Страница 21 из 38
Локи. Локи. Локи, – выстукивало сердце. И Сиф поглядывала на дверь, опасаясь, что он все-таки придет.
На ночь она выпила лекарство, заботливо оставленное ей целителем, и, как ни странно, провалилась в глубокий сон без сновидений.
На следующий день, даже не взглянув на любимую глефу, Сиф попросила горничную принести ей иголки, пяльцы, ткань для вышивания и множество разноцветных ниток.
Как и все благородные девочки, она училась этому искусству. И кажется, у нее что-то получалось… Может быть, руки еще не забыли?
Действительно успокаивает, поняла она на третий день, после того, как прогнала от себя Троицу, пришедшую навестить ее и решившую засмеять, застав за таким бабьим занятием. Даже вечно угрюмый Огун смотрел неодобрительно. Сиф было все равно. Она увлеченно подбирала цвета, чтоб передать яркие краски цветущего луга и блестящей под солнцем воды, которые проявлялись на ткани под ее стежками. И не замечала, как летит время.
– Здравствуй, Сиф.
Иголка выпала из пальцев.
Сколько дней она прислушивалась ко всем шорохам и шагам. И вот сейчас прослушала.
Локи плотно затворил за собой дверь и подошел ближе. Все такой же подтянутый и стройный, с идеально причесанными волосами. Только лицо как-то осунулось, и зеленые глаза потускнели и казались серыми.
– Локи, – она отложила вышивание и встала.
– Почему ты это сделала? – без всяких предисловий спросил он.
– Что?
– Я все знаю. Я сейчас был у целителя.
– Я же просила его никому не говорить!
– Он не говорил.
– Хугин проболтался?
– Хугин не досчитается нескольких перьев за то, что не прилетел ко мне сразу.
– Но…
– Я просто умею складывать два плюс два. Особенно если это касается меня. Ведь это касается, да, Сиф?
– Нет.
Он замер, словно налетел на ледяную стену.
– Был договор, – напомнила она. – Что ты с помощью… этой своей… магии сделаешь так, чтобы у… наших с тобой встреч не было нежелательных последствий, – подобрать слова оказалось не так-то легко. – Ты его нарушил.
– Наш сын – это нежелательное последствие? – глаза Локи распахнулись в таком искреннем удивлении, что Сиф ощутила укол раскаяния. Но не позволила глупым чувствам взять над собой верх.
– Я воин, принц Локи, – гордо произнесла она, – а не наседка. Если тебе вдруг приспичило понянчиться с сопливым карапузом, вспомни, что у твоей матушки в свите полно девиц, мечтающих осчастливить тебя таким образом! Или попроси отца подарить тебе еще одну рабыню.
– Да… Ты права… – после некоторой паузы произнес Локи. – Спасибо. Теперь я буду знать, что делать, если мне захочется понянчиться с сопливым карапузом… А я… ведь тебе принес кое-что.
Сиф удивленно вскинула на него глаза.
– Знаешь, завернул по дороге к своим знакомым гномам. Двалин дал мне нож. Он сказал, что сделал его в пару к твоей глефе, – Локи вытащил руку из кармана и протянул на раскрытой ладони необычный двухклинковый нож. – Даже не знаю, дарить тебе теперь или нет. Вдруг ты решила окончательно поменять оружие на иглу. Говорят, когда женщины теряют детей, у них случаются помутнения рассудка…
– Мой рассудок не помутился! – возмутилась Сиф. – И оружие на иглу я не меняла! Так что…
Она осеклась, сообразив, что принимать подарок от мужчины, с которым только что вроде бы окончательно порвала отношения, как-то неразумно. Сиф опустила руку.
– Так что – бери, – Локи подошел и положил нож рядом с пяльцами. – Он был сделан для тебя. Я не пользуюсь чужими вещами. Не пропадать же добру. Пригодится – он острый. Может, захочешь порезать эту идиллическую картинку на клочки. Это же… – Локи всмотрелся в вышивку, – это же то озеро в Альвхайме. Где я… Где мы…
Сиф выхватила у него из под руки вышивание, взяла нож и рассекла тонкую ткань.
– Действительно острый. Спасибо. Мне такого как раз не хватало.
– Обращайся, – Локи улыбнулся одними губами и, слегка поклонившись, вышел из ее комнаты легким стремительным шагом.
