Страница 2 из 22
Могучий Харрийский воин скупо улыбнулся. Очень знакомая ситуация. Шестнадцать лет назад он сам был на его месте. Юность Гармоничного – непростой период и для окружающих родичей, и для него самого. Горыне, таким именем Род Небесной Лазури нарёк своего Гармоничного сына, в некоторой степени проще – он носитель Образов Крови гражданских каст, а гражданские энергии имеют более плавную, потоковую структуру. Воинские же энергии хлёсткие и импульсные, максимально адаптированные для ведения боя, но в период взросления их всплески и провалы являют собой ту ещё пытку. Подрастающему Гармоничному воину пришлось изрядно намучиться. Хотя, конечно, с детскими приключениями Торбранда Смертоносного не сравнить.
Эту легенду в воинской касте знает каждый, по всем зафиксированным в архивных Скрижалях параметрам Торбранд Смертоносный был и остаётся самым мощным Боевым Асом в Галактике Пограничная за крайние четыре тысячи лет. Его рекорд по количеству уничтоженных врагов никто в Пограничной так и не побил. Вторая Асса завершилась, и возможности уничтожить ещё больше Тёмных у могучего Харрийского воина не будет. Но в остальном он обязательно будет достоин своего великого Предка. Хельга, мать Торбранда, появилась на свет в древнем воинском Роду, сыном которого являлся могучий Харриец. И многомудрые Наставники воспитывали Гармоничного бойца в соответствии с информацией о воспитании Торбранда Смертоносного, тогда ещё просто Тринадцатого, благоразумно сохранённой Хельгой в родовых Скрижалях. В древнем Роду хранилась вся информация о его Гармоничных сынах и дочерях, но взросление могучего Харрийца сопровождалось трудностями, очень схожими с детскими приключениями Тринадцатого, и информация Хельги помогла избежать множества ошибок. Теперь же сам могучий Харрийский воин помогал справляться с неизбежными трудностями юному сыну Рода Небесной Лазури.
Сереброволосый гигант указал на ошибки нескольким ученикам, падающим на скользком льду чаще других, и направился к краю тренировочной сечи. Здесь юный Гармоничный Мастер противостоял сразу четырём своим родичам, и из-за нешуточного накала страстей общий энергопоток учебного боя испытывал в этом месте постоянные всплески. Как раз сейчас случился очередной: личный энергоконтур Гармоничного синеглазого крепыша сгенерировал чрезмерно большой импульс, и отражающий град ударов Горыня начал двигаться с удвоенной скоростью. Его противники перестали за ним успевать, и юный Гармоничный, избежав всех атак, поразил их имитационными клинками. В эту же секунду сразу два мячика один за другим врезались ему в ухо и в глаз, и Горыня с тихим возгласом досады принялся потирать зажмурившееся от боли око.
– Да что за зараза! – в голосе юного Гармоничного звучала обида. – Я же уклонился! Я заранее уклонился от обоих мячей, а они всё равно в меня попали!
– Ты не рассчитал скорости, братец. – Харрийский воин протянул ладонь над головой юного Мастера, стабилизируя его энергоконтур, бушующий негодованием. – Ты провёл уклон слишком быстро. Твоя голова вернулась на место ещё до того, как мячики до неё долетели. Нужно было либо начинать уклон поздней, либо выполнять его медленнее. Для Гармоничного более эффективен первый вариант.
– В прошлый раз я пытался поступить именно так! – обиженно вздохнул Горыня. Несмотря на двухлетнее отставание в возрасте, он был заметно крупнее и на голову выше старших братьев, за что и получил своё имя. – Но не успел и заработал синяк под глаз! Веселились все, даже Целители, пока убирали фингал!
– Вы ведёте тренировочные бои без доспехов и энергозащиты не потому, что Наставники не верят в вашу честность, – без малейшей насмешки спокойно объяснил Харрийский воин. – Никто не сомневается в том, что вы не станете умалчивать о пропущенных ударах. Это делается так, а не иначе, дабы вы могли сполна ощутить их силу и последствия. После каждой тренировки Целители устраняют вам полученные травмы, но во время учебных боёв вы должны нарабатывать чёткий рефлекс: какой бы мощной ни была ваша защита, если есть возможность избежать вражеского удара, его необходимо избежать! Если бездумно перегружать свою защиту, она иссякнет гораздо быстрей, и произойдёт это как положено, то есть в самый неудачный миг! Посему лучше испытывать обиду от фингала под глазом на тренировке, нежели боль от утраты глаза в ходе реального боя!
