Страница 26 из 123
***
Регина! Едва выйдя из лазарета, Рина оказалась в крепких объятиях Снежаны. «С освобождением!»- поздравила Регину Деланей. «А к чему и как можно подключиться, чтобы если не раньше всех и не обо всем, то хотя бы вместе со всеми узнавать о том, что меня непосредственно касается»,- несколько раздраженно поинтересовалась Рина, но, заметив смущение на лицах Деланей и Снежаны, смягчилась: «Ладно, проехали, спасибо за теплую встречу, кстати, где, Роуз?» «Она тоже очень хотела тебя встретить, но не смогла, потому что уроки в Адамантике еще не кончились, и кто-то должен был остаться нас прикрывать»,-виновато пояснила Делани. Одновременно с окончанием оправданий Деланей раздался щелчок, возвестивший об успехе усилий возившейся всё это время с подбором ключей к внушительному замку деревянной расписанной ярким восточным сине-красно-оранжевым узором двери Снежаны.
«Это что, вход в царство Аида?»- пошутила Регина, скептически осматривая показавшуюся в дверном проеме узкую и плохо освещенную железную лестницу и впрямь похожую на спуск в преисподню. «Нет, на нулевой этаж»,- рассмеялась Деланей: «Если честно, мне тоже дизайн этой лестнички не очень нравится, но она вполне надежна, просто Адамантику достраивали уже после начала войны, когда не было времени на излишние украшательства. Однако сам этаж вполне уютен, если такое понятие вообще применимо к нежилым помещениям». «И все же куда мы идем?»- продолжила допытываться Рина, все-таки начавшая спускаться следом за подсвечивающей дорогу при помощи озаряющего все вокруг мягким светом молочного цвета кристаллом Снежаной. «Для начала сюда»,- ответила Деланей, шедшая первой, и потому уже успевшая зайти на нулевой этаж, распахивая одну из вереницы темно-синих дверей, отличающихся только посеребренными номерами.
Дверь под номером семьдесят четыре оказалась входом в царство сумок. В большинстве своем это были абсолютно одинаковые сумки коричневой кожи с длинными ремнями и застежками клапанами.
«Сейчас мы в одной из комнат вспомогательного этажа»,- наконец по-настоящему ответила на вопрос Регины Деланей: «На нем ты сможешь обзавестись всем необходимым для посещения занятий в Адамантике от формы до канцелярских принадлежностей, причем бесплатно на правах гостьи Вилоры, в отличие от урожденных вилорцев, которые обычно платят чисто символическую плату за приобретение нужных вещей». «Жаль, что мы не смогли показать тебе его в первый же день»,- грустно добавила Снежана.
***
Ларс уже собирался выныривать, когда руки сестры настойчиво потянули его вниз, заставив вновь погрузиться в воду, оглядевшись по сторонам и не обнаружив никакого возможного резона этой выходки, юноша бросил на нее недоуменно-раздосадованный взгляд. И лишь после того, как Стрелия недовольно закатив глаза, повернула голову брата влево и вниз, до него дошла причина ее поступка.
То, что выражение замок Шавр стоит на озере Хагн, не фигура речи, а единственной опорой замка является желание короля Квинтилиана, было общеизвестным фактом. Однако с момента постройки Шавр ходили упорные слухи о том, что его фундамент опирается не на королевское пожелание, а на дно озера и построен он с использованием магии. И сейчас, у Ларса перед глазами было вполне осязаемое подтверждение этих слухов: стены замка стояли вовсе не на поверхности Хагн, а уходили глубоко под воду. Но главным, на что и пыталась обратить внимание брата Стрелия, был ряд узких окошек, зарешеченных и затянутых рыбьим пузырем.
Проткнув пузырь на одном из них несколькими точными ударами, Стрелия, просунув руку в образовавшуюся щель, полила кованную решетку растворяющим зельем, а затем, с легкостью перепилив прутья пролезла внутрь. Окно оказалось высоко расположенным от пола, и потому от перелома конечностей брата с сестрой спасла лишь правильная группировка во время падения. Узкое оконце привело их в не менее узкий коридор, по обеим сторонам от которого тянулись латунные двери.
«И где же сокровище?»- язвительно поинтересовалась у брата Стрелия. «А какое сокровище вы ожидали увидеть в тюрьме?»- неожиданно ответил вместо Ларса приглушенный женский голос. «Кто здесь?»- выставив руку с кинжалом вперед себя, оглянулась по сторонам Стрелия. «Сдвинь заслонку на двести десятой камере и узнаешь»,- предложил голос. Продолжая держать в правой руке кинжал, девушка рывком сдвинула заслон на двери указанной камеры. «Сибила»,- коротко представилась пленница: «Опусти нож, я даже к двери своей камеры подойти не могу, не говоря уже о том, чтобы причинить тебе какой-то вред».
Прямые длинные волосы с неровными концами розового с красным оттенком цвета, некоторые пряди которых и вовсе были фиолетовыми, подчеркивали нездоровую белизну кожи, а яркие одновременно синие и сиреневые, напоминающие василек, расцветший в ночном небе, глаза окончательно подтверждали – их обладательница русалка.
«Кто знает, какие преступления ты совершила, раз оказалась здесь?»- грубо спросила Стрелия, продолжая сжимать рукоятку кинжала: «И что ты можешь выкинуть даже сидючи за решеткой?» «Разве ты еще не поняла дочь Квинтилиана: жизнь не всегда справедлива, и вовсе не обязательно что-то совершить, чтобы стать изгнанником?»- усмехнулась узница.
«Моей фамилией до замужества была Леоновская, будучи старшим ребенком в семье я в полной мере унаследовала колдовской талант своей матери а, когда пришло время вошла в Совет Двенадцати, увы, этот момент совпал со смертью короля и вашим похищением»,- начала рассказ русалка: «Впервые в истории Вилоры все ее врата были заперты, единственными ключами к ним стали поисковые медальоны, должные привести наследников в отчий дом, независимо от нынешнего местоположения последних. Искренние мечтатели по-прежнему могли попасть в Вилору извне, а вот выйти стало значительно сложнее. Однако и такая возможность существовала, ведь одновременно с медальонами была изготовлена королевская брошка в виде четырех скрепленных вместе ключей каждый из которых отпирал одни из ворот, а чтобы избежать ее попадания не в те руки, решили, что владелец броши из числа советчиков каждый день будет меняться. День моего дежурства подходил к концу, я передала брошку Тарсису, а утром следующего меня арестовали по обвинению в пособничестве Георгине и Элеоноре, путем передачи королевской броши непосредственной похитительнице Альде, арест которой был произведен ночью. Кто-то из Совета подставил меня, а Аиса, даже не выслушав мои объяснения, самолично произвела мое обращение в русалку».