Страница 126 из 141
- Почему не бежишь? У тебя ведь был шанс сохранить свою никчёмную жизнь, – враг подошёл очень близко и теперь нависал над сидящей на коленях Памеллой как башня.
- Ты и сам знаешь, почему, – голос той не дрожал, но было видно, что ей страшно. – Я не хочу умирать, но уж лучше я, чем она.
- Почему ты так печёшься о той, которой совсем нет дела до тебя? Она заслуживает смерти.
- Все заслуживают смерти. Но я не хочу, чтобы Кармен умерла напрасно. Да, она была не права, когда отняла у тебя твою любовь. И она никогда не рассказывала мне, что лежит у неё на сердце. Мы никогда не были близки настолько, чтобы считаться друзьями. Но она – это всё, что у меня есть. Если я не буду в неё верить, то кто?
- Тогда я уничтожу твою веру… – в его глазах вновь зажглись кровавые огни. – Я буду отрывать от твоего тела кусок за куском и смотреть на то, как ты будешь медленно умирать ради той, на кого возложила все свои надежды.
«Я не хочу умирать, но я должна принять это. Мне уже не страшно», – она сумела поднять глаза на потенциального мучителя. – «Ну, давай же, убей меня и забери моё проклятье с собой…»
Взрывная волна сорвалась с места, целясь ей в правую руку…
«Черт!» – Кармен и сама не поняла, что сделала, но когда Памелла лишилась кисти, тело словно зажило своей жизнью. Вот она несется навстречу парочке и отталкивает Мэл с линии атаки, сама подставляясь под смертельный удар. Было больно. Даже очень. И времени слишком мало, чтобы сказать Айдо, как сильно она любит его. Она могла сделать лишь одно.
- Прости меня, Куран. У меня и правда не было другого выбора... – прошептала она, превращаясь в пепел.
Боль… дикая боль прошила правую конечность, когда кисть вампирши превратилась в ничто. Но это было ничтожным по сравнению с той болью, когда Фрост поняла, что сделала охотница.
- Кармен? – тонкий и едва различимый голос девушки, протянувшей к Стронг свою руку. Но пальцы коснулись лишь горстки разбитых осколков, развеявшихся на ветру.
«Нет… Это ведь неправда? Это была всего лишь очередная её копия?» – не могла поверить в случившееся Мэл, круглыми от страха глазами взирая на остатки одежды подле себя. Но действительность оказалась жестокой – она больше не чувствовала присутствия Кармен на территории академии. И вместе с этим чувством осознания что-то оборвалось внутри.
Кое-как встав, вампирша, шатаясь, медленно побрела прочь, остановившись у края пропасти. Боже, как же ей хотелось теперь сигануть вниз и также просто разлететься на куски, как только что рассыпалась её слуга, а вместе с нею развалился и весь её мир. Памелла открыла рот и тихо запела на неведомом языке. То было прощальной песней для её погибшей подруги и соратницы. Голос её был дивным и печальным, а непонятные слова врезались в сердце, оставляя после себя шрамы. Этот древний язык знали только члены клана Фрост и использовали в песнях, чтобы оплакать своих погибших родных. Но чистокровные вампиры не могли плакать прилюдно, поэтому слёзы за них лило небо…
Тёмные тучи сгустились над разрушенной академией Кросс. Пошёл дождь. Прощальная песня Памеллы была предназначена для красивых поминок, но и для вызова дождя. И теперь, когда водная стихия вновь была в её власти, чёрное око девушки вновь загорелось алым светом.
«Я исполню свой долг… ради тебя, Кармен».
Тяжёлые капли сгустились вокруг Курана и вдруг вытянулись, превратившись в острые штыки, стремящиеся проткнуть его. Остальные дождинки завертелись по кругу, расширяясь и увеличиваясь. И вот перед создательницей образовалось водное торнадо, поднимающее каменные глыбы с тяжким грохотом. Где-то вдали прозвучал гром, сверкнула молния, когда вихрь пошёл прямо на чистокровного противника Мэл, которая в этой жуткой буре казалась богиней возмездия, спустившейся на землю, чтобы покарать убийцу…
Все было развеяно, уничтожено в один момент. Казалось, что мир превратился в безводную пустыню – ни облачка на небе, ни лужицы под ногами. Так, словно Памелла и не вызвала дождь и не показывала все, на что была способна. Куран уничтожил и это – последнее, на что она могла надеяться. Теперь у Фрост не осталось ничего, кроме её боли. Вампир надвигался на нее, словно символизируя неизбежность.
