Страница 25 из 36
Разве что она последствий не боялась? Вот про Велеса – это о-о-о-очень отдельный вопрос. Я вряд ли адекватно воспринимал слова Сирин, но, как мне помнится, она назвала Велеса своим повелителем. Странно вообще, что Яга посылает меня за яйцом Сирин. Может, нужно было ей мужа своего Велеса попросить? Или она ему сюрприз хотела сделать? Вряд ли она могла бы скрыть от него присутствие железного яйца в тёмном лесу. Если я хоть что-то могу понимать в магических артефактах, скрыть их не так просто. Или победителей не судят?
Так, кажется, ко мне вернулась возможность связно и логически мыслить, я уже начал углубляться в высокие материи. Увы, информацию я получаю крохами и обрывочно, как тут логичные выводы делать? А некоторых способов получения информации я бы предпочёл вовсе избежать. Если б с птицей Сирин не познакомился, пожалуй, я бы не расстроился.
В лапе Сирин было вполне безопасно, я не чувствовал, что могу каким-то образом вывалиться или выскользнуть, но удобства не было никакого. Тело моё начало затекать, как я не старался шевелиться и ворочаться. Я покосился на кота. Он, всё так же вцепившись в птичий палец, замер в одной позе и не шевелился. Хе-хе, он, похоже, высоты боится. Ну, выходит, не я один сегодня подвергнут тяжёлым испытаниям. Я вовсе не злорадствую, даже ему сочувствую, он хоть и нечистая сила, а мы с ним уже почти сдружились. Как мне кажется. Я вот многих вещей боюсь, я человек, мягко сказать, несмелый, а вот в лапе Сирин на огромной высоте мне было не страшно.
Уж не знаю, пользовалась ли Сирин какой-то магией или как любой самолёт преодолела огромное расстояние гораздо быстрее перемещения по земле, но солнце не успело сесть, а мы начали снижаться. Естественно, я с высоты не мог разглядеть, куда мы снижаемся, для меня лес внизу был одинаково уныло сер. Лишь когда крылья Сирин едва не задевали верхушки сосен, я увидел под собой знакомую избушку на курьих ножках. Божественная птица резко взмахнула крыльями и практически зависла над поляной перед избушкой. Места ей здесь было катастрофически мало, но она виртуозно снизилась до минимальной высоты, ничего не задев. Я подготовился и успел сгруппироваться и приземлился на четвереньки метров с полутора, когда Сирин разжала лапу. Кот же так вцепился в палец Сирин, что остался висеть, когда лапа разжалась. Птица встряхнула лапой, но это не помогло. Мне пришлось под недовольным взглядом Сирин подойти и снять кота. Сирин мгновенно и практически бесшумно взмыла в воздух, подняв крыльями ветер, и растаяла в тёмном ночном небе. Я спустил кота на землю и направился ко входу в избушку. Не собираюсь пускать его вперёд, как в прошлый раз, чтобы объяснять что-то Яге. Как-то мне сегодня уже всё равно. То ли я слишком смелый стал, неоправданно смелый, то ли просто устал смертельно.
Кот, оказавшись на земле, быстро опомнился и догнал меня на лестнице. В избушку мы вошли вместе. Яга сидела за столом, очевидно ожидая нашего появления. Наверняка, она птицу Сирин издалека засекла, нет от неё секретов в тёмнолесье, но встречать не вышла. Ну так! Не победителей встречать. Проигравших встречать никому удовольствия не доставит. Ладно, это её проблемы. Если в первый раз с цветком папоротника я свою вину чувствовал потому, как глупо попался на провокацию, то уж сегодня я выложился по максимуму. Руки вон в кровавых мозолях! И не моя вина, что так вышло, надо было лучше объяснять. И вообще, сомневаюсь, что такая авантюра имела шансы на успех, а пострадавшая сторона тут я. Мне досталось больше всех! Хотя мне этот поход был меньше всех нужен. Правда, в процессе с лешим познакомился, отличный дед, это в плюс пойдёт.
Яга словно почувствовала моё настроение, всё-таки мудрая женщина. Или правильнее говорить – богиня? Упрекать нас не стала, хвалить, впрочем, разумеется, тоже не принялась. Да она вообще ничего не сказала. Когда я сел за стол напротив неё, просто молча подвинула ко мне глиняную кружку с водой. Ага, ага. Знаем мы, что бывает от вашей водички. А впрочем, что плохого? Поспать мне не помешает. Уснуть здесь по-другому невозможно. Как только мы с Сирин пересекли границу темнолесья, так очень скоро и сонливость, и голод мой прошли бесследно. Такие здесь реалии, бессмысленно с ними спорить. Вопрос в том, хочу ли я услышать, что эти двое без меня обсуждать будут? А то, что они обсуждать будут, нет у меня никаких сомнений. Не слишком мне прошлый подслушанный разговор в деле помог. В деле не помог, а в понимании и кота, и Яги, пожалуй, полезен был. Получится ли подслушать теперь? Ладно. Поехали.
