Страница 65 из 149
— Ага, — он ухмыльнулся. — А еще он мой крестный.
Удивленно хмыкнув, я продолжала рассматривать учебники. Больше ничего интересного я не нашла, программа, по сравнению с Дурмстрангом, была очень упрощена.
Каникулы приближались к концу, а завтра всем уже нужно было возвращаться в школу. И если нам было от этого не сильно грустно, наоборот, я была рада вернуться, сильно соскучилась по школе, то Драко возвращаться не горел желанием. Ему было интереснее проводить время с нами, а в Хогвартсе, как он рассказывал, приходилось все время притворяться и нельзя было показывать свои слабости.
В последний вечер мы сидели в большой уютной гостиной, Нарцисса и Мария о чем-то тихо беседовали за чашкой чая, Ричард разбирал какие-то документы, а Люциус читал книгу. Мы вчетвером расположились на ковре у камина, тихо разговаривая. Мальчишки обсуждали новости про новые метлы, которые начнут продавать в следующем году. Говорят, что они будут гораздо лучше предыдущей модели. Драко взахлеб рассказывал про них, надеясь, что будет счастливым обладателем такой метлы. Люциус, услышавший сына, пообещал, что купит их всей школьной команде Слизерина, если Драко в следующем году получит место ловца. Мальчик просиял, словно начищенный галеон, а Геллерт обещал летом ему помочь с тренировками.
— Ричард, — позвала я мужчину, а в голову пришла очередная идея, возможно, не самая удачная. — Я за каникулы уже услышала историю про одного темного волшебника. Быть может, вы тоже нам расскажете про еще одного?
Все присутствующие удивленно посмотрели на меня, а от Ирма, что сидела рядом, ткнула в бок.
Ричард, поднял на меня взгляд, отвлекаясь от своих документов. Повисло напряженное молчание, только Люциус довольно усмехнулся, пряча улыбку в кулак.
— Расскажите, пожалуйста, про Грин-де-Вальда. Ведь ваши родители поддерживали его, уверена, что вы многое от них слышали.
По напряженному лицу мужчин было понятно, что ворошить прошлое ему не очень хотелось. Но, отложив пергамент, он устало потер глаза, а потом, откинувшись в кресле, произнес:
— Юная леди, язык твой — враг твой. Но раз уж эти каникулы время откровений, то я тоже внесу свой вклад. Скажу честно, я помню не так много, но расскажу, что смогу.
Остальные удобнее расположились вокруг, а я прислонилась спиной к дивану, куда с ногами залезла Ирма. Вытянув ноги, я принялась внимательно слушать. Рассказ меня полностью захватил, и я даже никак не отреагировала, когда Геллерт, уставший сидеть, растянулся на ковре рядом и положил голову на мои колени. Чтобы хоть как-то занять руки, я принялась перебирать его волосы, путаясь в мягких черных прядях, что вечно у него были в легком беспорядке и не желали спокойно лежать. Впрочем, я-то знала, что он сам их часто специально лохматил, придавая себе еще более озорной вид.
Рассказом, пусть и не таким информативном, как у Люциуса я осталась довольна, а для себя сделала заметку, что было бы неплохо узнать и про Грин-де-Вальда побольше. Не всегда плохой пример заразителен. Некоторые вещи стоит просто знать, чтобы не мыслить стереотипами, навязанными обществом. Волан-де-Морт и Грин-де-Вальд плохие и злые волшебники, убившие множество людей, никто не спорит, но что-то же их сделало такими, какими они стали. Почему люди не пытаются в этом разобраться, чтобы, если и не оправдать их, то хотя бы понять.
— Вот так. Это, пожалуй, все, что я помню. Он был жесток. Жесток и безумен, не стоит искать в его действиях смысл, Венера, — добавил Ричард, закончив свой рассказ. — Надеюсь, вы извлечете из него пользу.
Попрощавшись, Ричард вышел из гостиной, а его жена последовала его примеру. Я продолжила сидеть, размышляя над всей этой историей. Будучи уже достаточно взрослым, Грин-де-Вальд не сомневался в существовании Даров Смерти, предметов из старых добрых сказок. Быть может, у волшебника были какие-то причины полагать, что они действительно существуют. Не будет же взрослый человек тратить свое время, гоняясь за мифами и легендами.
