Страница 130 из 149
Не знаю, в курсе ли ты про эту легенду, но я на всякий случай отправил тебе страницу из книги, в которой рассказывается про тайную комнату.
Венера, ты — единственная живая наследница Слизерина. Скажи, известно ли тебе про это что-то? Я уверен, что ты никак не причастна к этому, но мысль, что кто-то решил поиграть в «наследника» меня раздражает.
P.S. Буду ждать твоего ответа, и держать в курсе событий. Что-то подсказывает, что этим все не закончиться.
Твой друг, Драко Малфой»
Посмотрев на вырванную страницу, я поняла, что она из «Истории Хогвартса», которую я читала. Но мне не нужна была эта информация, потому, что мне доподлинно известно, что именно находится в тайной комнате, а также, что она действительно существует. Но мысль, что кто-то ее мог открыть, была смешной. Да и к тому же, василиск убивает взглядом, а не обращает в камень. Глупости какие-то.
Но что-то меня тревожило. Письмо Драко вызывало какую-то настороженность. Нужно срочно поговорить с отцом! До начала занятий оставалось десять минут, а сейчас у меня было зельеварение.
— Что пишет Драко? — спросила Ирма, заглядывая в письмо, но я его тут же свернула, не давая прочитать.
Не обращая внимания на удивленные взгляды подруг, я прихватила сумку и направилась к преподавательскому столу, бросив на подруг извиняющий взгляд и пообещав, что все расскажу вечером.
— Господин директор, — произнесла я, привлекая внимание Каркарова, понизив голос так, чтобы разговор не достиг посторонних ушей, — мне нужно с вами поговорить. Это очень важно и не может ждать.
— Вы уверены, что это не в рамках полномочий вашего декана? — бросив на меня недовольный взгляд, спросил Каркаров.
— Уверена. Не могли бы вы уделить мне немного времени? И этот разговор не для посторонних.
Директор окинул меня задумчивым взглядом, а заметив, как я нервно тереблю письмо, встал со стола и сделал знак следовать за ним. Повел он меня сразу в свой кабинет, а я обрадовалась, ведь именно там находиться камин, на который я рассчитывала. Осталось убедить Каркарова, чтобы он мне разрешил отлучиться на час из Института, хотя это и противоречит всем правилам.
— Что у вас? — спросил Каркаров, когда я зашла в кабинет за ним следом и прикрыла за собой дверь.
— Мне нужно в замок. На один час, я хочу воспользоваться вашим камином.
— И с чего бы я должен вам это позволить? — скрестив руки на груди и устремив на меня сердитый взгляд, спросил директор. — Существуют правила, госпожа Слизерин, и даже вам нельзя их нарушать.
— Я понимаю. Но прошу вас, это очень важно. Я должна поговорить с портретом своего отца, чтобы узнать кое-что. От этого могут зависеть жизни многих людей! — воскликнула я, нацепив на лицо испуганное выражение.
- И чем же вы, в сущности, еще дитя, сможете спасти их? — все еще сомневаясь, спросил Каркаров, но я видела, как его глаза зажглись любопытством, когда я упомянула замок и портрет отца.
— Просто узнав какие-то детали, и если я права, то сообщу нужным людям. Я не могу рассказать вам подробностей, но, прошу вас, это очень важно.
Какое-то время, Каркаров молчал, обдумывая мои слова, а потом поднялся с кресла и заявил:
— Пусть будет так. У вас один час, но я отправляюсь с вами.
Я не была удивлена такому повороту событий, но была рада, что он согласился. Подойдя к камину и взяв какой-то предмет, он вытянул руку в приглашающем жесте, предлагаю мне зайти в камин первой, а когда я зашла, то протянул горшок с летучим порохом, а после встал рядом, положив руку мне на плечо.
— Нигрумкор, — произнесла я, кидая порох в камин, который тут же вспыхнул зеленым, перенося меня в замок.
Оказавшись в главном холле, я позвала Хеймерика, который незамедлительно оказался передо мной, удивленно рассматривая.
— Маленькая леди так рано вернулась! — начал он восторженно лепетать, но я подняла руку, обрывая его.