– Я понимаю… – Юный Горыня снова печально вздохнул и негромко добавил: – Могучий Гьярдар, научи меня избавляться от синяков самостоятельно… А то уж больно обидно… Я просил родича из касты Целителей меня обучить, но он ещё молод и ему не хватает сил, чтобы продавить мой энергоконтур… А отвлекать Наставников из-за такой ерунды я не хочу.
– Будь по-твоему, – согласился Харрийский воин. – Обучить тебя полному процессу Саморегуляции я не смогу, на то тебе не достанет времени, но с парой десятков синяков мы с тобой разберёмся. Какой у вас счёт?
– Восемь – два в мою пользу, – доложил Горыня.
– Уже лучше, – оценил Гьярдар и обратился к его соратникам: – Братья, возвращайтесь к общей сече. Далее мы станем рубиться вдвоём. – Он развернулся к юному Гармоничному: – Давай-ка, попробуй достать меня клинком! Я буду сражаться с тобой только руками. Начнём с одной руки, с левой, но в остальном всё пройдёт по-боевому, так что не зевай! Начали!
Юный Мастер устремился в атаку, и от прилива энтузиазма его энергоконтур испытал очередной всплеск. Горыня наносил удары непрерывно, но дотянуться до Гьярдара никак не выходило. В самый последний миг могучий Харрийский воин оказывался либо на какой-то сантиметр дальше, чем имитационные клинки юного Гармоничного, либо вообще где-нибудь сбоку от линии атаки, откуда быстро и до обидного точно наносил короткие хлёсткие удары левой рукой по нервным узлам. Через получетверть часа из-за отбитых нервов руки начали отказываться работать, и Горыня остановился, тяжело дыша.
– Я не могу поразить тебя, могучий Гьярдар, – расстроился юный Мастер, потирая саднящие болью ушибы. – Не понимаю, почему так! Я отлично вижу все твои действия, но всё равно не успеваю! Что бы я ни делал, вечно какого-то мига не хватает!
– Тебе не хватает подвижности суставов, – ответил Харрийский воин. – Это свойство дети воинской касты развивают с четвёртого месяца жизни, посему достичь аналогичных показателей ты не сможешь. Но в бою с более сильным противником обучение проходит с максимальной эффективностью, так что уроки пойдут тебе на пользу. Твои родичи, рождённые в Священное Лето, весьма прилежно постигают ратный удел, но в силу огромной разницы в мощи личных энергопотоков сражаться с ними тебе слишком легко. Поэтому твоим спарринг-партнёром буду я. Позже, когда придёт черёд обучению ведению боя в космосе, я помогу тебе управляться со всплесками личного энергопотока. Их можно своевременно перенаправлять на Кристаллы корабля, увеличивая тем самым эффективность оборудования.
Гармоничный Харрийский инструктор обернулся к кипящей учебной сече и зычно объявил:
– Перерыв на четыре части! Смена рубящихся кругов! Подобрать мячики!
– Летать мне нравится, – оживился юный Мастер. – Но до совершеннолетия Наставники не пускали меня управлять судном. Потому что я постоянно набирал слишком резкие ускорения. Я не специально, просто так получалось – всплеск потока происходил неожиданно. – Он вновь расстроился: – У меня из-за этого не ладятся занятия по кастовому уделу. Вечно случается всплеск в самое неподходящее время! Идёт синтез сложного Кристалла, мне необходимо плавно довести расплав материала до необходимой температуры, а тут всплеск! – Горыня недовольно поморщился: – И я начинаю подавать на Кристалл Плавления слишком много энергии, скорость расплава растёт быстрее положенного, межмолекулярные связи вещества резко удлиняются, и Кристалл выходит с некондиционными параметрами.
– Зато ты точно знаешь, как именно ведёт себя вещество при превышении воздействия, – возразил Гьярдар. – На собственном опыте обучаешься тому, где, как и до какой степени можно рискнуть перегреть тот или иной Кристалл. Не знаю, как для удела Мастера, но для удела воина подобный опыт бесценен! В сражении боец должен чувствовать свои Боевые Кристаллы как самого себя. Превысил предельный порог устойчивости Кристалла – он взорвался вместе с тобой. Вышел из боя слишком рано – враги могут одержать победу или уйти безнаказанными. Умение чувствовать вверенное тебе оружие вплоть до каждого атома есть великое искусство.