простое желание обладать редким сокровищем, а нечто куда большее. Впрочем, прежде чем доносить эту мысль до царственного супруга, ей предстояло кое-что проверить.
========== Глава 19. Исход ==========
— Ваше Высочество… — воин ввалился в зал, где шел военный совет – грязный, оборванный, в крови. Принц Феа Нор узнал в нем одного из тех солдат, что уехали сопровождать зачарованные камни в замок отца. Он тотчас вскочил и сделал шаг навстречу. Разговоры моментально смолкли.
— Король Фин Вэ… погиб. – эльф сделал вдох, восстанавливая дыхание – Темный напал на отряд… Сильмариллы похищены… многие…убиты.
Первые мгновения в зале царила гробовая тишина. В услышанное сложно было поверить. Король мертв. В то время, как они здесь разрабатывали стратегию по сдерживанию вражеской армии у Завесы – Мель Ко Ор пересек грань и коварно напал на отряд сопровождения, перевозивший камни.
Лорды видели, как от лица принца отлила кровь, он скрежетнул зубами, а в глазах загорелось злое бушующее пламя, но голос, которым он обратился к доставившему скорбную весть был обжигающе спокойным и холодным: — Подробности!
— Похоже, Темный переместился к тракту при помощи Рубинового портала. С ним было пятеро балрогов.
Феа Нор кивнул. У отряда не было шансов. Преследовать Темного – поздно и бесполезно.
— Его Величество Фин Вэ выехал навстречу… — нолдо осекся. Всем был известен вспыльчивый характер принца и его огромную любовь к отцу. Все ждали вспышки гнева, проявления эмоций. А их все не было. И это пугало неизмеримо больше, чем любая ярость.
Выслушав рассказ о случившемся, Феа Нор отпустил воина и обратился к притихшим лордам: — Простите… Я… должен вас оставить. – голос принца звучал отстраненно, глухо, непривычно.
— Да, разумеется, Ваше Высочество. – только сейчас благородные нолдор позволили себе хоть немного выдохнуть, выразить принцу свои соболезнования и заверения в вечной преданности.
Феа Нор остановил их словесные потоки властным жестом и спешно покинул зал.
Только оказавшись в собственных покоях, нолдо дал волю гневу и скорби. Известие о гибели отряда разведчиков неподалеку от Завесы застало его в разгромленной комнате, со сбитыми в кровь костяшками пальцев. Единственным, кто решился потревожить Феа Нора в этот час был его старший сын – Май Ти Мо. Высокий рыжеволосый юноша без спросу проскользнул в комнату и опустился на колени подле отца, отстраненно сидящего прямо на полу среди полнейшего беспорядка – драгоценнейшие предметы безжалостно разбиты и разломаны, словно здесь пронесся ураган. Впрочем, ураган, определенно, являл собой куда меньшее бедствие, чем Феа Нор в гневе.
— Снова гонцы, отец. – тихо произнес Май Ти Мо. – Еще один отряд столкнулся с Темным у самой Завесы. Все мертвы…
Принц молча кивнул.
Рыжий нолдо посмотрел с теплотой и сочувствием: — Я уже отдал кое-какие распоряжение. Если хочешь…
Феа Нор не дал ему договорить: — НЕ НУЖНО! – прервал он сына.
Принц резко поднялся, в черных глазах полыхала злая решимость: — Пойдем. Впереди много дел.
Май Ти Мо последовал за ним. Выйдя за дверь опочивальни, наследник погибшего короля вновь явил миру образец холодной сдержанности. Только странные отголоски в тоне голоса и бешенный блеск во взгляде выдавали его истинные чувства.
Принц нолдор горел изнутри. Отца больше нет… Как нет и камней – венца его творения, в которое он вложил собственную душу, на которые возлагалось столь много надежд. Ведь зачарованные камни, кроме всего прочего, могли собирать и накапливать магическую энергию – хотя бы то немногое, что имелось за Завесой. Именно благодаря им нолдор впервые с момента становления Грани смогли хоть немного колдовать – не артефактами, зельями и свитками, а именно при помощи чистой Силы. Давно забытое чувство. То, чего лишили их Валар, якобы для защиты от Темного. Феа Нор едва слышно ругнулся: — Лжецы!!!
Похороны прошли словно дурной сон. Коронация, назначенная на следующий день, состоялась прямо под открытым небом, у дворца — дабы ее мог созерцать как благородный люд, так и простые нолдор. Пышное убранство, нарядные одежды, драгоценные ткани и кубки, цветы и журчание фонтанов мало гармонировали с молчаливой сдержанностью толпы и мрачной атмосферой. Уже очень и очень давно ни один король эльфов не восходил на трон в ореоле столь скорбных событий. Лицо самого принца Феа Нора являло собой словно бы вырезанный в мраморе лик статуи – столь же прекрасной, сколь бесстрастной и холодной. Одежды его сочетали цвета траурных и торжественных, так же облачились все семеро его сыновей. Под причитающиеся случаю песнопения на густые черные волосы принца возложили корону – настолько же впечатляющую, величественную и красивую, как и сами нодлор – простота и строгость, без лишних украшений.
Народ приветствовал нового короля радостными криками. Феа Нор поднялся и обернулся к собравшимся. Взгляд его полыхал ярче, чем самоцветы в венце, а голос звучал подобно раскатам грома: — Скорбен и судьбоносен этот час! Ибо Темный Враг Мира осквернил наши земли своими злобными деяниями! Он пролил кровь нолдор, пролил кровь моего отца, посмел завладеть Сильмариллами – последней надеждой нашего народа на чудеса. Валар держат нас за Завесой, перекрыв тем самым доступ к магии, якобы для нашей защиты. Но они не способны защитить нас! А значит Завеса – лишь решетка на окнах нашей тюрьмы! Валар продолжают навязывать свою волю, говорить, что нам делать и как жить. Но мы не должны и дальше слушать их лживые речи! Мы не должны бояться их гнева! Это они должны опасаться того могущества, что мы обретем за гранью мира!
По толпе пробежал испуганный шепот, ибо речи новоявленного короля были дерзки и богохульны. Но столь пламенно говорил он, столько силы и веры было в его речах, что им невозможно было не внять.