— Проводи господина Каркарова к Елене, пусть она угостит гостя чаем в малой столовой, и скажи, что я приду туда позже! — приказала я, направляясь к северному крылу.
Быстро преодолев расстояние, я оказалась в лаборатории, на ходу порезав ладонь и прижав ее к раме, а пока отец еще не появился, я направилась к зелью, чтобы проверить его готовность и с удивлением обнаружила, что я немного ошиблась в расчетах и оно почти готово, осталось добавить последний ингредиент. Как все удачно сложилось!
— Почему ты не в школе? — раздался недовольный голос Салазара, заставляя меня обернуться.
— Отец! — воскликнула я, подходя ближе к портрету. — Скажи мне, как открыть Тайную комнату!
Брови мужчины взлетели вверх, и он удивленно рассматривал меня, а я принялась рассказывать, что творится в Хогвартсе.
— Какой вздор! — рявкнул он, когда я закончила свой рассказ. — Ее никто не может открыть, потому что для этого нужно владеть парселтангом. А снять печать может только мой наследник.
— Вот как? А где она находится?
— Замок переделали немного. Я не знаю, что сейчас там находится, но один вход расположен на третьем этаже замка. Больше я тебе ничего не скажу, но могу успокоить тебя, что тайная комната тут не при чем, как и василиск, живущий там.
— Почему ты в этом так уверен? — удивленно спросила я, вскинув голову.
— Потому, что василиск не обращает в камень, а убивает. Кто-то в Хогвартсе просто хочет создать смуту для каких-то своих целей. Смею предположить, что кому-то не угодил нынешний директор…
— А что, если ее уже открывали? Тогда печать заклинаний уже сорвана, верно?
Салазар только нахмурился и задумался, а потом добавил:
— Даже если это и так, то в любом случае нужен тот, кто владеет парселтангом. К тому же, василиск будет слушаться только моего наследника.
Слова отца заставили меня задуматься… Все это было слишком странным. Но я немного успокоилась. Вероятность, что в Хогвартсе найдется волшебник, владеющий парселтангом, была ничтожно мала. К тому же, отец сказал, что если бы это была Калия, то она не ограничилась бы кошкой, и весь Хогвартс уже утонул бы в крови и трупах, и в замке не осталось бы ни одной грязнокровки. Не сказать, что это обнадеживает, но хоть что-то. Выходит, что василиск благополучно спит, и слушать будет только меня, а я вот не планирую устраивать смертоносные знакомства.
Решив, что не стоит себя грузить тяжелыми мыслями, я добавила последний ингредиент в зелье и теперь уже сняла его с огня и оставила его настаиваться, а на каникулах оно уже будет готово, останется разлить по флаконам, по моим подсчетам получилось около трех небольших порций, буквально по глотку в каждой.
Вернувшись в малую столовую, где мило беседовали Елена и Каркаров, чем меня несказанно удивили, я сообщила, что все в порядке и можно возвращаться в Институт. Елена одарила меня напоследок недовольным взглядом, очевидно, ей не понравилось, что я пропускаю занятия.
Оказавшись в кабинете директора, я рассказала ему о письме и о том, что в Хогвартсе происходят странные вещи, а к отцу я ходила, чтобы узнать, что находится в Хогвартсе. Пришлось соврать, и сказать, что никакой тайной комнаты он там не создавал и все это глупости, а теперь там кто-то сеет смуту.
Каркаров только с задумчивым видом слушал меня, а потом велел никому про это не говорить, аргументируя тем, что это не наши дела и не стоит зазря привлекать к этому внимание. В этом я, конечно же, была с ним согласна.
А еще я ощутила проблеск недоверия, исходящий от него и мне стало ясно, что он догадался, что я соврала, но ничего мне про это не сказал. Я поторопилась побыстрее убраться от его пронизывающего и неприятного взгляда.
Зельеварение я уже пропустила, поэтому зашла в комнату, чтобы немного подумать, а потом уже отправиться на урок Темных искусств, а еще нужно написать письмо Драко. Решив начать с письма, я достала чернильницу и пергамент и принялась излагать то, что стало известно. А когда закончила, то прочла еще раз написанное.