Интересно, было ли это уже после моего рождения и знает ли об этом что-нибудь отец.
Вспомнив про Салазара, я поняла, что давно поймала себя на мысли, что пора наведаться в Замок Слизеринов. Ведь там, если верить письму, находится портрет моего отца, а значит, и возможность с ним поговорить. Уверена, он сможет ответить на многие мои вопросы, а уж какие знания хранятся в замке трудно представить. Решив, что летом я непременно этим займусь, я опустила глаза вниз, поймав настороженный взгляд Розье. Осмотревшись, я поняла, что мы остались одни. Со своими размышлениями я и не заметила, как все разошлись.
— О чем задумалась? Не о Дарах Смерти, надеюсь? — спросил он, даже и не думая поднимать голову и продолжая лежать на полу.
— О них, — ответила я, решив не лукавить. — Интересно, а я уже родилась, когда это все случилось? Думаю, что нужно летом посетить родовой замок.
Геллерт поднялся и сел напротив меня. Его выражение из настороженного перешло в задумчивое.
— Думаешь, это хорошая идея?
— А почему бы и нет? — пожала плечами я. — Там есть его портрет, стоит с ним пообщаться. И мне не терпится увидеть библиотеку.
— Не кидайся только с головой в изучение всякой опасной магии. Ну, там с принесением в жертву младенцев и воскрешению мертвецов, идет?
— Слишком уж много обещаний ты в последнее время от меня требуешь, тебе не кажется? — спросила я, вопросительно поднимая брови и улыбаясь.
— Возможно, — слегка улыбнувшись мне в ответ, ответил он.
— Что это было? В тот вечер на Рождество? — спросила я, затаив дыхание. Этот момент долго не выходил у меня из головы, и я решила получить немного ответов.
— Извини, не удержался.
— От чего?
— А ты приставучая, — усмехнулся Геллерт, хитро прищурив глаза и немного наклоняясь ко мне.
— Скорее любопытная и хочу кое в чем разобраться, — ответила я голосом, чуть громче шепота, смотря в его глаза. Сердце стучало, словно сумасшедшее, бешено колотясь о ребра.
— А не думаешь, что я могу запутать тебя еще больше? Может, вернемся к этому разговору через несколько лет? — спросил тихим голосом Розье, а я поняла, что все это время зря думала, что его обаяние на меня не действует. Просто он на мне его еще не пробовал в полной мере.
— Не думаю. Можно ведь все непонятные моменты просто обсудить путем диалога, знакома тебе такая вещь? — с трудом сглотнув и сосредоточившись, ответила я, стараясь не смотреть на его губы. Он довольно близко ко мне наклонился.
— А не боишься, что услышишь что-то, к чему ты не будешь готова?
— И к чему же я могу быть не готова? — отвечать вопросом на вопрос было, кажется, не очень плохой идеей.
— Давай я тебе дам небольшую подсказку, — ответил Геллерт, дернув немного уголком губ и наклоняясь еще ближе ко мне так, что я ощутила его дыхание на своем лице. Понимая, что сама напросилась, я испуганно замерла, опуская взгляд, а Розье, наклонившись ко мне, слегка коснулся своими губами моих и замер. Через несколько секунд он так же медленно отстранился. Подняв на него взгляд, я заметила, что он довольно улыбается, глядя на меня со своей любимой усмешкой.
— Ну, как? Готова к разговору или отложим на несколько лет? — чуть ли не смеясь над моим ошалевшим видом, спросил Розье.
— Зачем ты это сделал?
— А зачем обычно кого-то целуют? — явно наслаждаясь всей этой ситуацией, ответил он. Я смутилась, опуская взгляд. Мерлинова борода, да меня сейчас впервые поцеловали.
— Ну, если кто-то кому-то нравится, наверное, — слегка запинаясь, произнесла я, не решаясь поднять взгляд.
— И что тогда из этого выходит?
— Почему нельзя просто ответить? — спросила я, резко вскидывая голову. Все эти игры меня вводили в ступор, а зная Геллерта, нельзя было от него воспринимать такие вещи всерьез. — Думаешь, это все смешно? Ты просто решил развлечься? Не думаю, что стоит разбрасываться такими вещами!