Впереди планеты всей

Только потом, когда он оглянулся и увидел бледную, задыхающуюся от испуга мать, то понял, что это был тот самый дементор, которым пугают всех детей магического мира. Хотя, как по мнению самого Драко, тот был скорее жалким, нежели страшным. Вот тетя Белла – да, страшная. Особенно, когда начинает сюсюкаться с ним, как с малышом. Еще и за щеки треплет так, что те едва не отваливаются. Вот это – настоящий темный маг. А бедняга в драном балахоне скорее сойдет за попрошайку Лютного, нежели за стража тьмы.

Крестный тогда долго водил над ним волшебной палочкой, бормотал странные заклинания и едва ли не зубы пересчитывал, пытаясь понять, почему Драко не сожрал этот самый дементор. Потом процедил, что у Малфоев слишком толстая шкура, чтобы ее можно было хоть чем-то пробить, развернулся и помчался в свою лабораторию. Экспериментировать.

- Здравствуй, Драко. Ты очень сильно вырос.

Отец был бледным и еще более худым, нежели при их прошлой встрече. Было видно, что Люциус Малфой устал и изможден, но на его речь, равно как и отношение к Драко это ничуть не влияло. На самом деле, он толком и не помнил отца – когда того арестовали, он был слишком мал.

Только вот и крестный, и дядя Антонин отзывались о Люциусе Малфое уважительно, и с каким-то восхищением, словно тот был не преступником, а как минимум – министром магии.

Это наполняло Драко гордостью и решимостью вытащить когда-нибудь отца из Азкабана. Даже если придется сварить самый огромный котел с бодроперцовым в мире и взорвать эту тюрьму!

Правда вот, дементоров ему было тоже жалко. Одежды толковой нет, так еще и жилья лишатся. А к себе в Мэнор он их тащить не хотел. Да и в Хогвартс не приведешь – все с криками разбегутся, вопя о нашествии темных сил.

Именно поэтому Драко и придумывал какой-нибудь другой способ по спасению старшего Малфоя.

Так, чтобы не пришлось потом отстраивать что-нибудь.

========== Дух Мерлина ==========

Драко было скучно. Настолько скучно, что он решил как-то разбавить серую краску своих будней и устроить в школе переворот. Для этого он собрал всех неравнодушных однокурсников (а к тому времени, Драко обожал уже весь факультет и некоторая часть других, включая слизеринцев) и начал читать речь:

— Великие волшебники и волшебницы! Как вы знаете, мы, будущее магического мира, должны изменять застоялое болото знаний и традиций нашей школы! Ведь как нам заповедали наши великие Основатели? Учиться, бороться и радоваться каждому дню! – Драко перевел дух и начал читать куда как медленнее, так как речь для него писала одна из старшекурсниц, за скромную плату, разумеется.

Многие из первокурсников, собравшихся в гостиной, были впечатлены и слушали его с искренним вниманием (на откровенно позевывавшего Уизли, Драко принципиально не обращал внимания).

— Так вот, — продолжил он, — мы должны что-то изменить в нашей школе, чтобы остаться в памяти наших потомков как те, кто выполняют заветы Основателей!

— И что будем менять? — спросила Сьюзен, как всегда скептично настроенная по отношению к его идеям. — Поженим горгулью, охраняющую кабинет директора? Или найдем Тайную комнату Салазара Слизерина?

— Нет, — гордо ответил Драко, в глубине души, восхищенный идеями Боунс. — Мы изгоним Биннса!

— Что?! — воскликнула добрая половина однокурсников, явно думая, что у них проблемы со слухом.

— Ну а что, — пожал плечами Драко, — он только и делает, что бубнит. Гоблины то, гоблины се… изгнать его, а вызвать какого-нибудь короля, пусть рассказывает. Уж всяко поинтереснее будет, чем бесконечные восстания слушать.

— Как ты можешь так говорить? — возмутилась Гермиона. — Профессор Биннс, уважаемый преподаватель, профессионал и рассказывает историю магического мира!

— Неа, — радостно улыбнулся Драко, эффектно взмахнув мантией как делал крестный, — не нашего, а гоблинского! Уж лучше вызывать дух самого Мерлина, пусть учит нас!

Первокурсники замолчали, ошарашенные предложением Драко. Учиться у самого Мерлина… да, это вам не книззл чихнул!