– Ваше здоровье, – я демонстративно отсалютовал Яге кружкой и залпом выпил.
Выпил и уронил голову на стол. Темнота наступала быстро, и так же быстро таяло сознание, но я был готов к этому и приложил все душевные силы, чтобы удержать крохи внимания.
– Прости, хозяйка, – первым вступил в разговор Баюн.
– Велес был очень недоволен, – голос Яги зазвенел сталью. – И высказал это мне.
– Я объяснил ему всё, – попытался оправдаться кот. – Я даже не знаю, что там в самом деле произошло, я не мог видеть. Знаю только, что он дотронулся до железного яйца. Я ему строго-настрого…
– Значит, недостаточно объяснил.
– Некоторым бесполезно объяснять, – буркнул кот. – Ни на что не способен. Не знает самых простых вещей известных каждому. Иногда задаёт такие вопросы…
– Ты несправедлив. Он обладает цепкой памятью и острым умом. Ты недооцениваешь его способности. Что же до знаний… видимо они лежат в другой незнакомой нам области. Невозможно развить ум и память, не упражняя их, не загружая их работой. А ты хочешь использовать его втёмную. Так вполне могло сработать при попытке сорвать цветок папоротника, там просто не повезло. Но это была простая задача. Здесь было опасное дело, мы рисковали, я рисковала! Нужно было донести до Ивана всю опасность его похода. Он вполне разумен, осторожен, я бы даже сказала, трусоват, чтобы скорее отказаться от дела, чем рисковать встречей с Сирин. Если бы знал, насколько это опасно для него. Если бы ты дал ему понять, что обнаружение вовсе неприемлемо, что лучше вернуться с пустыми руками, чем в лапах Сирин, он выбрал бы правильное решение.
– Я хотел…
– Да, знаю, – перебила его Яга. – Ты хотел выполнить дело. Хотел оправдаться за прошлый провал. Хотел услужить мне. Я тебя понимаю, Баюн. Понимаю и ценю твою помощь. Ничего, конечно, страшного не произошло, небольшие неприятности, но лучше бы их было избежать.
– Наша цель в добыче яблока теперь отменяется?
– Отнюдь.
– Но как же? Мы рискуем ещё больше?
– Конечно, нет. Мало кто покушался на яйца божественных птиц. Это слишком мощный предмет, чтобы использовать его осторожно и с умом, но шанс остаться целым при встрече с Сирин или Алконост есть только у богов. И то, если вспомнить историю Купалы, проспавшим не одну сотню лет под крылом Сирин, не каждый из младших богов отважится на риск. За яблоками же из Ирия охотятся все. Никому из тех, кто в Ирий не вхож, правда, не удалось ещё ни одного яблока добыть, но попыток никто не оставляет. В конце концов, яблоко лишь слегка поможет только тому, кто его съест, и на общий расклад сил не повлияет. Равновесие не нарушится. И старшие боги не без оснований уверены в недоступности яблок. Путь в Ирий открыт лишь немногим, и саму яблоню охраняет дракон. Велес без страха и опасения рассказывал об этом. Он уверен в безопасности яблок от любых посягательств. Сам он, рождённый в Ирии, разумеется, ел яблоки, но никогда не поделится ими ни с кем. Без исключений.
– Выходит, мы готовимся к новому походу?
– Да. Тут твоя роль весьма ограничена. Довести Ивана до зверя и отправить дальше. Шансов попасть в Ирий у тебя нет, а у Ивана есть.
– А что, если? – как-то странно вздохнул кот.
– Если ты сможешь проникнуть в Ирий? Даже боюсь предположить. Сложно просчитать, чем ты рискуешь, и что сможешь сделать. Но о чём говорить? Ты же с Индриком не договоришься.
– Нет, – зашипел кот. – С ним я не договорюсь.
Удивляюсь, как мне удалось продержаться так долго и выслушать весь этот разговор. Может, у меня иммунитет к мёртвой воде? Но иммунитет не абсолютный, потому как обсуждение непонятного Индрика окончательно лишило меня воли к сопротивлению, и я отключился.