«Не получилось…» – всё, что сделала девушка, так это в очередной раз убедилась в своей бесполезности и беспомощности. Вместе с последней капелькой влаги испарилась и вся её надежда пусть даже на маленькую, но победу. Она так и осталась стоять посреди руин на самом краю наклонного камня, слушая приближающиеся шаги Канаме за своей спиной. Уничтоженная кисть сильно болела, медленно самовосстанавливаясь от нанесённого удара чудовищной силы Курана, но Фрост было всё равно на это. Весь этот мир казался ей чуждым, жестоким и негостеприимным.
- Всё кончено. Ты победил. Так что просто убей меня, – произнесла она треснувшим голосом. Вампиршу больше ничто не удерживало здесь. Ведь не было того, кому она была бы нужна. Так зачем ей жить?
Восток заалел, и на горизонте показалась узкая полоска света. Первый солнечный луч красного солнца упал на лицо Мэл, и в этот момент у неё случилось новое видение.
«Нет…»
Она и Канаме вместе существуют в лучших традициях брака и семьи. Боль, горечь, тьма – их постоянные спутники…
«Нет…»
Она беременна от него. У них будет мальчик…
«Нет. Пожалуйста, нет! Только не это…»
Когда он родится, она умрёт, потому что будет знать, что именно её ребёнок принесёт будущему миру только горе и несчастья. И, в конце концов, уничтожит обе их расы.
«Нет… Хиро… Не может быть!»
Это убьёт её, но не изменит сути. Проклятье её рода станет проклятьем потомков клана Куран…
Что ж, если могло случиться худшее, то оно только что произошло…
Куран схватил её за волосы, с силой разворачивая к себе и заставляя смотреть себе в глаза.
- Убить? – он издевательски улыбнулся, – Нет, моя милая. Теперь ты будешь жить вечно. Вечное страдание, вот что ты заслужила за то, что сделала. И я позабочусь о том, чтобы ты жила.
Памелла смотрела на него, но словно бы не видела. В её потухших и некогда прекрасных очах была лишь отрешённость и обречённость. В них больше не было жизни. Она сломалась под гнётом всех обстоятельств судьбы, приговорившей её к жесточайшей каре – наблюдать за собственным падением и падением всего мира от руки её будущего ребёнка. Памелла не могла больше бороться с этим, как и не могла избежать того, что с ней случится в будущем согласно видению.
- Делай, что хочешь…
Мир кончился, а жизнь продолжалась. Жизнь под покровом тьмы и ночи, освещаемой лишь обманчивым светом луны – символом неизбежности.
Комментарий к ГЛАВА 24. Мира нет? Открою секрет, принцесса – хэппи-эндов не бывает.
(с) Кармен Стронг
Весьма спорное изречение, но именно этой истории оно подходит как нельзя лучше. С самого начала повесть о двух путешественницах во времени задумывалась такой – жестокой, реалистичной, бьющей по больному. Изначально благое дело далеко не всегда приводит к нужному результату, а за каждую грубую ошибку приходится платить. И зачастую расплата настигает нас, когда мы совсем не готовы. Не готовы уходить из жизни, только обретя своё счастье, не готовы прощаться с любимыми, просто не успевая этого сделать... А некоторым не светит даже смерть.
История Кармен и Памеллы неоднозначна и печальна, но это же делает её оригинальной и отличной от других. Возможно, не все ожидали такой развязки, однако здесь выбора не было – время всегда стремиться вернуться к константе событий, как его не изменяй, и даже самым сильным бессмертным существам не бороться с ним, что и хотелось показать.
Спасибо всем, кто был с нами. Надеюсь, что читателям всё же понравилось и вы получили удовольствие и другие эмоции от истории этих двух. Благодарю за прочтение!
P.S. для тех, кто захочет остаться с нами: эпилог выложу через день, следом за ним будет ещё два спецвыпуска для дополнения картины и разбавления впечатлений. Пишите, следует ли вообще их выпускать и до скорой встречи.