Страница 111 из 149
Люди все громче задавали вопросы, а судя по интонации, это они и были, но мы их не понимали. Когда Геллерта ударили по лицу, я вскрикнула и обратилась к мужчинам:
— Мы не знаем немецкий. Может, кто-то знает английский? — спросила я, стараясь говорить мягким голосом.
Мужчины переглянулись, а вперед вышла женщина в очень неопрятной на вид темной мантии и с грязными блондинистыми волосами.
— Что вы здесь делаете? Отвечайте! — на ломаном английском произнесла она.
— Мы здесь оказались случайно! Мы были в Болгарии, гуляли по парку, а потом я взяла в руки мягкую игрушку и мы оказались здесь, — женщина нахмурилась, пытаясь понять, вру я или нет.
— Прошу вас, отпустите нас!
— Ну, уж нет, девочка. Вы попали на нашу территорию. Мы не пускаем чужаков. Наш главный сам решит, что делать с вами, — обращаясь ко мне, ответила женщина и что-то крикнула мужчинам, которые нас поволокли в какой-то дом, а там уже, связав нам руки, грубо усадили на продавленный диван, что очень сильно пропах плесенью, а обивка была вся к дырах и непонятных разводах.
Палочки остались в руках у той женщины. В комнате осталось еще трое мужчин, которые больше обращали внимание на Розье, похоже, считая его более опасным из нас двоих.
Я пыталась незаметно спалить веревки, но привлекла взгляд мужчины, который почувствовал запах горелого. Окинув меня взглядом черных глаз, он что-то сказал другому и тот, вышел из комнаты, а затем вернулся с каким-то странным зельем.
Понимая, что это сейчас будут вливать в меня, я приняла решение, что настало время радикальных действий, и выпустила пламя, не сдерживаясь, одновременно направляя его и на веревки, и на незнакомцев.
Веревки плавились, обжигая кожу, а я только посильнее стиснула зубы. Когда путы слетели, я кинулась к Геллерту, но не успела. Но помощь была не нужна. На месте парня стояла огромная черная пантера, оскалившаяся на ведьму.
— А теперь стойте, и без фокусов! — бешено вертя глазами, произнесла женщина, направив свою палочку на меня, на что Геллерт-пантера недовольно зарычал.
А я видела, что она в ужасе смотрит на тела, что я спалила огнем, не удержав контроль над ним. Холод сковал меня, но я твердила, что это была самозащита. Впрочем, у одного из мужчин горло было просто разорвано, похоже, это работа Геллерта, который не растерялся.
В голове что-то щелкнуло, и я вспомнила, как мне уже причиняли вред, а сейчас, у этой компании не самые гуманные помыслы на наш счет. Нет, я уже дала себе слово, что никому не позволю причинить себе боль.
Прикрыв на мгновение глаза, я почувствовала, как в груди поднимается такой необходимый сейчас гнев. Как смеет эта тварь угрожать мне или моим близким! Мне, дочери великого волшебника, который многим пожертвовал для меня. Открыв глаза, я поймала бешеный взгляд ведьмы и усмехнулась.
Палочка в ее руке дрогнула.
— Ох, не следовало тебе этого делать, — спокойно произнесла я.
Вспомнив, что я читала про легилименцию и навязывание своих мыслей чужому разуму, я старалась внушить ведьме, что мне нужны мои палочки.
Со стороны двери раздался топот ног, но я, не глядя, возвела стену огня. Никто сюда больше не пройдет и позволит закончить то, что я уже начала.
Возвращаясь в сознание женщины, я внушала ей мысль, что мне нужно отдать палочки. Свободная рука дрогнула и опустилась в карман, откуда она достала две мои волшебные палочки. Протянув руку, я забрала обе, а потом недолго думая, применила заклинание, которое мне уже давно хотелось опробовать:
— Круцио!
Раздался громкий крик и женщина рухнула на пол. Геллерт принял свою человеческую форму и направился в мою сторону.
— Венера, прекрати. Давай уйдем отсюда, — попытался воззвать к моему здравомыслию парень, но я с таким наслаждением смотрела, как фигура корчится на полу, царапая грязные доски и ломая об них ногти.
— Венера, прекрати! — рявкнул Геллерт, вставая передо мной, загораживая эту картина, а я нахмурилась.
— Она хотела меня убить! Я больше не позволю никому вредить мне или тем, кто мне дорог! Никто не должен избежать за это наказания, — произнесла я, какой-то частью ума понимая, что все это уже похоже на помешательство.
— Давай уйдем, — раздался тихий голос Розье, а я только глубоко вздохнула, прекратив мучить женщину.
— Да кто ты вообще такая? — раздался сорванный от криков голос ведьмы.
— Я дочь своего отца, — ответила я, переступив через нее.
Отдав парню свою палочку, я направилась к выходу. Погасив огонь и не обращая внимания на враждебные взгляды, я целенаправленно шла к выходу, а как только оказалась снаружи, схватила Геллерта за руку и трансгрессировала в особняк Розье. Напоследок я подожгла дом, не сильно беспокоясь о том, сгорит ли он полностью со своими обывателями или нет.
В мыслях женщины я увидела то, кем они были, а так же обрывки мыслей о том, какая участь ждет нас. Стать обедом или присоединиться к «семье» вампиров, оба варианта были неприемлемы для меня, как и то, что они любили делать с детьми. Закрыв глаза, я пыталась отогнать все эти чужие мысленные образы.
Оказавшись в саду поместья Розье, я почувствовала, что из носа снова пошла кровь, а сознание стало отключаться. Последнее, что я запомнила, как сильные руки подхватили меня, не дав расшибить себе голову о мраморные плиты.