Страница 5 из 10
– Я уверен, что вы уже слышали наши новости, поэтому я хотел бы, чтобы вы все оторвались от работы и поприветствовали Роберта Дейка из его экспедиции в Египет!
Профессор Таккер поднял свой бокал в честь Роберта, и к нему присоединился Декан Церкви Христа и громко крикнул:
–Ура! Ура! Ура!
Это он устроил фуршет в честь возвращения Роберта в большом зале Крайст-Черч-колледжа.
Роберт скучал по Оксфорду, особенно по своей старой студенческой жизни.
– Церковь Христа, – думал Роберт, – все еще остается лучшим колледжем в мире»!
Он был очень горд тем, что был «членом Палаты».
Прошла уже неделя с тех пор, как он прилетел, и жизнь начала возвращаться в нормальное русло. Его квартира на Ботлевской дороге снова стала «домом», и начинало казаться, что экспедиции никогда не было, и что все это было просто увлекательным сном.
Тем не менее, несмотря на то, что он был рад вернуться домой, он также скучал по времени в Египте. Несколько раз он ловил себя на том, что нежно поглаживал Анхка, висящего у него на шее, вспоминая о поиске сокровищ в далекой стране, о женщине со светлыми волосами, красивыми глазами и солеными губами и о фараоне, ожидающем воз
– Роберт! – обратился к нему декан колледжа, и Роберт снова вернулся к реальности. – Я слышал, что вы приняли участие в одном из величайших археологических открытий всех времен? Я действительно с нетерпением жду возможности услышать больше, но наш старый хрыч ничего нам не рассказывает!
Дин высокомерно засмеялся, отмахиваясь от бокала портвейна, протянутого доктором Таккером.
– Боюсь, я действительно не смогу рассказать вам больше, сэр. Но я надеюсь, что заставлю колледж гордиться собой… и работой, которую делает доктор Таккер. Он гений, сэр.
– Так над чем именно сейчас работает доктор Таккер в своей новой потрепанной лаборатории?
– Имей терпение, Алекс! И перестань задавать мальчику такие неудобные вопросы! Ты же знаешь, что ложь не поможе тебе! – пришел на помощь Роберту доктор Таккер.
– Мэтью, – декан был в дружеских отношениях с доктором Таккером, -я думаю, что учитывая потенциал, который есть у этого молодого человека, колледж хотел бы предложить ему стипендию. Как ты думаешь, из него получится хороший доктор философии? – спросил декан в шутку.
– О, я думаю, да, – ответил профессор, слегка похлопав Роберта по спине.
Улыбка вспыхнула на лице Роберта. Быть приглашенным самим деканом на стипендию было большой честью.
– Роберт, – продолжил профессор. – Как я уже сказал, у тебя большой потенциал, и тебе давно пора получить докторскую степень. Если хочешь, чтобы я был твоим научным руководителем, не стоит ждать слишком долго. Ты же знаете, я вряд ли долго протяну…
– Чушь, Мэтью, ты еще долго будешь с нами. Я в этом уверен! – расстроенный упоминанием о раке, медленно убивающем профессора, декан отошел, чтобы посмотреть «как поживают другие старые педерасты!».
Выпив еще два бокала портвейна, д-р Таккер пригласил Роберта в смежную комнату, и молодой человек последовал за ним. В комнате было пусто. Они сели на кожаные кушетки у потрескивающего камина, и профессор молчал, задумчиво рассматривая свой бокал. Наконец он закурил, слегка откашлялся.
– Вредная привычка… не знаю, почему она меня беспокоит.
Старый профессор не выглядел плохо для своих лет. Около шести футов ростом, он не был толстым, хотя, справедливости ради надо было заметить, что за последние годы талия его слегка округлилась. У него все еще была роскошная шевелюра, тронутая благородной сединой. В отличие от волос на голове, его брови почти волшебным образом оставались полностью черными. Мягкие голубые глаза создавали впечатление доброго, вдумчивого человека, который видел много жизни, но которому все это нравилось.
– Роберт, ты проделал замечательную работу! Новости из лаборатории были хорошими сегодня. Все образцы мумии фараона имеют первичный материал ДНК. Я хочу начать процесс завтра, и я хочу, чтобы ты очень внимательно наблюдал за всем, что я буду делать. Это такой же твой ребенок, как и мой. Я хочу, чтобы твое имя было в Белой книге рядом с моим.
