Наследник

Серия ударов, надо же, они даже не вступаются за сослуживца. Устроили себе гладиаторские бои значит. Злюсь ещё больше. Они не просто меня пришьют, ещё и поиздеваются. Рычу и вновь бью оппонента. Дикость, вот что сейчас во мне бушует. Она пришла на смену ярости и страху. Я как тигр, загнанный в ловушку, зверею ещё больше и не намереваюсь отступать. Будь что будет.

Представляю, как будет винить себя Каин, когда узнает об этом, как будет убиваться отец, в том числе и из-за того, что пошёл на поводу у Найта. Что будет с Олей и Ким? Они с ума сойдут.

Странное ощущение в затылке. Я будто глохну. Не слышу ни лязганья катан, ни разговоров той части боевиков, которая заняла позицию зрителей. В глазах всё мутнеет и я осаживаюсь на землю. Что происходит? Почему всё отключается? Валюсь лицом на песок и окончательно теряю всевозможную связь с реальностью. Что это? Смерть? Если да, то почему я не чувствую боли? Всё сознание окончательно отключается от реальности и всё, что меня окружает, накрывает беспроглядная и безмолвная тьма.

Комментарий к XXXVII Глава

Заранее извиняюсь за допущенные ошибки, бета сейчас дико занята, а потому, буду весьма благодарна за помощь по средствам публичной беты ^_^

========== XXXVII Глава (часть 2-ая от лица Ольги) ==========

Всю ночь я не сплю, с завидной периодичностью тревожно распахивая глаза. Необъяснимое ощущение паники вновь накрывает меня, вырывая из сонной пелены. Отчего со мной это происходит? Странно. Усаживаюсь в кровати, отбрасывая все провальные попытки вздремнуть.

Рик, что если с ним что-то случилось? Эта мысль, взявшаяся из ниоткуда, не даёт мне покоя. Соотечественники. Опытный Алексей и Пашка. Именно они могут стать главнейшей угрозой для него. Я бы сейчас очень многое отдала за то, чтобы поговорить с одноклассником. Лично, с глазу на глаз я смогла бы убедить его не трогать Рика. Интересно, искал он меня? И занимается ли этим до сих пор?

А хочу ли я, чтобы меня нашли? Безусловно, я соскучилась по родителям, по другу, но я знаю, что последует за этим. Если я найдусь, то меня увезут в Россию без разговоров. Я не хочу домой. Мне не нужен мир, в котором нет О’Хары, а как раз таки в моей привычной жизни ему нет места. Но готова ли я отказаться от свободы и спокойствия ради него? Даже не берусь гадать, пока меня никто не нашёл, и в глубине души надеюсь, что не найдёт. В противном случае даже не знаю, как разорваться в этом выборе.

Я не смогу внушить ему силу, но дам уют и любовь, каких не сможет предоставить ни одна женщина Штаба. Мир какой шпионки будет начинаться и заканчиваться им? Ни одной, все они всё равно будут думать о заданиях, опасностях, оружии и привычных тренировках. В конце концов, Ким далека от этого, однако ей удалось обаять Главу. Надеюсь, получится и у меня, только вот моя задачка с куда большим гонором и манией независимости.

Более чем уверена, что всё это напускное. Отчего-то он старательно отклоняет все попытки пробиться вглубь его души и узнать его таким, какой он есть на самом деле. Возможно, это связано с его матерью. Неужели он действительно недолюбливает всех женщин из-за неё? Да нет, тогда он точно не оставил бы меня у себя. Это, кстати сказать, была крайне странная выходка с его стороны. Сколько бы я ни силилась размышлять, никак не могу понять его истинных мотивов. Не зная, кто я, на что я способна и что вытворила, он просто оставил меня в своих покоях.

Что-то обезоруживающее было в нём с самого начала. Этот стальной взгляд, мягкий бас, вселяющий спокойствие и огромную уверенность. В тот день я клялась себе изувечить того, кому была подарена, а как только с глаз спала повязка – тут же отказалась от этой идеи. Эти мысли растворились сами собой, под натиском его обаяния. Ведь с самых первых его слов я начала без оглядки верить, каждому из них. Никогда до этого мне не хотелось просто слушать своего мужчину. Всегда строила амбициозные планы о том, как буду выбивать из мужа равноправие, а здесь сломалась, словно щепка, от первого же: «И даже не спорь!». Слишком убедителен его, не терпящий препирательств властный тон. И он работает, пробуждая во мне послушную девчонку. Глупо, но мне это нравится, просто следовать за ним и быть опорой, пусть и сомнительной.

