Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 38 из 95

 — Встретила того, кого хотела встретить, — ядовито произнес Эрвин.

 — Ты бредишь или просто погулять вышел? — я перестала любезничать, — мне что, нельзя никуда пойти, прежде чем не отчитаться?

 — Ты сказала ему, что я безотцовщина, — процедил парень, и я почувствовала, как он скрипнул зубами. Добромир поднялся. Парни встали друг против друга.

 — Я ничего не слышал. Слово Светозарова, — произнёс чемпион.

 — Имей в виду, я не нуждаюсь в жалости, — рубанул Эрвин.

 — Я тоже, — бросил Добромир.

 В темноте два силуэта казались двумя столбами под напряжением, между ними только искры не проскакивали. Добромир всё-таки утратил хвалёное спокойствие.

 — Останешься с ним? — спросил Эрвин, обращаясь ко мне.

 — Останусь здесь, — ответила твёрдо.

Эрвин

Да хоть сто раз. Я шёл в темноте, пиная попавшиеся под ноги комья земли. Только дурак и слепец мог согласиться ехать с Добромиром. С кем я решил тягаться? Женский идеал мужской красоты и успешности мне не по зубам.

 Соня все больше отстраняется. Что я делаю не так? Почему она предпочитает Добромира? Задним умом понимал, что моя ревность, придирки, подозрения злят Соню, но ничего не мог с собой поделать. Как только я видел Добромира рядом с ней, ядовитые слова, как рой диких пчёл, слетали с языка.

Как хорошо было раньше, когда никто не отсвечивал рядом. Я вдруг вспомнил Асанну. Она ведь тоже ревновала. Теперь мы друзья по несчастью. Не прошло и года, как я начал понимать её неприязнь к Соне. А ведь раньше меня это веселило. Где теперь это  развесёлое веселье?

Я превращался в жалкого ревнивца, вид и слова которого противны самому себе. Мозг будто отключался при виде этих двоих. И сейчас я не мог сдержаться, отошёл на некоторое расстояние и сел на землю. Желание незаметно подползти к этой парочке, подслушать их разговор не давало сделать и шагу. Во что я превратился? В ничтожество, готовое выпрашивать, вымаливать благосклонность любимой девушки. Неужели она не видит, как мне плохо?

Я вспомнил, как мы пацанами дразнили одного ботаника из богатенькой семьи. «Первый от заду!» — кричали мы мальчишке, обкидывая его комьями земли. Теперь первым… стал я. Чем можно заслужить расположение Сони? Я не находил у себя ни одного достойного качества. А вот титул «первый от заду» был мне к лицу, особенно теперь, когда Соня послала меня подальше.

 — Эрвин, — из темноты возникла фигура Асанны, закутанная в тёмную шаль до земли.

От неожиданности я вздрогнул и уставился на неё.

 — Тоже не спиться? — спросил, горько усмехнувшись.

 — Голова болит, — Асанна приблизилась и села рядом. —  Навеселились с утра, вот и получили.  

 — Лучше занудами быть?

 — Лучше свои планы раньше времени не озвучивать.

 — У тебя получается? — я пожевал сорванную травинку.

 — Ну…, — Асанна помолчала, —  помнишь, наши результаты на Мерке? — тихо произнесла девушка.

 — Приблизительно. Средние.

Когда это случилось? Целую жизнь назад.

 —  Ниже средних, гораздо. И ни одну свою идею, а у него их тьма, Ларри не озвучил на Мерке, да еще внизу свалился в обморок.

 — Высотомер был неисправен?

— Такое возможно, Эрвин? Чтобы я, мечтавшая стать целителем, оказалась в нашей захолустной управе? Я получила самый дерьмовый результат в отличие от своих сверстниц. И не пикнула.

 — С Высотомером не спорят, Асанна.

 — Черта-с два, тупица. Я приготовила средство, выпила перед испытанием и Ларри дала под видом успокоительного. Когда бы мне представился еще такой случай. Какие будут выводы?

 — Почему ты не сказала мне?

 — А что бы ты сделал? Выпил настойку? И никогда  бы не узнал правды о себе. Вспомни, как мы потешались над Ларри. Вот-вот. Ты бы не избежал насмешек.

 — Если бы я знал, что показания Мерки ложные, не стал бы переживать.

 — Для всех на тебе стояла бы печать неудачника, — Асанна задумчиво посмотрела на звездное небо. — Какое  счастье, что брат преодолел свой страх и оседлал Горыныча.  Он ведь считал, что может умереть от снижения. Мне придётся… мне надо стать такой же сильной, как Ларри. А я боюсь.

 — Расскажешь брату?

 — Зачем? Он перешагнул свой страх. С ним всё в порядке.

 — А с тобой?

 — Я попытаюсь, — Асанна вздохнула. —  хотя…  чувствую себя…

 — Первой от заду?

 — Что?

 — Ничего страшного, я тоже первый с того краю, — ответил я, подмигнув сестрице Идепиус.

 — Поздравляю! — Асанна хлопнула в ладоши, — парочка неудачников разобралась, кто есть кто. А я-то думала, Эрвин — герой.

 — Я тоже считал тебя важной персоной.

 — Прозрел! Ларри давно говорит, подобное к подобному.

 — Только давай оставим это в секрете?

 — Уговор. Ты молчишь, и я молчу, — подмигнула в ответ Асанна, засмеявшись.

Из-за частокола появилась фигура Ларри.

 — Почему я один остался, я тоже с вами хочу, — проворчал он сонным голосом.

 От этого заявления мы просто грохнули от смеха.

 — Он в нашу компанию рвётся, —  проговорила Асанна, — принимаем?

Я, всё ещё смеясь, глянул на Ларри, который взирал на нас.

— И что я сказал? — пробормотал парень, почёсывая белёсую макушку.

— Ларри, ты и так всегда был почётным членом нашей команды! — воскликнул я с энтузиазмом, отчего очередной всплеск гогота поразил всех, в том числе и Ларри, которому было всё равно над чем смеяться, главное, чтобы вместе.

 — Нет, скажите, что тут происходит? — отсмеявшись, спросил белый китаец.

 — Эрвин обозвал меня первой от заду, — ответила Асанна, — а я соответственно его, а ты к нам присоединился.

 — Почему он так тебя назвал? — Ларри не понимал причины веселья.

 — Мы чувствуем себя э… такими, — Асанна недовольно скривилась, — не тупи.

 — Да, почему! В чём дело?

 Наши улыбки погасли одновременно, мы взглянули друг на друга.