Страница 5 из 6
Боремся, боремся, боремся…
Кто-то бухает по грязным угламНюхает клей, дрянью колетсяИ лишь в Переделкино каждый второйБорется, борется, борется…Кто-то на флейте играет сейчасКто-то сачком ловит бабочекА в Переделкино уж третий часСтоит у ковра сотня тапочекВ то время как в мире стабильности нетЕвропа захвачена геямиВ борцовском мосту чемберленам ответДаём мы могучими шеямиВ борцовском мосту за накатом накатРастим шеи мы, крепим плечиЧтоб знал всяк увидевший нас супостат –Не любим мы дерзкие речиНе надо, ребята, упрямо дерзитьВ попытке борца опечалитьНад шеями нашими не надо трунитьМы не для того их качалиВедь мы ж не бухаем по грязным угламМы всякою дрянью не колемсяА мы в Переделкино по вечерамБоремся, боремся, боремся…А в нашем зале очень много чучел
А в нашем зале очень много чучелОни тихонечко по стеночке стоятНавряд ли кто-то в жизни вас так бил и мучилКак этих кожаных застенчивых ребятИх бьют руками и ногами сбоку, снизуБашкой в ковёр втыкают в день по сотне разНо не услышите вы жалоб и капризовНе долетит ни стон, ни лёгкий «ох» до васПускай труха из них летит и бок заштопанПускай несладки и бесславны будни ихОни безмолвны, нет от них пустого трёпаИ безотказен из них каждый, мил и тихБлизка мне преданность и их самоотдачаБлизко смирение и но́ров по нутруНе причитают, не скулят, совсем не плачутВсегда готовы и в ночи и поутруНаверно я не образован, не тактиченНаверно где-то даже груб со стороныНо мне характер их ужасно симпатиченВот идеал, по мне, характера женыА у нас в борьбе…
А у нас в борьбе всегда одно и то жеВсе тебя хотят в ковёр впечатать рожейОтломать чего-то, душу вынутьДаже лучший друг мечтает кинутьЯ обычно сразу в партер – там спокойней, вродеНе так больно падать при таком подходеК земле поближе – выжить больше шансыНо и там не всё так просто… есть нюансыЗавернут порю так, что просто неприятноГде нога твоя, его где – не понятноИ что обидно – позы эти все при честном народеИ ты лежишь как кролик у удава в пищеводеА вокруг кричат все, хлопают в ладошиДаже смех с трибун какой-то не хорошийВот кому-то во втором ряду нейметсяПоднажми – орёт – давай, давай, сдаётся!А ты лежишь, секундочки считаяИ о времени, наступит что, мечтаяКак однажды на трибуне сидяБудешь весел, как других ломают видяНо, вот закончилась борьба – а всё одно и то жеВсе по-прежнему тебя хотят впечатать рожейЯ по привычке вниз – там поспокойней, вроде.Но и там всё те же позы… да при честном народе…Минпрос
Как-то на средь юношей МинпросеПодсушился я, пятёрку сбросилИ в первый круг попал я на грузинаЗа него болеют: папа, мама, дядя,дед, четыре сынаСели вкруг ковра они всей саклейХором все кричат – «Брдзола, Ираклий!»Понимаю – плохо моё делоЩа меня он обовьёт умелоИ прощай тогда Минпрос,кроссовки до свиданьяДвухрублёвое прощай моё питаниеЯ ведь не волшебник, не кудесникМладший сын его почти что мне ровесникНет, уважение я к его семье питаюНо нельзя мне без Минпроса, точно знаюА потому решил – пускай помруНо ущемлю его лохматую икруЗнает он чего стараться радиРади папы, мамы, деда, сыновей и дядиЭх, судьба едрёна жеребьёвкаНу, не подкачай моя сноровкаИ когда судья немножко свистнулНа меня взглянув вдруг с укоризнойОн взревел и двинул наобумСловно скорый поезд на БатумНо видали пострашнее испытаньяЖизнь тускла без двухрублёвого питаньяЯ зажмурился и на руке его повисИ между ног нырнул куда-то внизСловно многотонная трубаЗагудело: «Чтой-то за борба!»А Ираклий гордо бросил взглядВ самый шумный в самый первый рядТам на нас взирают, усы гладяПапа, дед, четыре сына, дядяИ ещё какой-то аксакалЕму рукой Ираклий помахалИ пока судья вдыхал, чтоб свистнутьЯ коленки изловчился стиснутьПоднатужился и глубоко залезОбняв подмышкой волосатый ахиллесВсе кричат – «Ираклий, не сдавайся!Не лежи там, в стойку поднимайся!Судья! Зачем свисток так поздно дунул!Когда красный ногу туда всунул»А Ираклий на табло печально глядяНа маму, папу, сыновей, на деда, дядюИ на свою чуть посиневшую ногу́Заорал вдруг – «Больно! Больше не могу!»До сих пор, глаза я закрываяЭту драму будто вновь переживаюКак сейчас стою я грустно глядяНа папу, маму, сыновей и дядюКак за ними с сумкой на плечоХромает грустно юный их бичо.И у всех один в глазах вопрос:Когда ж Ираклий разорвёт Минпрос?