— Знаешь, Малфой, — произнес Терри Бут, равенкловец, до этого со скепсисом слушавший речь Драко. — Если ты сможешь призвать Мерлина, то клянусь, сжую собственную шляпу!

Драко лишь снисходительно посмотрел на него.

— Бут, я не сомневаюсь, что твоя шляпа чрезвычайно аппетитное блюдо, — заметил он, выразительно уставившись на вышеупомянутую деталь гардероба. — Но не думаю, что это будет хорошим условием пари.

— Струсил? — рассмеялся Терри.

— Хаффлпафцам неведомо такое понятие, — с высокомерным видом произнес Драко, но тут же испортил весь эффект хитрой улыбкой. — Впрочем, я могу потребовать с тебя любое другое желание, в случае успеха.

— А в случае проигрыша? — влез Уизли, которому не терпелось доказать, что Малфои темный род и вообще, прячут Мерлина чуть ли не в собственных кальсонах.

— Если проиграю, то готов признаться в любви Дамблдору, — с траурным видом заявил Драко, — Он настолько старый, что может и удар получить от такого.

— Идет! — азартно потер руки Терри, которому не терпелось начать вызывать Мерлина.

И с легкой руки Малфоя, весь первый курс практически поселился в библиотеке, попутно испытывая свои находки на Пиввзе, которого ничуть не было жалко.

========== Какао и вурдалаки ==========

Что может быть лучше приключений?

Правильно ― какао со сливочным взрыв-мармеладом. Именно к этому выводу приходит Драко, когда оказывается в центре гостиной Хаффлпаффа, дрожащий от холода и пережитого стресса. Да и немудрено! Драко не полоумный гриф, чтобы нестись на всех парах навстречу вурдалаку, только что испившему крови единорога. Он представитель доблестного факультета барсуков, которым не зазорно испытывать чувство страха. Немножко.

Вот угораздило его так нелепо попасть на эту отработку!

И если бы было за что.

Драко всего лишь споткнулся о чей-то «вовремя» подставленный ботинок и вылил канареечное зелье на дьявольские силки. Как результат ― зеленые побеги стали ядовито-оранжевого цвета и принялись чирикать, хватая всех подряд за мантии и буквально душа от обилия чувств. Декан не оценила сей поющий хор и прицельно испепелила растение заклинанием Инсендио. После чего схватила спрятавшегося под столом Драко за оттопыренное ухо и повела на ковер.

Так он и попал на отработку к вурдалакам.

Точнее, к гриффиндорцам, тоже умудрившимся вляпаться в приключение. С драконом. Это ему по секрету рассказал Гарри, пока они шли в сторону Запретного Леса. Драко оскорбился до глубины своей богатой и нежной души. Как же! Его не позвали к Хагриду посмотреть на настоящего норвежского горбатого! Вот наверняка это Уизли виноват. Вечно кичится тем, что у него брат в заповеднике работает драконологом. Вот и решил быть в центре внимания.

Драко прицельно пнул камень, так, чтобы тот попал точнехонько Уизли под зад. Тот обернулся, громко сопя и багровея ушами, но доказать, что это был Малфой не смог. По его словам, всегда и во всем виноват Малфой. Даже в том, что на завтрак подают тыквенный сок.

Доля истины в его словах была, но насчет тыквы ― полная ложь.

Когда пришла пора разделяться и патрулировать окрестности, Драко сразу решил, что пойдет с Клыком. Да и как иначе? Ведь тот был очаровательнейшим псом, храбрым и отважным. Гарри не разделял его взглядов, но что этот невежественный гриффиндорец понимал в животных?

Именно в эту прекрасную лунную ночь Драко встретил вурдалака. Самого настоящего. В черном плаще, бледного и пьющего кровь невинных. Конечно, он сначала не узнал его, приняв за очередного дементора, но лежащий рядом мертвый единорог не оставлял никаких сомнений.

Драко решил делать так, как учил дядя Антонин ― сначала ударить со всей дури, а потом сбежать. Верное заклинание левитации, надежное и проверенное, как дубина тролля, не подвело и здесь. Мертвый единорог послужил прекрасным подспорьем, чтобы придавить нечисть к земле.

После этого Драко, вместе с Гарри запустили в вурдалака заклинанием чесотки и поспешили притвориться гоблинами, возвращающимися домой. То есть припустили со всех ног в сторону замка.