– Как много времени нам потребуется?
– Для чего? Пока у нас не родится живой и здоровый маленький фараон? – профессор отхлебнул портвейн и сильно затянулся сигарой. – Ну, у нас уже есть пара потенциальных суррогатных матерей, и несколько яйцеклеток ожидают оплодотворения. Если все пойдет хорошо, я думаю, у нас может быть пара младенцев в течение года. Не позднее, чем через четырнадцать месяцев. Но это не то, что я хотел обсудить с тобой. Роберт… – Профессор откашлялся и наклонился к нему. – Дело в том, что если ты хочешь претендовать на звание доктора философии, ты не можешь использовать это для своей работы. Ты должны придумать что-то свое, что-то новое и оригинальное. Звание дают только за то, что не было сделано раньше…
– Я знаю… и отчасти поэтому я никогда не претендовал на это звание. Я не могу придумать ничего нового и оригинального! – признался Роберт, слегка смутившись.
Они оба сидели молча, уставившись на пламя. Затем профессор заговорил, и его голос стал немного тише, чем раньше.
– Пока тебя не было, мы усовершенствовали процесс. Мы еще ничего не публиковали, и, вероятно, не будем. По крайней мере, пока. Это слишком чувствительно. Слишком… ну, скажем так, мы можем сделать больше сейчас, чем мы могли даже мечтать еще несколько лет назад. Если придешь в лабораторию в воскресенье днем, я тебе все расскажу. Затем я хочу, чтобы ты подумал обо всем, что мы можем сделать… или могли бы сделать… собрать все кусочки головоломки вместе, а затем придумать НОВУЮ идею… твою собственную идею. Я знаю, ты можешь сделать это, мой мальчик. Я знаю, что ты можешь…
***
Прошла неделя с тех пор, как Роберт в последний раз видел Софию. Во время телефонного разговора Роберт взволнованно рассказал ей о стипендии и финансировании, которое он получил в своем колледже в Оксфорде, и она испытывала огромное чувство гордости за него. Это было немного тревожно. Хотя всегда был постоянный поток поклонников, она на самом деле редко влюблялась в мужчин.
После их ночи страсти в погребальной комнате фараона она много думала о нем, особенно в те редкие моменты, когда она сидела одна в гробнице под землей, каталогизируя несметные сокровища мертвого царя.
До этого момента у нее было пять любовников, и встреча с Робертом была самой эротичной и захватывающей, которую она когда-либо имела. После нескольких дней размышлений она решила, что хочет большего.
Она должна была снова увидеть Роберта.
Ей не пришлось долго уговаривать молодого человека. Это был простой телефонный разговор.
– Послушай, я буду в Париже на следующих выходных, нужно доставить артефакты профессору, который собирается провести для нас кое-какие исследования и в Лувре. Я хотел бы снова увидеться… Если хочешь, можем встретиться в Париже, чтобы выпить и поболтать, – предложила она нервно.
– Хм… – он играл с ней. – Может быть, может быть… Но ты должна пообещать мне романтическую ночь в парижском отеле!
Это была жестокая игра.
Роберт пробудил в ней страсть, и она не могла дождаться, когда снова окажется наедине с ним. Она не могла точно определить, что именно в нем так захватило ее разум, но, вероятно, это был его взгляд «маленького растерянного мальчик» в сочетании с фантастической улыбкой и парой прекрасных зеленых глаз.
Роберт был на полголовы выше Софии. Хотя молодой человек выглядел довольно худым, он был удивительно силен. Далекий от стереотипного образа ученого-ботаника, Роберт гордился своей внешностью, всегда одеваясь в в соответствии с последней модой.
Закрывая глаза, София вспоминала его иссиня-черные волосы, ямочку на подбородке и широкие плечи. И эти глаза…
Она не могла дождаться, когда увидит его вновь.
Пролетела следующая неделя, и когда они встретились в пятницу вечером в аэропорту имени Шарля де Голля недалеко от Парижа, она бросилась в его объятия. Роберт крепко обнял ее, чувствуя запах ее духов и запечатлевая ощущение ее кожи на своей.