За своими размышлениями я даже не заметила, как все обитатели покоев пришли в движение. После помощи Ким на кухне и завтрака, готовлюсь к работе. Сегодня у меня намечена вторая схватка с бумагами врача, вчера удалось разобрать большую часть, однако предстоит приложить ещё немало труда для того, чтобы привести всё в порядок.

Как и накануне, врач немногословна и с головой погружена во всевозможные отчеты. Отца в последнее время я тоже всё чаще заставала за бумажной волокитой, нежели занятым операциями. У нас это достаточно удручающий факт, а вот в Штабе – настоящий подарок, подальше от опасностей, сидя в безопасном тёплом месте.

Мне остаётся разобрать всего две папки. Молодец, Оля! Мысленно улыбаюсь сама себе, всегда любила делать что-нибудь полезное. В покоях Рика совсем обленилась, и весь привычный функционал выпал из моей жизни, оставив после себя только бытовые проблемы. Страшно представить, сколько бумаг в кабинете Райана, если в одном из корпусов необъятного Штаба покоится столько необходимой и свежей документации.

Мои размышления прерывает мужчина в белом халате, вбежавший в кабинет Ким. Тяжело дыша, он сбивчиво что-то объясняет блондинке на английском и та, шокировано округлив глаза, буквально бросается прочь со своего места. Выглянув из двери своего кабинета, она спокойным тоном отдаёт, вероятнее всего, распоряжения, потому как вошедший лишь кивает ей в ответ, покорно сцепив ладони рук перед собой. Выслав его из кабинета, она делает короткий звонок по телефону, а затем обращается ко мне:

– Оля, из Конго прибыл раненый шпион, состояние тяжёлое, мне нужно его прооперировать. Я попрошу кого-нибудь из медперсонала, и они отведут тебя к Райану в кабинет. Одну отправить не смогу, мало ли что. Глава предупреждён и ждёт тебя.

– Хорошо, поняла.

Боец из Конго? Выходит, там всё же дошло до кровопролития? Не хочу об этом думать, не дай Бог Рику вернуться раненым. И вновь опасения накрывают меня с головой, сжимая грудную клетку, словно тисками. Надеюсь, с ним всё хорошо. Не успеваю я оправиться от мыслей, как совсем молоденькая медсестра принимается что-то тараторить на незнакомом мне языке, потупив взгляд в пол. Почему весь персонал так реагирует на меня? Я наблюдаю это уже второй день. Кивнув головой, она приглашает меня пройти за ней, и я шагаю след в след. Занимательно. Неужели это от того, что Ким таскает меня за собой? Вряд ли.

Спустя короткий промежуток времени, мы оказываемся у кабинета Главы. Девушка нерешительно стучит, и, получив строгое дозволение войти, отворяет дверь. Райана еле видно из-за огромных стопок бумаг и широкого монитора. Безразлично подняв взгляд уставших глаз на вошедшую девушку, он принимается испытующе смотреть на неё. Та, в свою очередь, сцепив руки перед собой, делает подобие небольшого поклона Шпиону. Чтобы не выглядеть странно, я пытаюсь провернуть ту же процедуру, чем вызываю у владельца кабинета нескрываемую озорную улыбку. Что его так развеселило? Я лишь хочу не выделяться и не компрометировать его и себя незнанием местного этикета. У них, видимо, положена подобная процедура с представителями Династии. После короткого кивка Райана, девушка вновь повторяет то, что сделала при входе и покидает кабинет. Ничего себе, разведчик даже не сказал ей ни слова, она поняла его с полу-жеста.

– Должен признать, то что ты пыталась сделать, вышло крайне забавно, – с улыбкой начинает разговор отец Рика.

– Видимо, здесь так положено, просто не знала, как себя повести.

– Ты права, это знак уважения к Династии и любому вышестоящему по званию. Однако, тебе его проделывать не обязательно.

– Почему?

– Видишь ли, во-первых, ты вне званий и наших рангов, ты гражданская. – Хитро прищурившись, он обращает на меня взгляд горящих весельем глаз. – А во-вторых, ты живёшь в покоях моего сына. Весь Штаб на полном серьёзе принимает тебя практически за его девушку, так что, даже если ты и решишь придерживаться этикета, то провернуть это сможешь лишь со мной, как с Главой, и с Ким, как с матерью Наследника и моей женщиной.