Страница 61 из 64
— Мне будет очень приятно, Балтик. — Костя сбросил пиджак и закатал рукава.
— Там, а не здесь, — сказала я, указывая на другую сторону пастбища, которая была в основном грязной. — Я не хочу больше разбивать этот кристалл. У вас есть пять минут, чтобы выбить друг из друга все живое, а после этого вы должны вести себя вежливо и прилично. Вы оба согласны с условиями?
— Победит достойный. — Костя бегал глазами.
— Больше не вскакивайте от каждой мелочи, которую воспринимаете как оскорбление. Я устала от того, что вы двое готовы вцепиться друг другу в глотки, и думаю, все остальные тоже устали от этого. — Женщины кивнули. Мужчины избегали смотреть мне в глаза.
— Ты ведь не будешь возражать, если их клан окажется в вейре? — Спросила Эшлинг Дрейка, когда Балтик и Костя отошли футов на шестьдесят, Бастиан и Цзян последовали за ними, то ли для того, чтобы поддержать Костю, то ли для того, чтобы судить.
— Все не так просто, — сказал Дрейк. — Есть правила приемов кланов. Я даже не уверен, что у Балтика вообще есть клан.
— Но если он у него есть, они могли бы присоединиться, тогда Ясолд могла бы стать послом, а доктор Костич мог бы… — Эшлин оборвала фразу, когда маг посмотрел на нее.
Балтик с воплем бросился на Костю, который в ответ отскочил в сторону и нанес ему сильный удар ногой в бедро.
— Мог бы что? — спросил Костич, его бледные глаза были напряжены.
— Оставить их в покое? — сладко спросила она.
Пыль поднималась с поля, где двое мужчин теперь кружили вокруг друг друга, периодически нанося удары руками и ногами.
Костич издал насмешливый звук.
— Я никогда не хотел от драконов ничего, кроме меча, который по праву принадлежит магам, и тебе это должно быть хорошо известно, Страж.
— В вейре нет места для клана, который убивает членов другого в мирное время, — сказал Габриэль, с интересом наблюдая, как Костя бодается головой с Балтиком, который ревел от ярости. Двое мужчин упали в облако пыли.
— Балтик не убивал синих драконов.
— Это ты так говоришь. — Серебристый взгляд Габриэля переключился на меня. — Но у нас есть только твое слово. Вейру едва ли достаточно этого, чтобы снять обвинения.
— Если вы собираетесь снова спорить, я пойду и понаблюдаю за сражающимися. Я полагаю, что небольшое заклинание, увеличивающее скорость черного дракона, в случае… — доктор Костич встал из-за стола, бросил салфетку и зашагал к месту боя.
Я вздернула подбородок и обратилась к Габриэлю:
— Теперь я понимаю, почему Балтик так противился встрече с вами. Ваше решение уже принято.
Наступила тишина… тишина, смешанная с хрюканьем и приглушенными криками двух мужчин, которые снова были на ногах, грязные, потные, с красными пятнами.
— Он, должно быть, это сделал. Он работал с Фиатом, — сказал Габриэль, как будто пытался убедить себя.
— Как и ты, судя по тому, что рассказал мне Джим, — возразила я, начиная злиться.
— Я не сговаривался с Фиатом! — Габриэль выглядел удивленным.
— Не сейчас, но ты это делал. Или Джим солгал, когда сказал, что ты помог Фиату отравить Эшлинг и взять ему ее в жены?
Снова наступила тишина.
— Чертов ублюдок! У меня только что был он сломан! — Заорал Балтик возмущенным голосом, хватая Костю за горло и отбрасывая его на несколько ярдов. — Вот именно! Если у меня будет кривой нос, то и у тебя будет!
Оба снова исчезли в мягко кружащемся облаке пыли.
— О боже, надеюсь, что нет. Мне нравится нос Кости таким, какой он есть, — сказала Кирена, даже не глядя на дерущихся.
— Ну? — Спросила я Габриэля, который выглядел очень смущенным.
— Знаешь, она права, — сказала Эшлин. — Тогда ты работал с Фиатом.
— Я пытался остановить его, чтобы он не сделал еще хуже, чем сделал!
— Я просто хочу сказать, что, возможно, Балтик помог Фиату достичь одной цели, но так чтобы это не полностью соответствовал его планам. Что он и сделал.