====== Часть 8. (2) ======
Золотой Чертог большой, и места в нем хватит всем. И в то же время он казался Сиф очень маленьким, за каждым поворотом ее мог поджидать Локи, которого она не хотела видеть. Она боялась лишний раз пройти по дворцу и старалась не думать о том, как поведет себя, если случайно столкнется с Локи, но оказалось, что он куда-то исчез, причем не один, вместе с братом. Троица Воинов лишь пожали плечами, они сами знали не больше Сиф, к королю идти с таким глупым вопросом Сиф не рискнула, а королева ответила, что ее сыновья, кажется, решили куда-то съездить на прогулку, но она никогда не интересовалась их сугубо мужскими развлечениями.
Вернулись принцы через несколько дней в отличном настроении, во всяком случае Тор. Он просто излучал радость и жажду деятельности, у него появилось несколько новых идей, касательно асгардской армии, и он тут же начал подготовку к новым учениям, вовлекая в нее всех подряд. Кроме Локи, который, как поняла по разговорам Сиф, по возвращении сразу отправился к отцу, долго с ним о чем-то беседовал, после чего опять ушел на Радужный Мост и скрылся в одном из Миров.
Впрочем, спасибо Тору, Сиф недолго размышляла над поведением его младшего брата. Новые тренировки и воинские учения захватили ее полностью. Тор поручил ей тренировать молодых бойцов, мол, с ее необычным оружием это очень полезно, а то всё мечи, да топоры, а как что-то непривычное, так люди и теряются.
– А такая глефа у нас в Асгарде только одна, – добавил он. – То есть две, но от Локи ж не допросишься, чтобы он с нею вышел. Только если ему вдруг самому захочется, как вот давеча… Так что на тебя вся надежда. И как только тебе пришло в голову попросить о таком подарке у нас!
Сиф, сжав плотно губы, улыбнулась. «Но мы-то с вами знаем, как было на самом деле?» Да уж, она никогда не забудет, кому именно она обязана своим знаменитым оружием. И с каждым разом ей становилось все сложнее и сложнее поднимать глефу и не думать при этом о Локи, не представлять его ехидную ухмылку и гордый взгляд. Мол, кем бы ты была, если б я в свое время не дал тебе в руки эту глефу? Он еще ни разу ей так не говорил, но она не сомневалась: скажет, если найдет повод. И ей совсем не хотелось его ему подавать.
И через несколько дней она не выдержала. Сколько можно, в конце концов, пользоваться старым подарком принца, как будто самая лучшая валькирия Асгарда не может себе позволить собственное оружие! И воспользовавшись кстати подвернувшимися выходными, Сиф отправилась к Хаймдаллю.
Он, не задавая лишних вопросов переправил ее в Свартальфхайм к жилищу мастера Двалина. «Там одна дорога, – сказал он на прощанье, – не заблудишься». И она действительно не заблудилась. Видно было, что к мастеру гости ходят часто.
– Я пришла, чтобы заказать себе новую глефу, – сказала она мастеру после всех положенных приветственных речей.
Гном удивился.
– Что же случилось с прежней? Я ковал ее так, чтобы она служила своей обладательнице долгие годы, укрепил лезвия, чтобы не затуплялись и не зазубривались в битвах, сделал прочную рукоять, чтобы случайно не переломилась в неурочный час. Неужели она все-таки подвела вас?
– Нет, – качнула головой Сиф. – Она прекрасна, крепка и остра, как и была в первый день, когда я ее увидела. Но… Я хочу другую. Может быть, не такую красивую, даже наоборот более устрашающую. И не менее прочную.
– И все же я хотел бы знать, что заставляет вас отказываться от уже испытанного оружия и искать новое, – настойчиво произнес гном. – Дабы избежать в своем новом творении прежних ошибок.
– Ваше мастерство тут ни при чем, – ответила Сиф. – Если б меня не устраивало что-то из качеств глефы, я бы пошла к другому мастеру. Но я пошла к вам, потому что вы сделали совершенство… И только вы сможете его повторить. Только в этот раз платить за него буду я. Сама. Не пристало валькирии ходить с чужим оружием.
Мастер Двалин подергал себя за бороду, о чем-то подумал и кивнул:
– Будет вам глефа. Эй, Сидри! – громко крикнул он, и в дверях тут же появился молодой гном. – Будь любезен, займи нашу гостью. Своди на прогулку по Сверкающим Чертогам, пока я начну готовить ее заказ.