— Все сводится к доказательствам, — медленно произнес Дрейк. — У тебя нет доказательств его невиновности, а у нас есть свидетели, которые утверждают, что он был с Фиатом во Франции во время убийства.
Я посмотрела на них, сидящих вокруг стола, настолько расстроенная всем этим, что мне хотелось закричать. Как они могли не видеть, что Балтик не виновен? Как они могли поверить, что он безжалостно убил столько драконов?
— Позволь спросить тебя, Дрейк: ты когда-нибудь видел, чтобы Балтик хладнокровно убивал драконов?
— Он убил много драконов из всех кланов, — уклончиво ответил Дрейк.
— Это пустая трата времени, — сказал я с отвращением. Тогда я поняла, что мы никогда не заставим вивернов понять, что Балтик невиновен.
— Боюсь, что дальнейшие споры окажутся бесплодными, — сказал Дрейк.
Несколько мгновений я смотрела на свои руки, сжав пальцы так крепко, что они побелели.
— Балтик не позволит себя мучить и я тоже.
— Ты не оставляешь нам выбора, — предупредил Габриэль.
— Ты должна понять, что если Балтик откажется отвечать за выдвинутые против него обвинения, между нами возникнет состояние войны, — сказал Дрейк.
— Нет, — сказала Эшлин, ее лицо исказилось. — Неужели еще одна война?
Война. Слово эхом отдалось в моем сердце, отрывая от него маленькие кусочки. Снова война. С войной приходили смерть, разрушения и страдания, которым не будет конца.
— Только не это, — прошептала я.
— Какая война? — Смущенно спросила Кирена.
Мне хотелось разорваться на миллион осколков и улететь по ветру. Мне хотелось заснуть и не просыпаться. Я хотела спрятаться в прекрасном доме Балтика, который заставлял мою душу петь и никогда не покидать его.
Я хотела Балтика.
— Война между кланом Балтика и вейрами, — печально сказала Май.
— Объявляем войну?
— Вы объявили нам ее, — ответила я.
— Тебе не обязательно идти этой дорогой, — сказал Дрейк, его глаза потемнели.
— Вы не оставляете нам выбора.
— Война не может быть легкой, — сказал он, беря Эшлинг за руку. — Это касается всех в клане. Когда кланы находится в состоянии войны, все считаются жизнеспособными целями для нападения.
Холод пронзил меня, омыв страхом, какого я никогда не испытывала.
— Бром, — прошептала я, представив себе, как его используют в качестве заложника. Или еще хуже.
— Мы не нападаем на детей, — сухо сказал Дрейк, в его глазах вспыхнул гнев. — А вот пара — совсем другое дело.
— Ничего не изменилось, — тихо сказала я, отчаяние наполнило меня при мысли о том, что ждет впереди. — Тогда была война, будет и теперь. Тогда были смерть, гордость и отказ признать проигранное дело, все это повторяется. Я знаю, чем это закончится, я не позволю этого, не снова.
— Мы должны что-то сделать, — сказала Эшлин Дрейку.
Он покачал головой.
Я подняла голову, слезы блестели в моих глазах, когда я ступила сначала на стул, а затем на центр стола.
— Я этого не потерплю! — Закричала я, широко раскинув руки. — Если вы не закончите это сейчас, то это сделаю я!
— Что она делает? — Спросила Кирена, когда Дрейк вскочил на ноги, схватил Эшлинг и оттащил от стола.
Я закрыла глаза, позволяя огню Балтика разгораться во мне, нарастать, создавая знакомое ощущение давления, когда я сказала слова, которые отошлют их подальше от меня.
— Костя? — С беспокойством спросила Кирена, пятясь от стола.
— Беги, птичка, — сказал Габриэль Май, поднимая ее на ноги и подталкивая к выходу из дома.
— Что происходит? — Спросила Эшлинг, когда Дрейк, с трудом заставляя ее следовать за собой, наклонился и поднял ее. — Дрейк! Что ты делаешь?
Воздух вокруг меня зарябил, собираясь в круг со мной в центре, сила набухала внутри меня, когда я формировала ее, визуализируя единственную оставшуюся мне возможность.
— Охваченная горем, — воскликнула я, позволяя огню поглотить каждую частичку моего существа, когда я использовала его, чтобы произнести заклинание.
— Я думал, она под запретом. — Сказала Май Габриэлю, когда он снова велел ей бежать.